Академия живых картин - Вера Алексеевна Фролова

Стопки картинок, с которыми проходили вертушки, перенесли в крайний от выхода шкаф, две нижние полки которого оказались пустыми. На одну из них Максим поставил картинки со своего стола. Катя едва успела моргнуть, как они исчезли. Полка осталась совершенно пустой! Дима молча забрал портреты со своего и Катиного стола и тоже поставил на полку. Шкаф едва успел закрыться, как картинки испарились. Катя даже несколько раз моргнула от удивления.

– Это распределяющий шкаф. – Максим стоял рядом. Спокойный, но ещё без улыбки.

– Как портал в гардеробной?

– Да, принцип тот же. Только шкаф работает в пределах аудитории и только на один вид предметов. Есть стеллажи с одеждой, с инструментами, этот с картинами.

– И в него поместятся все портреты, сколько бы ты ни поставил? – Кате хотелось как-то наладить общение с ершистым Максимом. Протянуть ему руку помощи. И он это, похоже, увидел. Понял, что девушка не собирается обижаться или злиться на него. Улыбнулся.

– Да, ограничений по количеству нет. Но тут есть ещё один секрет. В него можно вытащить портреты из любого другого шкафа. Смотри.

Максим подошёл к торцевой стенке шкафа. На ней висела конструкция, напоминающая календарь из кубиков. На красивой резной пластине цвета морёного дерева, такого же, как сам стеллаж, висели три деревянные дощечки в ряд и одна под ними. По размеру они были чуть меньше, чем банковские карточки. Изначально на каждом блоке был выжжен ноль.

– Назови любое трёхзначное число.

– Триста девяносто семь.

Кате стало любопытно, что будет дальше, и она встала рядом с Максимом. Он крутанул первую пластину. Она оказалась плоской и имела всего две поверхности. Но при каждом обороте вокруг оси изображение менялось. Сначала ноль сменился на единицу, потом на двойку, и, когда Максим крутанул дощечку ещё раз, на ней красовалась цифра три. Катя тихонько ахнула.

С победной улыбкой Максим продолжил менять значения на панели. Следующую пластину он повернул не вперёд, а в обратную сторону. Ноль сразу сменился девяткой. С третьим окошком он поступил так же. И уже через несколько секунд на панели сияло, переливаясь всеми оттенками огня, названное Катей число.

– Мы выбрали номер шкафа, из которого к нам переместятся картинки. Теперь нужна полка. Это число от одного до девяти. Какое выберешь?

– Давай четыре.

Макс ловко крутанул пластинку вперёд и шлёпнул по ней, когда на поверхности загорелась нужная цифра. Как только панель получила недостающую информацию, шкаф загудел, завибрировал. И уже через пару секунд Катя услышала тихий глухой стук.

Максим распахнул створки шкафа, и Катя снова ахнула. На второй снизу полке теперь красовался ровный ряд портретов. Девушка раздвинула несколько пластин и посмотрела на изображения. В ней загорелся интерес.

– А как их отправить обратно?

– Просто обнулить наборник. Только закрой шкаф. Тут принцип как в старых лифтах: пока не захлопнутся створки, никто никуда не поедет.

И он рассмеялся. Катя опасливо прикрыла дверцы. Макс вернул изображение на панели в исходное состояние. Шкаф загудел, задрожал, звякнул, и вторая полка снова стала пустой. Катя распахнула створки и похлопала ладонью по опустевшей полке, словно стараясь найти следы обмана.

– Здорово!

– Здесь всё так. – Максим явно гордился устройством «Спас-Арта». – Совсем иначе, чем снаружи.

– Это точно. К такому невозможно быстро привыкнуть.

– К хорошему быстро привыкаешь.

Парень замялся, словно собирался с духом перед тем, как сказать что-то важное. Он огляделся вокруг. В аудитории остались только они с Катей. Он посмотрел на окна, прикоснулся к поверхности шкафа и только потом поднял на Катю взгляд.

– Тут всё не так, как снаружи. Фокусы с картинками, страж на входе, Непутёвые лестницы. Это, конечно, удивительное, но не самое важное. Мы тут правда семья. – Он ещё больше смутился, отчего на бледном лице появились розовые пятна. – Мы всегда друг за друга, понимаешь?

Катя молча кивнула в ответ, боясь сбить настрой Максима.

– Ты это, не сердись. Просто я хотел…

– Я понимаю, – перебила Катя. – Ты же видишь, что это случайно вышло? Я просто настроилась со Стасом и Кириллом Сергеевичем и на волне смогла у тебя выиграть. Это же спонтанный эффект. Если бы мы с тобой были в первой паре, я бы тебе с треском проиграла.

– Да? Серьёзно? – В глазах Макса заиграла надежда.

– Конечно!

– А я-то думаю, как ты смогла? – Он облегчённо расхохотался. – В самый первый день – и уже обыграла! А тут, оказывается, всё понятно! Мир?

– Мир.

– Супер! В понедельник приходи пораньше, я тебя провожу в «Спас-Арт».

Первое проявление

До понедельника время тянулось, как остывающая карамель: плавно, но с большой неохотой, тягуче. И, судя по тому, как нетерпеливо расхаживал у ног Атлантов Максим, не только для Кати. Едва она отошла от Александрийской колонны, он рванулся навстречу.

По коридорам они шли так быстро, что проще было перейти на бег. Кате не хотелось жаловаться или тормозить Максима, который рвался в ВШС, поэтому она стиснула зубы и торопилась изо всех сил. У дверей, за которыми был нарисованный страж, остановилась.

Мелихов приложил ладонь к руке рыцаря и провалился в стену, словно его утянула с пирса акула. Всё было так же, как и в день знакомства Кати с ВШС. Только теперь она видела это со стороны, и ей было немного жутко. Оставшись в одиночестве в гулком подвале, Катя занервничала. А вдруг не получится пройти в «Спас-Арт»?

Она закусила нижнюю губу и произнесла:

– Здравствуйте.

– Приветствую, – откликнулся страж и протянул руку без промедления. Катя торопливо шагнула вперёд, но страж её не дёргал. Провёл внутрь медленно и аккуратно.

Максим познакомил Строкову с девочками с первого курса, а потом остался с ними разговаривать в коридоре. Задумавшись о новой жизни, Катя юркнула в кабинет и опустилась за парту у окна, не заметив женщину, сидящую за преподавательским столом на возвышении.

Незнакомка в алой мантии глядела на Катю оценивающе. Смотрела, не отрывая холодного взгляда ни на секунду. В отличие от других спасартовцев, не махала рукой и не затевала разговора первой. Просто рассматривала, как скатерть на обеденном столе. Кате стало неловко.

– Здравствуйте, – первой заговорила девушка.

– Добрый вечер, Строкова. Я – Альбина Айдаровна. Преподаю несколько предметов, специализируюсь на проявлении.

– Простите, на чём?

– На увеличении яркости в портрете. Работа по освобождению витарта проходит в несколько этапов. Начинает видящий. Он не просто обнаруживает живую картину, в его обязанности входит налаживание