Архитектор душ XIII. Последнее дело Громова. Часть 2 - Александр Вольт

Мой взгляд скользнул по цифрам, а в голове уже начала выстраиваться пугающая цепочка последствий. Семь дней. Целая неделя мирового кризиса прошла без нашего участия. Логично, что нас посчитали мертвецами и удивились, когда мы вывалились из леса.

Шая, стоявшая рядом, тоже сосредоточенно смотрела на экран. Ее тонкие брови сошлись на переносице. Затем эльфийка медленно повернула голову и посмотрела на меня, явно желая что-то сказать, но по одному лишь выражению лица было понятно: не здесь и не при начальнике гарнизона.

Я ответил ей едва заметным кивком.

— Ну и ваш внешний вид, — добавил офицер, прерывая мои мысли и обводя нас рукой. — Когда люди уходят в такое место, меньше всего ожидаешь их увидеть бодрыми и чистыми, знаете ли.

Я оглядел себя. Действительно, мы выглядели так, будто только что вышли из спа-салона премиум-класса, а не вернулись из зараженной мутантами чащи. Чистая одежда, ни следа грязи, ни запаха пороха, а даже напротив — благоухаем, как свежая клумба. Неудивительно, что пулеметчики на стенах напряглись.

Я пожал плечами, сохраняя нейтральное выражение лица.

— Я тоже не ожидал, что мы столкнемся с дриадами, знаете ли, но имперский приказ надо было выполнять, поэтому… — я развел руками, показывая, что претензии к нашему внешнему виду неуместны. — Можете дать нам доступ к пункту связи? Нужно дозвониться до столицы и запросить транспорт. Нам срочно нужно в Москву.

— Конечно.

Он вышел из-за стола и направился к двери.

— Пройдемте, я провожу.

Мы вышли из кабинета и пошли по длинному коридору штабного блока. Полковник довел нас до двери пункта связи, ввел код на панели и открыл ее.

— Проходите, — сказал он, указывая рукой на проем.

Когда дверь закрылась и мы остались вдвоем, я тут же повернулся к эльфийке.

— Ты что-то хотела сказать.

— Да ты и сам уже все понял, думаю. Нас действительно не было семь дней и виной тому магия дриад и, вероятно, разница в течении времени здесь и в роще. Я никогда ранее у них не была, но, смею предположить, что Лесная Матерь каким-то образом влияет на ход времени внутри и помогать она стала там потому, что прекрасно понимала, что рано или поздно, если они останутся в стороне — болезнь доберется и до них.

— Погоди, — в голове возникла мысль, — то есть, если Даграль был у них где-то год, то…

— То здесь прошло где-то семь лет, — Шая пожала плечами. — Что для дварфа не критично.

Интересно. То есть все вокруг постарели, а он вернулся такой же молодой, хоть и хромающий. В целом вся эта ситуация была очень интересным феноменом и хотелось бы узнать о ней побольше, но, увы, ситуация не располагала.

Сколько же еще тайн хранит этот мир?

— Ладно, — сказал я, подходя к терминалу связи, — давай уже дадим столице знать, что мы живы.

* * *

Солнце безжалостно выжигало каменистое плато в нескольких десятках километров от Долины Царей. Масштабы развернутых земляных работ поражали воображение и больше напоминали подготовку к строительству грандиозного карьера, нежели классическую археологическую экспедицию.

Ради того, чтобы добраться до нужной глубины, египетские власти, получив экстренный запрос и щедрое финансирование от Российской Империи, стянули сюда колоссальное количество тяжелой техники: экскаваторы, бульдозеры и погрузчики работали круглосуточно, вгрызаясь в твердую породу и слежавшийся за тысячелетия песок.

Котлован уходил вниз огромными террасами. Стенки укрепляли стальной сеткой и бетонными сваями, чтобы предотвратить обрушение. Вниз, на самое дно искусственного кратера, вели широкие грунтовые пандусы, по которым непрерывной вереницей курсировали самосвалы, вывозя тонны отработанной породы. Густой запах дизельного выхлопа смешивался с вездесущей пылью, которая скрипела на зубах и забивалась под одежду сотен рабочих. Гудели мощные дизель-генераторы, питающие промышленные прожекторы и системы принудительной вентиляции, опущенные на дно раскопа.

На десятый день непрерывных работ тяжелая техника остановилась. Ковш экскаватора скрежетнул по чему-то, что не поддавалось стальным зубьям.

С этого момента в дело пошел ручной труд.

Сотни египетских рабочих, вооруженных кирками, ломами, пневматическими отбойными молотками и лопатами, спустились на дно котлована. Под палящим солнцем, обливаясь потом, они расчищали пространство вокруг.

К полудню следующего дня перед ними предстала монолитная каменная стена, уходящая вглубь породы. Ни иероглифов, ни фресок, ни статуй богов с головами животных не наблюдалось.

В центре стены отчетливо выделялся контур запечатанного входа. Ни петель, ни замочных скважин на ней не было. Стык между дверью и стеной был залит неизвестным твердым составом, который было приказано взламывать.

Вокруг входа собралась передовая группа. Архивариусы в защитных касках сверялись с планшетами, бригадиры раздавали команды на арабском, перекрикивая гул работающих поодаль генераторов.

Рабочие подтащили к стене промышленные гидравлические домкраты и клинья. В стык между плитой и стеной вбили стальные распорки, подключили шланги высокого давления, и оператор нажал на рычаг компрессора.

Гидравлика натужно загудела, стальные клинья с невероятным усилием начали расширять щель и следом раздался оглушительный треск. Вековой уплотнитель лопнул, осыпаясь на землю серыми кусками. Плита перекрытия, вес которой исчислялся десятками тонн, дрогнула и со скрежетом, от которого завибрировал грунт под ногами, поддалась вперед.

Рабочие радостно закричали, подбадривая друг друга. Оператор добавил давления. Плита сдвинулась еще на десять сантиметров, открывая темный провал шириной в ладонь.

Из образовавшейся щели вырвался резкий, свистящий звук, словно под землей тысячелетиями сохранялось колоссальное давление.

А затем оттуда ударил туман.

Черная масса, словно из сотен тысяч мелких насекомых выползла наружу и стремительно хлынула вперед, целенаправленно окутывая людей, стоявших ближе всего к вскрытому проему.

Операторы гидравлики, бригадиры и несколько имперских специалистов оказались внутри черного облака за считанные секунды. Итого — около двадцати человек.

Отбойные молотки и ломы с лязгом полетели на камни. Рабочие рухнули на колени, судорожно хватаясь руками за горло, издавая из-под черной пелены сдавленные хрипы.

Пораженные падали на спины, извиваясь в болезненных конвульсиях, с силой ударяя пятками по земле и раздирали кожу на шеях до крови, пытаясь сделать хоть один вдох.

Остальные рабочие, находившиеся в десяти-пятнадцати метрах от эпицентра, с криками ужаса бросились врассыпную. Люди давили друг друга, карабкаясь вверх по песчаным откосам и деревянным настилам. Механики выскакивали из кабин экскаваторов и бежали следом за толпой, оставляя двигатели машин работать на холостых оборотах. Гул дизелей смешался с криками на арабском и русском языках. Никто не понимал, что произошло, но каждый понимал, что лучшим вариантом было бросить все и бежать, сломя голову.

Бегство остановилось