Ярость на краю империи - Ян Анатольевич Бадевский

Алеся первыми шагнули в зыбкую поверхность. Сделав створки бесплотными, я продолжал смотреть сквозь них, сохраняя прозрачность. Стражи ещё не лезли из своих нор. Впрочем, это ненадолго. Я был уверен, что разум колонии сделает выводы из нынешней ситуации.

Ольга и Денис отправились вторыми.

Я просочился сквозь заглушку и восстановил её материальность.

Сверился с мыслекартой.

Масштабы сферы выходили за грани разумного. От экваториального пояса к центру уходили четыре магистрали, и каждая из них тянулась примерно на два километра. Изучать схему помещений вне пунктирной линии можно было до бесконечности. Огромное количество вертикальных и горизонтальных коридоров, гравитационных шахт, жилых ячеек и больших залов непонятного назначения. Мне даже попался зал, отмеченный Администратором как «городской парк», и он раскинулся тремя ярусами выше, прямо над моей головой. Невообразимо громадное замкнутое пространство куполообразной формы с искусственным оранжевым светилом, отличающимся от нашего Солнца. Тёмно-рыжее небо, чередующиеся полосы фиолетовых и багровых облаков. Джунгли насыщенного тёмно-синего цвета. Проложенные среди этих зарослей дорожки — геометрически идеальные, хотя и чуждые нам по своей планировке. Никаких лавочек, беседок или подобных объектов я не заметил.

Убрав карту, я просветил ближайшие окрестности.

И увидел те самые технические каналы, по которым на наши головы обрушивались стражи. Каналами были пронизаны все главные переборки, условно разделяющие сферу на сектора. Диаметр этих переходов не превышал одного метра, но любой биомех, хоть страж, хоть АРМ, хоть гончая, мог подтянуть к себе конечности и ужаться до нужных габаритов. Всё это смахивало на сеть капилляров в исполинском организме.

По капиллярам ползли стражи.

Безошибочно ползли в нашем направлении.

Снова по шахте прокатился зубодробительный гул.

— Гадство, — поморщилась Алеся.

Игорь и Ольга выдержали акустический удар, даже не изменившись в лице. Мысленно я поставил этим двоим зачёт. Род скоро сможет похвастаться идеальными убийцами, сохраняющими невозмутимость в любых обстоятельствах.

Звук унёсся вдаль и затих.

— Погнали, — я зашагал по тоннелю. — Нельзя терять время.

Гвардейцы заняли позиции, предписанные схемой. Краем глаза я заметил, что замыкающие развернулись спиной вперёд, прикрывая тыл.

Теперь я шёл, отслеживая движение стражей в прозрачных «капиллярах».

И то, что я видел, меня напрягало.

Со всех концов в нашу сторону ползли биомехи. Внутри технических каналов они развивали просто сумасшедшие скорости, и с каждой секундой расстояние между нами сокращалось.

— Бегом! — рявкнул я. — Прямо по коридору!

И мы помчались, не разбирая дороги.

Расход ки увеличился, потому что я просвечивал больше секторов по мере продвижения. Пришлось врубить циркуляцию. Опять же, ничего критичного, но я понимал, что если не вмешаться в это дерьмо, то нас захлестнёт.

Биомехи реагировали на наше движение.

Сворачивали в боковые каналы и шли наперерез, рассчитав точку выхода группы.

Удивительно, что колония не использует другие инструменты. Что мешает вырубить системы жизнеобеспечения? Например, убрать подачу кислорода? Или резко повысить температуру в коридорах?

Прикинув дистанцию, я ударил первым.

Сделал проницаемым участок переборки, по которому через каналы лезло целое стадо биомехов. Твари провалились вниз. Те, что шли за ними, тоже начали срываться, прежде чем догадались притормозить. Я позволил сколопендрам рухнуть вниз на пару сотен метров, а затем восстановил материальность участка.

— Что ты делаешь? — спросил Игорь.

— Не мешай.

Я проследил за стражами, которые попытались обойти нас по верхним ярусам. Выдержал секунд тридцать, чтобы они все скопились в одном секторе, а потом создал бесплотный вертикальный колодец. Сколопендры просыпались вниз чёрным дождём. Некоторые просачивались в нашу трубу, ныряли в пол и исчезали бесследно.

— Чума! — обрадовалась Алеся.

— Не благодарите, — бросил я через плечо.

И продолжил экзекуцию.

Я успел очистить от биомехов ещё несколько секторов, прежде чем колония среагировала. Очередная попытка сделать проницаемыми внутренние коммуникации потерпела крах. Ближайшие к нашей магистральной трубе переборки стали блокировать энергетические потоки.

— Всё, — сказал я. — Недолго музыка играла.

И двинулся вперёд, ускоряя шаг.

По моему первоначальному замыслу Бродяга должен был проникнуть в колонию, добраться до ядра и высадить нашу группу там без лишних приключений. Однако перед стыковкой домоморф отчитался, что ему недоступен целый фрагмент многомерности, совпадающий по объёму с точкой залегания колонии. Разум станции изолировал себя на всех уровнях реальности. Именно по этой причине я не взял в рейд Хорвен. Не хотел рисковать. Слишком много сюрпризов, которые не просчитываются.

Впереди — не меньше километра.

Я мог бы, наверно, свернуть в одно из боковых ответвлений, но подобные манёвры не имеют смысла. Стражи быстро сориентируются, а мы увязнем в лабиринте непонятных переходов.

Надо идти вперёд, сметая препятствия.

По коридорам вновь прокатился утробный гул.

В голове прозвучал голос:

СТАТУС ОБИТАТЕЛЕЙ НЕ ПОДТВЕРЖДЁН. НЕИЗУЧЕННЫЕ ОРГАНИЗМЫ СВОБОДНО ПЕРЕМЕЩАЮТСЯ ПО ЖИЛЫМ СЕКТОРАМ. НЕДОПУСТИМО. ФОРСИРУЮ РАСПАД.

Последняя фраза меня встревожила.

Я побежал.

— Оля, не отставайте!

Замыкающие поняли, что реальность изменилась. Стражи ещё не успели добраться до нашего сектора, но происходило что-то зловещее. Уведомление колонии слышали все.

Люки начали открываться спустя четыре минуты.

Мы успели проникнуть достаточно глубоко, но уж больно разветвлённой была сеть технических каналов. Искусственный разум управлял своими машинами, безошибочно переключая их на оптимальные маршруты.

— На позиции! — гаркнул я.

Мы остановились, тяжело дыша.

Бойцы распределились по отработанной схеме.

Люки начали раскрываться как спереди, так и сзади, отсекая нам путь к отступлению. При этом наш невидимый противник отказался от идеи заглушек. Судя по всему, он понял, что мы в состоянии пройти через них.

Я сосредоточился на тварях прямо по курсу.

Первую волну снесло кинетическим ударом Игоря. Биомехи улетели прочь, кувыркаясь, злобно щёлкая конечностями и издавая неприятные шипящие звуки. Остальные начали разбегаться врассыпную, чтобы не попасть под атакующую технику. Алеся сожгла парочку электрическими разрядами. Я подстрелил ещё двух. Из-за спины повеяло холодом — работал криос. Слышались тихие хлопки — у Ольги был навинчен глушитель.

Новые люки продолжали открываться.

В полу, стенах, потолке.

Разум колонии выводил биомехов на удалённые участки трубы, чтобы мы не ликвидировали их в устьях каналов. Я быстро оценил преимущество выбранной врагом тактики. На нас неслось механизированное полчище, причём стражи сильно ускорились на прямых отрезках.

Я заметил, что непонятные устройства, смахивающие на фонарики, начали излучать слабое бледно-голубое свечение. И понял, что у сколопендр есть оружие, которое мы не учли. Возможно, дистанционное.

Влив побольше ки в свой удар, я сделал целый сегмент трубы проницаемым.

Щёлкающее и лязгающее торнадо провалилось в бездну.

Некоторые твари успели проскочить опасный участок. Игорь вовремя сориентировался и отшвырнул их кинетикой. Биомехов, которые высунулись из люков позже, Алеся сожгла шаровыми молниями.

Восстановив материальность сегмента, я обернулся.

Магистраль за нами была проморожена насквозь, но биомехи