Клан Волка - Анна Кондакова

Акулина окинула взглядом сцену.

— А вот теперь замаскируемся. Это ведь театр... хм...

Она быстро направилась в сторону гримёрной, и пока я возился с Гедеоном, девушка успела пошарить за кулисами, а когда вернулась, то выглядела уже совсем иначе.

Ярко накрашенные глаза, парик из рыжих кудрей, платье укорочено ножницами и дополнено разрезами, а поверх — изуродованная шуба без длинного подола и роскошного воротника, с частично выдернутым мехом.

Из знакомого на Акулине остались только сапоги и сумочка, правда, это не отменяло того, что теперь она была похожа на труженицу борделя.

— А это — тебе.

Девушка швырнула мне шинель, уже без гербов и ярких нашивок, а также футболку и свитер, который я видел на актёре, играющем Рю Усана из пьесы о четырёх лотосах.

— Не разгуливать же тебе с гербами Дома Снеговых.

Я без разговоров натянул на себя всё, что она принесла, а китель и рубашку от формы сунул в сумку, где уже лежали кубок и пластинки. Затем ещё раз оглядел зал, проверяя, не остались ли какие лишние следы.

— Готова?

Как только девушка кивнула, я поставил новую пластинку в записывающее устройство и вернул его за диван.

Акулина внимательно наблюдала за каждым моим шагом, но ничего не спрашивала.

Затем я освободил руки и ноги охранника и Гедеона (пришлось подтянуть на нём штаны и застегнуть ремень), снял повязки с их глаз, быстро вернул скатерти, салфетки и полотенца на место, перекинул через плечо сумку и направился к двери.

Девушка молча последовала за мной.

* * *

Гостиница, в которой находился театральный зал Гедеона, стояла на окраине Тафалара.

Верно говорила Акула: чтобы попасть в город тайно, нужно сильно постараться. Нам пришлось добираться через соседний городок Старый Яр, потом спускаться на тайном лифте, проходить через подземный коридор под городской стеной и подниматься на ещё одном лифте, чтобы наконец оказаться в Тафаларе.

Теперь же предстояло самое главное — найти нужного мне человека и не привлечь внимания.

Из крыла гостиницы с вип-обслуживанием мы спешно перешли в другое крыло и спустились по лестнице со стороны дешёвых номеров. Я обнял Акулину за талию, а девушка развязно захихикала и прижалась ко мне, скрыв часть лица за рыжими локонами парика.

Со стороны ничего подозрительного. Сейчас я был похож на солдата-новобранца, спустившего первое жалование на утехи с проституткой. Администратор проводил нас равнодушным взглядом, так ничего и не сказав.

И вот я наконец увидел Тафалар.

Недостижимый город детской мечты, оказавшийся местом обмана и рабства.

Господи, как же я давно хотел сюда попасть!.. Всю свою жизнь представлял, как мне исполнится шестнадцать, и вместе с отцом я отправлюсь добывать маго-таны и спасать наш умирающий мир.

Что ж.

Шестнадцать мне давно исполнилось, я в Тафаларе, но отца рядом нет, а наш мир по-прежнему умирает. Ничего не изменилось... почти.

Я остановился на заснеженной обочине, глубоко вдохнул морозный воздух и оглядел улицы, людей, гирлянды огней в ночи.

Архитектурой город был похож на Старый Яр: такие же белокаменные терема, только прилично выше и богаче, арочные окна, высокие заборы, широкие лестницы, мосты через канал, храмы бога Бартла.

А ещё тут было больше всяческих мест для развлечений: кабаков, ресторанов, закусочных, пивных, игровых и, конечно, борделей.

Всё для отдыха и спуска напряжения.

А то, что напряжения тут хватало, было видно сразу. Закрытый от лишних глаз город стоял на границе с Котлованными Землями и варился в собственном соку. Даже сейчас, глубокой ночью, кроме подвыпивших прохожих, бандитского вида здоровяков и говорливых проституток, по улицам сновали кареты, ходили патрули военных, работали почти все заведения, даже булочные — будто никто и не заметил, что наступила ночь.

Мне вдруг так захотелось побывать на станции Караванного портала, увидеть её по эту сторону, посмотреть, как Иномирцы, еще не обработанные Жрецами, прибывают в это мрачное место, и заставить их уехать обратно...

— Эй, ты чего? — Акулина дёрнула меня за рукав шинели. — Если будем так стоять, то привлечём внимание, а вблизи меня могут узнать.

Я кивнул и направился вдоль по самой шумной улице, с рядами разномастных заведений.

Мне нужна была таверна «Восьмилунье».

Так говорила Джад — чароитка, которую мы с Галеем допрашивали в бункере в Ютаке.

«Ищи в Тафаларе мага по прозвищу Испытатель, — сказала она тогда. — Он Мастер Материй, работает на столичный Военный Дом и часто бывает в таверне „Восьмилунье“. Возможно, там ты получишь ответ насчёт своего отца».

Таверну отыскать — не проблема. Другое дело, что, как оказалось, этот человек работал на Военный Дом Ланне, а с ними у меня как-то сразу не заладилось. Так что надо было поторопиться, пока Гедеон не натравил на нас своих людей.

Дойдя почти до конца улицы, я увидел круглую деревянную вывеску, на которой мерцали белые буквы «ВОСЬМИЛУНЬЕ».

Не хотелось тащить Акулу с собой, но выбора не осталось.

Мы уже были на подходе к таверне, как вдруг из-за угла показалась группа Жрецов в длинных чёрных одеяниях, с шапочками на макушках.

Жрецы направились прямо нам навстречу.

Вот зараза... Если среди них есть Жрецы рангом выше Настоятеля, то они сразу увидят, что у меня нет Знамения. А если его нет, то значит, я Иномирец. Тогда какого хрена я расслабляюсь в обнимку с ночной бабочкой, а не батрачу, как проклятый?

На этот вопрос мне отвечать не хотелось.

К тому же, увидев, что я в нормальном сознании, Жрец-Оракул мог быстро обработать меня прямо тут. Знамения у меня нет — значит нет и защиты против воздействия.

Всё это опять было очень-очень хреново. Хреновей некуда.

Я прижал Акулину к себе и прошептал ей на ухо:

— Отойдём в тень между тавернами, к забору.

Она покорно пошла туда, куда я её потянул (наверное, помнила про свои обязанности по контракту).

Как только мы оказались в тени, девушка обняла меня, вжав в забор, и рассмеялась.

— Тебе сегодня придётся раскошелиться, маленький развратник! Я беру о-о-о-чень дорого! — А потом шёпотом спросила: — Боишься, они увидят, что у тебя нет Знамения?

Акула, конечно, всё сразу поняла.

Только в её глазах внезапно появилось что-то такое, от чего холодок пробежал у меня по спине.

Девушка до боли стиснула мне запястье.

— У тебя нет Знамения... почему? Все говорят, это врождённое уродство астрального тела, но почему у других такого нет?.. — Она отстранилась и внимательно оглядела моё лицо. — Я чего-то о тебе не знаю, да?

Она смолкла,