Инженер. Система против монстров 8 - Сергей Шиленко

машиной, тоже повернула голову в ту сторону. Несколько рабочих на лесах перестали заниматься кладкой и, свесившись вниз, показывали куда-то за пределы нашей территории.

Интуиция кольнула неприятным холодком.

— Пойдём, посмотрим, — сказал я, захлопывая дверь машины.

Мы с Искрой быстрым шагом пересекли двор. Подойдя к строительным лесам, я поднял голову.

— Семён! Что там? Докладывай!

Строитель оторвался от созерцания и посмотрел на меня сверху вниз. Его лицо выражало крайнее недоумение.

— Алексей… там это… человек за забором! — крикнул он. — Мужик какой-то! Стоит и руками машет!

Глава 9

Пришлый

Калитка, скрипнув, открылась, и во двор шагнул тот самый «человек».

Это был мужчина лет сорока, ничем не примечательный. Среднего роста, худощавого телосложения, с уставшим, небритым лицом. На нём была потёртая серая куртка, свободные штаны и грязные ботинки. Он не выглядел ни как воин, ни как безумец. Скорее, как уцелевший офисный работник, которому не повезло оказаться в эпицентре апокалипсиса. Но взгляд прямой, спокойный. Слишком спокойный для одиночки, зашедшего в логово вооружённой группировки.

Он остановился в нескольких шагах от нас, поднял руки, демонстрируя пустые ладони, и замер в ожидании.

— Кто ты и что тебе нужно? — я сделал шаг вперёд, отделяясь от остальных.

— Меня зовут Игнат, — ответил мужчина бесцветным голосом.

— Это я и так вижу. Игнат, пятый уровень. Что дальше?

— Я ищу убежище. Еду, воду, крышу над головой. Готов работать.

— Ты один? Откуда ты пришёл? — продолжил я допрос.

— Сейчас один, — кивнул Игнат. — Нас было шестеро. Мы пытались выбраться из Москвы. Наша группа… мы нарвались на стаю Мутировавших Псов в районе Митино. Их было слишком много. Я единственный, кто выжил.

Его рассказ звучал до боли знакомо. Классическая история выжившего. Но вот эмоциональный фон… Он говорил об этом так, будто зачитывал текст с бумажки.

— Один против стаи? — с ноткой яда в голосе уточнил Ершов. — Не верю. Сожрали бы и не подавились.

Рядом со мной стоял не только полицейский. Варягин тоже вышел «познакомиться», а Женя замер в обманчиво расслабленной позе у калитки. Он пока не вскидывал свой АК-74М. Но тот висел на ремне так, что вскинуть его было делом одной секунды.

Игнат перевёл на полицейского спокойный, пустой взгляд.

— Я не сражался. Я бежал. Прятался. Мне повезло.

— Везёт только покойникам, им уже ничего не надо, — пробурчал опер.

— Какой у тебя класс? — спросил я, игнорируя реплику Тараса.

— Мнемоник, — без заминки ответил Игнат.

Я удивлённо приподнял бровь. Редкая специализация, таких у нас ещё нет.

— Это что, фокусы с памятью? — уточнила Искра.

— Идеальная память, — пояснил Игнат. — Я запоминаю всё: карты, тексты, маршруты, лица. Могу воспроизвести любой увиденный документ или схему. Ещё есть навык «Ментальная картография». Я помню путь, которым шёл. Помню, где видел опасности. Это помогает обходить ловушки.

Звучало складно. Мнемоник в команде был бы подарком судьбы. Ходячая база данных, картограф и разведчик в одном флаконе.

Я посмотрел на Ершова. Бывший капитан полиции стоял, скрестив руки на груди, и буравил новичка тяжёлым взглядом. Я вскинул бровь, безмолвно спрашивая его мнения. Ершов едва заметно качнул головой и отошёл на несколько шагов. Я последовал за ним.

— Ну? — шепнул я. — Что скажешь? Врёт?

— В том-то и дело, Алексей, что хрен знает, — тихо, сквозь зубы процедил Ершов.

— В смысле? — удивился я. — Твой детектор сломался?

— Не сломался, — огрызнулся полицейский. — Он молчит. Понимаешь? Вообще молчит. Обычно, когда человек говорит правду, я чувствую… резонанс. Гармонию. Когда врёт — диссонанс, скрежет. А тут тишина. Вакуум. Будто я стену пытаюсь прочитать, а не человека. Ни отклика, ни эмоций, ничего. Я не могу его прощупать.

— Тишина? — я задумчиво потёр подбородок. — Это может быть связано с классом. Мнемоник. Работа с мозгом, с памятью, с подсознанием.

— Думаешь, ментальная защита? — спросил Ершов.

— Возможно, — кивнул я. — Какая-нибудь «Железная воля» или «Чертоги разума».

— Всё равно мутный тип, — покачал головой полицейский. — Не нравится он мне. Слишком гладко стелет. Нормальный человек, выживший в мясорубке, должен фонить эмоциями — страхом, облегчением, адреналином. А этот пустой, как барабан. Я рекомендую жёсткий карантин. Изолировать, поставить охрану, и потом я с ним поработаю плотнее. С «Гласом Истины» и, может быть, с парой дополнительных навыков.

— Согласен, — поддержал я. — Рисковать не будем.

К нашему шёпоту присоединилась третья голова. Искра, подкравшись с другой стороны, тоже заговорщически зашипела:

— Мне он тоже не нравится. Он какой-то… неживой. Скучный. И глаза у него стеклянные, как у куклы. Может, он контуженный? Или, знаете, есть такие люди — душнилы по жизни. Вот он мемоник… тьфу, мнемоник. Будет ходить и нудеть: «А я запомнил, что ты три дня назад на завтрак две сосиски съела, а не одну».

Я едва сдержал улыбку. Искра, как всегда, зрит в корень, пусть и через призму своего восприятия.

— Ясно. Твоё чутьё тоже говорит, что что-то не так.

— Слишком громко шепчетесь, — раздался за спиной голос Варягина. Он не поворачивался, продолжая сверлить Игната взглядом, но всё слышал.

Мы выпрямились и одновременно развернулись. Со стороны это, должно быть, выглядело как совещание заговорщиков.

— Решение принято, — сказал я. — Игнат, мы готовы тебя принять. Но есть правила. Для всех новичков у нас обязательный карантин.

Я сделал паузу, внимательно глядя ему в глаза.

— Тебе предоставят отдельную комнату, горячую воду, чистую одежду и еду. Тебя осмотрит наш медик. Но в ближайшее время любое перемещение по территории для тебя будет закрыто. Мы должны убедиться, что ты не представляешь угрозы.

На его лице не дрогнул ни один мускул.

— Это справедливо, — кивнул он. — Вы не знаете, кто я. Меры предосторожности разумны.

Его покорность и логичность настораживали даже больше, чем если бы он начал возмущаться. Гораздо больше.

— Сергей Иванович, — я повернулся к паладину. — Займитесь. Выделите ему комнату в восточном крыле, подальше от остальных. Приставьте к двери охрану. Просто для наблюдения.

— Будет сделано, — коротко ответил паладин.

Я оставил их разбираться и решительно направился к своему «Ленд Крузеру».

— Лёш, ты уверен? — догнала меня Искра. — Может, ну её, эту курицу? Разберёмся сначала с