Симфония мостовых на мою голову - Анна Игоревна Рудианова

метро или на платформе они стоят обрубками своих душ, и страшен их вид, ведь они так похожи на людей. И огромная пасть размером с провал тоннеля раскрывается прямо навстречу поезду.

Даже чёрные тени не так ужасны, как существа, обитающие на дне метрополитена. Давид знал, что они не люди, то, что таилось в брюхе Питера, было по-настоящему адским.

Конечно же, Хворь ничего не рассказал Синицыной. Они просто поехали на троллейбусе, что не помешало Ирке радоваться поездке. Её реакция граничила с младенческим восторгом:

— Очуметь, я в жизни на рогатом не ездила! Я думала, их уже утилизировали все.

— Ты каждый день их на Литейном видишь, — Давид скептически приподнял бровь.

Пуховик Синицыной сегодня казался ещё ярче, его обтекали люди, ехавшие с ними в троллейбусе, будто боялись испачкать или помять. Хотя он и так был мятый, а по рукавам на манжетах и на воротнике Давид заметил тёмные разводы грязи.

Фиолетовые пряди отросли почти до плеч и завивались на кончиках. Цвет стал менее вызывающим, чем в начале учебного года, хоть глаза не выжигал.

Удивительно, как в таком ужасном прикиде Ирка умудрялась выглядеть красиво, а не смешно. Или Хворь просто привык к ней?

— Ты как с луны свалилась, — Давид подыскал место свободное, ехать им было минут сорок, не будет же Синицына стоять всё это время.

— А на что они похожи, эти призраки? — внезапно спросила Ирка.

Хворь напрягся, по спине мигом потёк холодный пот, забираясь под резинку трусов.

— Не сейчас, — Давид сверкнул линзами очков по сторонам.

Две бабульки перешёптывались, следя за каждым его движением. Мужчина подозрительно косился, а молодая мамочка с коляской вообще предпочла отъехать подальше.

И зачем он только согласился с ней? Зачем потащил к себе домой? План, заранее обречённый на неудачу. Да его же сейчас прямо из троллейбуса заберут на пару с Иркой!

— Ой, а у меня денег нет. Пошли отсюда, кондуктор! На следующем доедем! — нервный шёпот Синицыной долетал до Давида кусками.

Он с трудом переключился со своих переживаний на текущие проблемы. Почти обрадовался. К ним спешил кондуктор в яркой оранжевой жилетке. Точь-в-точь как толстовка Синицыной.

Отлично! Ирку высадят, он спокойно поедет домой. И ничего не было.

— Я заплачу, — услышал свой голос. — Ты всё-таки мне помогаешь.

Это точно он сказал? Не послышалось? ЗАЙН! Зачем?

Рука, остановись! Нет, он не будет платить за Синицыну. Пусть валит на хрен из троллейбуса и из его жизни! Ему не нужна помощь! Ни от неё, ни от кого-либо.

Только семье он может доверять, только они не сдадут его в больницу…

— Давид, зачем достал расчёску? — спросила Ира, нежно трогая его руку.

Хворь понял, что протянул в сторону уходящего кондуктора расчёску, выдохнул нервное «Зайн!» и поправил очки:

— Немного волнуюсь, — признался, пытаясь восстановить самообладание. Больше всего раздражало, что Синицына держалась за его локоть и мешала спрятать несчастную расчёску.

— Я же с тобой! Вот увидишь, я сумею договориться с любой тварью. Однажды я председателя ЖЭКа уговорила отремонтировать детскую площадку. Значит, и с твоими демонами договорюсь.

Давид уставился на тонкие пальчики, сжимающие его пальто. Ирка ещё и ногти красила в разные цвета.

Розовый, оранжевый, жёлтый, зелёный, синий.

Как же бессовестно ярко!

Но от этой яркости ему стало спокойнее.

Ненадолго, правда. Пока она опять про призраков не заговорила.

ГЛАВА 16. Каких таблетосов ему дать?

Ирина Синицына

Хата у старосты оказалась ух-бухты! Перестроенная, отремонтированная коммуналка о семи комнатах, с охренеть каким длинным коридором. Отделанная по последнему слову интерьерного дизайна. Когда мы зашли, автоматически включилась подсветка в нише над полом. А робот-пылесос пиликнул и пришвартовался на станцию. Я проводила чудо техники взглядом, сглотнула слюну.

Мой отец даже на новый ноут не раскошелится!

Давид шикнул на меня, когда я заступила за край придверного серого коврика. Пришлось аккуратненько разуваться и вешать одежду на вешалку, покрытую белой краской. На внутренней стороне двери от пола до потолка висело зеркало, и казалось, что коридор тянется дальше, уходя бесконечной сосиской в неизвестность.

— Сюда, — Хворь направил меня в первую же дверь, но я не смогла удержаться и ломанулась вперёд по коридору в поисках кухни. Водички попить, поглазеть на остальные апартаменты.

Интерьер был выполнен в стиле лофт.

На кухне стояла индукционная плита и огромный бойлер вместо банальной газовой колонки!

Белые шкафы и стеллажи сочеталась со стеклянными полками и молочными шторами. От чистоты, смешанной с запахом хлорки, щипало глаза.

В комнате Давида было ещё чище.

В больнице и то меньше стерильности, чем в этой квартире.

Белая мебель, белая кровать, белые стены. Из яркого чёрный прямоугольник ноутбука на белом столе да разноцветные корешки книг на полках. Даже постельное бельё белоснежное!

Жуть жуткая. Я-то надеялась, он на трансформерах спит или динозаврах!

Я даже провела пальцем по подоконнику — никакой пыли, само собой, не обнаружилось.

Люстру Хворь включил с пульта, а умную колонку поприветствовал вопросом:

— Алиса, как выйти на связь с призраком? — Кинул мою сумку и свой рюкзак прямо на кровать и, пока я тестировала помещение на стерильность, уже вовсю спорил с искусственным интеллектом: — Ещё раз, средства связи с умершими!

«Вот что удалось найти по вашему запросу: для соединения с умершими установите приложение: «Моё кладбище РФ». Специалисты продемонстрируют вам могилу родственника по видеосвязи, передадут от вас привет или поздравления умершему…»

— Да что за бред?! Алиса, куда мне эти могилы совать?

«Вот что удалось найти по вашему запросу: засунуть могилу лучше в…»

— Стоп, Алиса, вырубись.

Смачный храп разлетелся по квартире. Я заинтересованно посмотрела на маленькую светлую колонку, почти незаметную на фоне белоснежного комода.

Колонка мигала красным и храпела.

— Я настроил, прикольно же, — смутился Хворь без тени улыбки. И поморщился, заметив, что я лапаю его медаль по плаванью. — Ты руки помыла?

Я рассмеялась, вспомнив о его маниакальной страсти к правильности, и порадовалась, что меня не заставили перчатки и маску надеть:

— Ага, могу справку показать!

Помимо первого места по плаванию, Давид выиграл два турнира по шахматам, одну олимпиаду по английскому и бесчисленное количество математических. Я сбилась на семнадцатой грамоте. Взял третье место по борьбе в лёгком весе. И все эти награды висели аккуратненько на стене и стояли на комоде напротив кровати.

— Не знала, что ты борьбой увлекаешься,