Несгибаемый граф - Александр Яманов

в Московский военный госпиталь, что в Лефортово. Там он начал практику, благо больных хватало. Иностранного доктора приняли как родного. Я даже решил скооперироваться с руководством медицинского учреждения и расположить лабораторию Яна именно там. Заодно и людей будет легче подобрать.

Кто наслаждался бездельем, так это Ермолай с Шиком. Парочка юмористов с удовольствием будила меня на утреннюю тренировку, а затем целый день бухала. Не жизнь, а малина!

Только я начал вязнуть в этом болоте. Скорее в патоке, постепенно засасывающей тебя. Вроде всё хорошо и вокруг приятные люди, а по факту ужас. Но я хоть начал немного понимать логику дворянства. Богатой его части, конечно. А куда им стремиться? Есть поместья, хороший доход и возможность заниматься любимым делом. Служить не нужно, вокруг такие же соседи. Вот люди и проводят время в праздности. Хотя нельзя назвать их откровенными паразитами, как придворных. Только у меня иные жизненные принципы.

Просидев очередные полдня над документами, я попил чаю и немного прошёлся по парку. А то так до сколиоза недалеко. Снова зайдя в кабинет, с ужасом увидел новую порцию приглашений, принесённую Антипом. Немного подумав, я вызвал камердинера и приказал:

— Готовь карету, я еду в Кусково. И позови Ермолая.

* * *

— Как же я вам продам завод, Ваше сиятельство? Не губите! Это моё детище! Я ведь душу сюда вложил, а не только средства! Деньги можно заработать. Но как найти занятие, чтобы по душе? Не вынесу я такой потери!

Бородатый купец неожиданно возопил, схватившись за сердце. Насчёт проблем со здоровьем, конечно, перебор. На нём пахать можно, несмотря на солидный возраст и обильную седину. Дед кряжист и крепок, аки дуб!

Человек меня неверно понял, вот и нервничает. Здесь ведь как: если твоим делом заинтересовался какой-то вельможа, то не спасут деньги и даже должность депутата. Понятно, что большинство дворян в купеческие дела не лезет, но люди разные. Рейдеров никто не отменял и в XVIII веке. Хотя у этого актёра попробуй отними! Его семья в бизнесе более шестидесяти лет и хорошо известна в столице. Значит, покровителей у купца хватает.

* * *

Моя настоящая деятельность в этом времени началась совершенно случайно. Мы как раз устроили мозговой штурм с дю Пре и Прокофьевым, отжатым мной у Вороблевского, анализируя собранную информацию. Афанасий хорошо потрудился, показав просто чудеса оперативности, учитывая отсутствие нормальной связи и интернета. Пищи для размышлений хватало. Я даже не успел толком осмотреть свой дворец и парк в Кусково, так хотелось настоящего дела. Только ситуация зашла в тупик.

Оказалось, что в Москве и округе попросту нет нужных нам предприятий. Мы посетили ведущие мастерские, что располагались в Каретном ряду, Измайлово и даже Коломне. В основном — кустарщина и просто сборщики, работающие на европейских деталях.

Как и задумывалось, мы рассмотрели вариант с приобретением небольшого чугунолитейного производства. Но ситуация с Мышегским заводом, что в Тарусском уезде, оказалась нерешаемой. Его хозяева прекрасно себя чувствуют, владея ещё десятком предприятий. Продавать завод братья Мосоловы отказались. Хотя место неплохое и недалеко от Москвы. Со мной даже не стали торговаться.

Вот и получилось, что очередные десять дней, которые прошли в сплошных поездках, попросту пропали. В отличие от механика я в уныние не впадал, но хотелось бы какого-то повода для оптимизма.

Наша компания расположилась в отцовском кабинете, откуда открывался восхитительный вид на пруд! Старый граф знал толк как в красоте, так и в роскоши. Тут снизу раздались грохот и громкие матюги дворцового управляющего. Поднимаюсь и смотрю вниз, где испуганный слуга собирает осколки стекла в ящик, который и уронил. А рядом стоит его ругающийся начальник.

— Чего разбили, Демьян? — спрашиваю управляющего.

От неожиданности мужик аж подпрыгнул, потом испуганно посмотрел наверх и наконец согнулся в поклоне. Его примеру последовал криворукий слуга.

— Хозяин, прости за шум, — ответил Лавров, разогнувшись, — Мишка дурень побил часть стаканов, что для больших приёмов предназначены. Не всё ж в хрусталь и богемское стекло вино наливать. Воруют же, хоть и господа.

Управляющий Кусково отличался похвальной домовитостью, но при этом был ворчлив до невозможности. Меня он забавлял, наверное, как и старшего графа. Хоть последние слова управляющий произнёс тихо, но я их услышал. Заодно в голове будто щёлкнуло. Хрусталь! Гусь-Хрустальный! Потом вспомнилось ещё название — Гжель.

— Поднимись в кабинет, — приказываю Лаврову и отхожу от окна.

Через минуту мужик зашёл в комнату и рухнул на колени:

— Николай Петрович, не губи Мишку! Случайно он, да и посуда та старая. Я как раз решил её осмотреть и новую купить, — запричитал управляющий. — А этот дурень свои розги получит!

— У кого стаканы покупаешь? — прерываю стенания.

— Так на мануфактуре Акима Мальцова. Он хорошее стекло дует — стаканы и рюмки. А оконные стёкла его Можайская мануфактура поставляет.

— Завод расположен в селении Гусь? — решаю сверкнуть эрудицией.

— Нет, — удивлённо произнёс управляющей, — село называется Никулино, что во Владимирском уезде. Но прав ты, барин. Мануфактура стоит на речке Гусь. Я сам туда ездил, когда о первой поставке договаривался.

Оно и понятно. В России ещё не начали производить хрусталь.

— На завтра приготовь кареты, припасы и человека, который в Никулино ездил. Свободен, — машу в сторону двери.

Хорошо быть помещиком! Все твои приказы исполняются беспрекословно. Надо только известить сладкую парочку, чтобы перестали бухать и подготовились к вояжу.

* * *

Так мы оказались в будущем центре производства русского хрусталя. Пока это небольшой посёлок при весьма скромном производстве. Зато сам рабочий процесс поставлен грамотно. Чувствуется, что делом занимается опытный человек.

Сначала я и не думал о стеклянном производстве, просто обратил внимание на обилие импортных продуктов в этой сфере. Так почему не помочь отечественному производителю. Заодно в дороге обдумал проект с заводом в Гжели, вокруг которого залежи отличного каолина. Пусть то дело долгое, так я не тороплюсь. По факту, мы ускорим строительство культового завода.

Пока же надо уговорить купца первой гильдии Акима Мальцова, оказавшегося весьма крепким орешком. Перед отъездом я собрал о нём информацию. Кстати, пора задуматься о собственной разведслужбе и картотеке. Но то дело будущего.

Когда хозяин мануфактуры успокоился и мы уселись в горнице его дома, расположенного в полуверсте от посёлка, я сразу зашёл с козырей:

— Аким Васильевич, дворянский титул за заслуги перед державой ты и так получишь, — после моих слов, купец гордо выпрямил спину. — Но