Жены проклятого рыцаря. Наложница верховного рыцаря - Анна Гале

— Татьяна, — хмуро ответила Лиля.

— Имя мне тоже нравится.

В созданном Лилей и Инесс с помощью Грарга большом зале пили за победителей, смеялись, шумели. Подсвечники давно уже были убраны, запах благовоний выветрился через форточку. Теперь здесь витали ароматы молотого кофе и дорогой выпивки. Яркий свет хрустальной люстры создавал праздничное настроение. Накрытый светлой скатертью стол ломился от закусок.

Судьи после ухода Герберта с Синичкой тут же сняли мантии и теперь выглядели как обычные люди, одетые для праздника. Мужчины в классических костюмах провозгласили тост за совет судей Грарга. Лиля и Инесс в вечерних платьях в пол чокались рюмками и улыбались, как лучшие подруги.

Звуки за стеной наконец-то смолкли. Интересно, сколько прошло времени?

— Видение улетело? — в голосе Герберта прозвучала издёвка. — Да не отворачивайся ты, — мягче добавил он.

— Нужно идти? — донёсся из-за стены голос Синички.

— Подождём немного. Такую они тебя не увидят.

— Какую?

— Страсть тебе к лицу.

— О господи!

— А ты действительно думала, что я устрою в постели камеру пыток? Жаль, что ты так быстро пришла в себя.

— Я тебя ненавижу.

— Нормальная реакция, это пройдёт.

— Зачем ты так, Герберт? — голос Танюши окреп. — Не трогай меня, пожалуйста. Ты хоть понимаешь, каково сейчас Вике? Она же всё слышала! Каждое слово, каждый звук…

— После посвящения ей всё равно, что между нами произошло. Вика — моя любимая, а ты… — он осёкся. — Ну, так получилось. Между прочим, нас там действительно хорошо слышно, так что дальнейшие разговоры оставим на утро. Пора выходить.

За стенкой послышались возня, шуршание, шёпот, а затем тихие шаги. Анорм встал и двинулся навстречу.

— Победитель может передать жертву покровителю, — сказал он, загораживая дверной проём.

— Анорм, вы с Лили успели напиться? — сухо спросил Герберт. — Вы выбрали не слишком подходящее время и место.

— Думаешь, мы могли позволить себе нечто подобное, пока совет судей в сборе? Если ты не понял, я — покровитель жертвы до рассвета, — сдержанно ответил Анорм. — Пойдём, не бойся, — неожиданно мягко добавил он. — Там тебя никто не обидит.

— То есть насчёт покровителя — ты серьёзно? — мрачно уточнил Герберт.

— Абсолютно.

Анорм вошёл, поддерживая Синичку за плечи. Она пришла всё в тех же чёрных кружевах Лили. Лицо у Танюши было бледное, в глазах — беспросветная тоска. В мою сторону подруга не смотрела. Неужели почувствовала себя виноватой? Это было бы вполне в духе Синички. Ладно, на рассвете поговорим. Хотя нет, лучше накачать подругу снотворным, как предлагает Лиля, и говорить уже потом, когда Танюшка проснётся.

Анорм подвёл её к столу.

— Я должна сидеть отдельно, — безжизненным голосом напомнила Синичка.

— Всё закончилось, — Анорм почти силой усадил её на стул и устроился рядом, приобняв Таню.

Герберт притянул меня к себе на колени.

— Злишься? — шёпотом спросил он.

— Нет. Это ведь было нужно.

— Всё хуже, чем ты думаешь, Викуля, — Герберт зашептал так тихо, что никто больше не смог бы его услышать. — Я не знал этот закон, как следует, иначе не согласился бы на бой чести. Синичку я бы по-любому забрал с собой, но не на таких условиях. Право победителя должно подтверждаться, как минимум, два раза в неделю, срок неограничен. Если я не буду пользоваться правом, об этом скоро станет известно. Обо всех нарушениях моментально узнают члены совета, в голове каждого судьи появляется информация. Например, о том, что сэр Герберт без каких-либо причин перестал пользоваться своим законным правом победителя, и оно переходит ко всем желающим.

Моё сердце на пару секунд замерло. Сколько проживёт Синичка, если Герберт откажется от неё? Сутки? Неделю? Танюшка сделает всё, чтобы её убили, доведёт кого угодно. Герберт — её единственный шанс на жизнь.

— Синичка знает? — быстро спросила я.

— Знает, что должна остаться с нами. Лили пока не стала говорить ей об остальном. Для обычного человека и того, что с ней произошло, слишком много. Пусть пока придёт в себя. Решение за тобой, Викуля, — устроить мне здесь оскорбительный для тебя гарем или передать право победителя, допустим, Анорму? Только решать надо поскорее, на рассвете Король наверняка попросит уступить ему девушку. Если бы это зависело только от меня, я бы оставил Синичку здесь, но…

— Мне не нужно время, — перебила я. — Пусть будет гарем.

— И почему я не сомневался в твоей реакции? — Герберт чмокнул меня в щёку. — Для меня и Лили это приемлемо, для тебя — тоже, а вот с призом победителя придётся нелегко. Она этого не поймёт.

Синичка с жадностью пила из поданного ей Анормом стакана минералку. Гости переговаривались, искоса с интересом поглядывая в их сторону. Лиля задумчиво хмурилась. Герберт придвинулся к ней и тихо спросил:

— Что ему нужно за покровительство?

— Пичужку, разумеется, — раздражённо ответила Лиля. — Он хочет задержаться у нас, чтобы по-хорошему уболтать девчонку с ним уехать. И собирается убеждать тебя передать право, разумеется.

— Девочку он, может, и уговорит, только я её не отпущу, раз Вика не против.

Лиля понимающе улыбнулась.

— Ты не возражаешь? — с тревогой спросила я.

— Мне-то что? Ты же законная супруга. Я и не сомневалась в вашем решении.

— Лиля, а кого ты защищала в прошлый раз? — я заговорила громче.

К нашему разговору уже начинали прислушиваться гости. Пора было сменить тему на более безобидную.

— Викуся, у тебя талант задавать вопросы в самое неподходящее время, — хмуро ответила Лиля.

Я заметила, как переглядываются с ехидными улыбками члены совета. Анорм поставил перед Синичкой тарелку с салатом и мясом.

— А тебе это интересно? — спросил он.

— Это был Герберт, — безжизненным голосом ответила Танюша.

— Уже слышала эту историю?

— Нет. Но вряд ли судья Лилиана ради кого-то ещё захотела бы вступить в ваш совет против правил и с дикими мучениями.

— Молодец, быстро соображаешь, — кивнул Анорм. — Ну что, Лили, рассказать застольную историю?

— Валяй, — дёрнула плечом Лиля. — Правда, эта история здесь мало кому интересна, все судьи хорошо её помнят. Разве что девочек развлечь…

— Произошло это около века назад, Герберт и Лилиана тогда жили как супруги в старой доброй Англии, — с удовольствием начал Анорм, снова приобняв за плечи Синичку. — Лили к тому времени уже несколько десятков лет изменяла Герберту, но, как известно, муж обо всём узнаёт последним. Однажды Герберт пришёл домой раньше, чем собирался, и обнаружил жену в компании члена нашего совета. Сегодня его здесь нет, но в скором времени вы обе наверняка увидите судью Луиса. Герберт не подозревал, что в постели его супруги перебывали к тому времени почти все его знакомые. Начался скандал, и