Зодчий. Книга VIII - Юрий Александрович Погуляй

— Мне надо отследить одного человека. Вы, должно быть, помните её. Матушка Ирина.

— Сумасшедшая монахиня из подворья Святой Варвары? — уточнил Конычев.

— Она самая.

— Что-то случилось?

Да, наверное, случилось. Я ведь собрался с силами и посмотрел запись, на которой было запечатлено всё, что монахиня со мной тогда сделала, в медицинском отсеке с бессознательной Пановой. И, по-моему, девушка отдалась своему предназначению с излишней страстью.

Ну и подобный метод «забора» материала показался мне варварским, ведь у Ирины были возможности сделать всё более цивилизованно и по-медицински верно.

— Не совсем так, — осторожно произнёс я. — Матушка Ирина внезапно покинула мои земли и отправилась, как я понимаю, на Алтай. Мне бы хотелось знать, где она остановится. Есть некоторые неразрешённые вопросы.

Первым делом «насильницу» надо найти. И потом уже решить, как поступать. Честно говоря, у меня не было идей, как поступить с монахиней, так ревностно исполняющей придуманное пророчество. Оставлять такое предательство без реакции — неправильно, но не убивать же её. Так что сначала стоит узнать, где Ирина осядет, а потом, может, в голову придёт решение.

Если, конечно, мы тут раньше не поляжем от Скверны.

Конычев молчал несколько секунд:

— Алтай большой, спрятаться там очень легко, — с сомнением проговорил он.

— Прекрасно это понимаю. Но и уровень вашей квалификации достаточно высок.

— Спасибо. Устранить её? — спросил психомант ещё через паузу.

— Нет. Найти, проследить и дать мне знать, где она остановилась. Надеюсь, это не слишком вас затруднит?

— Я обожаю Горный Алтай, ваше сиятельство. Кухня, правда, слишком жирная, но зато люди шикарные, — проговорил голос в динамике. — С удовольствием отправлюсь, если прикажете. Хотя, мне кажется, мои навыки были бы полезнее на фронтире. Особенно сейчас.

Мне послышался некоторый упрёк. Довольно справедливый.

— Согласен. Вы не обязаны искать её лично, Степан Родионович, — улыбнулся я. — Но никто кроме вас не сможет организовать эти поиски достойно.

— Хорошо. Я что-нибудь придумаю, — ответил Конычев. — Буду держать вас в курсе.

— Спасибо.

Звонок прервался. Я убрал телефон в карман и заметил быстрый взгляд витязя, брошенный в зеркало заднего вида. Но сделал вид, будто это прошло мимо моего внимания, и погрузился в отчёты Черномора, одновременно размышляя о находке Конычева.

Если психомант с моим особым отрядом гвардейцев сумели отыскать секрет Аль-Абаса… Это победа, однозначно. Которую нужно должным образом оформить, с привлечением подходящих специалистов.

Буревой мне так и не перезвонил. Хотя и с земель Скоробогатовой магистр биомантии не уехал.

Хороший знак. Надо будет напомнить ему о себе. Но ненавязчиво.

Глава 13

Как только пришли холода — потребление энергии выросло, а так как на фронтире дураков нет и благородный граф не ввёл счётчиков и тарифов, обеспечивая жителей дармовым светом, в каждой халупе появились приборы отопления. В зависимости от потребностей.

Я не вмешивался, хотя Черномор считал всё внимательно, вносил данные в отдельную базу, анализировал расходы и считал нагрузку. Даже создал карту потребления и рисков, с красными, жёлтыми и зелёными зонами. Зима покрасила её в жёлто-красную целиком, но это не сильно напрягало мои источники. Если для комфортной жизни человеку нужен свет, пусть пользуется. Счёт я выставлю тому, кто использует энергию для заработка. Владельцы мастерских и магазинов не возражали, потому что три шкуры я с них не драл, а учёт для делового человека весьма успешно тонизирует предпринимательскую жилку. Так что пусть не расслабляются и ищут пути для развития.

Вот только люди, получившие «електричество» сравнительно недавно, совершали грубые ошибки. Например, когда я возвращался из Минска, в Комаровке произошёл первый пожар, который гасили гвардейцы. Отрадно, что Черномор отработал самостоятельно, верно обнаружив угрозу, рассчитав её опасность и подняв по тревоге ближайших людей Турова. Когда хозяин, оставивший включённый электроприбор, вернулся домой — его ждали высаженные двери и лишь слегка пострадавшая комната, вместо пепелища.

То, как мой виртуальный помощник обретает самостоятельность — меня радовало. Но поручать ему заботу о жизнях «людишек» и оставить это без контроля я бы всё равно не стал. Однако за расторопность похвалил, отчего изображение робота окрасилось в изумрудно-зелёный, и искин даже засмущался. Следующий день прошёл в заботах и выстраивании дополнительных ресурсов. Для выработки энергии я пристроил ещё один модуль биореактора, во втором Трансмутаторе. Драконов с горящими глазами занимался разработкой схемы, которую мы создавали вместе. Вернее, больше ею занимался он, а я намекал в деталях, куда и что можно добавить. Проект модульного отеля сейчас, конечно, был не слишком актуальным в наших краях, так как людям было совсем не до путешествий. Но так ведь будет не всегда. Рано или поздно жизнь наладится.

Сейчас же туристов в моих краях почти не осталось, а в саду, прежде бывшем достопримечательностью, теперь бывал только Олежка, запросивший тёплый купол над скульптурной композицией. Энергия «Обращения» пульсировала, будто пробуждающееся ото сна сердце. И у меня были хорошие предчувствия на этот счёт. Хотя работы, связанные с этой частью моих планов, оставались скорее фоновыми. Потому как не стоит делать большие ставки и погружаться в мечты. Вдруг не выгорит дело, тогда только расстроишься.

Госпиталь у Хрипска достроился ночью третьего декабря, и уже ранним утром туда заехали представители Карантинной Службы в компании с Володиным, для инспекции. Я прибыл домой в третьем часу, закончив с выстраиванием отражающих экранов. На зов отца Игнатия пришли многие, и теперь под охраной самых одарённых гвардейцев в церкви находилось полсотни икон. Расставлять их буду потом. Сначала нужно было подготовить для них ячейки, проверить расстояния между ними, чтоб не мешать основной задачи больницы — лечить людей.

Утром к моему дому подъехал розовый автомобиль Скоробогатовой, и когда он только парковался — я уже вышел на улицу. Нямко как раз вылезло из своей норы, помахало мне ручкой, а затем, пританцовывая, потопало через двор к тому месту, где обитал Светко. Мои полтергейсты всё свободное время проводили вместе и позавчера, после возвращения из Минска, мне даже довелось понаблюдать за ними. Тогда уже стемнело, падал снег, и в конусе света магического фонаря беззвучно плясало разумное ведро, подпрыгивая и размахивая руками. Светко покачивался в неслышимый такт, а вокруг царила кромешная тьма, и ничего, кроме этого танца, в мире не существовало.

Сцена эта наполнила сердце теплом и непонятной грустью.

— Ням? — спросил я Нямко. Ведро остановилось, с лёгким недоумением произнесло:

— Ням?

— Ням!

— Ням, — снова махнуло оно ручкой и вприпрыжку пошло по своим делам.

Графиня в белой шубке вышла из своей машины и теперь с интересом изучала сухой асфальт под изящными сапожками. Дорожки