Обратный отсчет - Токацин

— Полезная штука. Почему бы не использовать? — Гедимин пожал плечами. — И вы себе сделайте.

— У нас много кейека, — отозвался Сэта. — Хватит, чтобы город не остывал. А вот водяной металл нам взять негде.

Вепуат громко хмыкнул.

— А вот Скогны не думают, что им негде будет взять стекло. А ведь оно у них не водится.

— Карлики вообще мало думают, — угрюмо сказал другой Сэта, поднимая на ладони стеклянный череп. Пока Гедимин не смотрел, его успели украсить цветными элементами — теперь у него были красно-чёрные глаза и жёлтые зубы.

— Опять разговор, пустой, как череп карлика, — вмешался главный жрец, возвращая все инструменты на стойку. — Мастер Хетпу, ты говорил о поручении для Ут’таркеха. Сказать ему, чтобы зажигал огонь?

— Пусть зажигает, — кивнул Вепуат, оглядываясь на Гедимина. — Отправим ему десяток мешков руды. Гедимин, а что с опоками?

— Постоят до завтра, — отозвался ремонтник. — Готовы. Но пусть устоятся.

Новые опоки — двенадцать из восемнадцати — стояли двумя цепочками вдоль глухого торца ангара. Были бы готовы и все восемнадцать, если бы не грёбаные допуски. Чуть ли не час ушёл, чтобы убрать с внутренних полостей лишние миллиметры и нарастить недостающие — и Гедимин, срезая с камня очередную кромку, только удивлялся терпению Текк’та. Существо молча дышало в затылок и ни разу не попыталось откусить сармату голову — и всё-таки доделало двенадцать опок. Гедимин надеялся, что вечером оно вернётся и снова запасётся терпением.

…Из огня протянулась рука, держащая металлическую крышку. Во второй был корпус лючка. Гедимин смотрел, как бесформенные огненные сгустки обретают чёткие очертания, а плазма превращается в знакомый металл, и только щурился. «Невоспроизводимая технология. Может, даже у них самих не везде получится. Вот, например, в Сердце Пламени — сработает или нет?»

— Ещё один? — Вепуат посмотрел на тёмно-синие отливки и хмыкнул. — Утренний? Уже и остыть успел?

— Это вчерашние, — отозвался Гедимин, глядя на гаснущий костёр. Пора было брать сигма-сканер, сверять очередные детали по опорным точкам и в очередной раз убеждаться, что Сэта не могут выдержать миллиметровые допуски. «Да Седна с ними, хоть бы в сантиметры попали…» — Гедимин со вздохом потянулся к прибору. «Это лишь первые. Впереди три сотни таких же. Работай!»

…Сетка опорных точек, помигав, окрасилась в два цвета — зелёный, обозначающий точное совпадение, и жёлтый — «ну, в сантиметры попали…». Гедимин выключил сканер и повернулся к молчаливым литейщикам. Он старался не вздыхать и не слишком заметно щуриться, но Ут’таркех смотрел угрюмо, и красные пятна на его шее разгорались всё ярче.

— Хорошо, — Гедимин изобразил ухмылку и аккуратно обернул готовые отливки защитным полем. — Две плавки за день — это не слишком много? И вы, и оборудование, — никто не перегружен?

— Если бы жар убывал быстрее, мы обернулись бы четырежды за день, — отозвался литейщик, и те, кто стоял вокруг, согласно зашелестели. — Наша работа достаточно хороша для Пламени?

— Да, — Гедимин кивнул и невольно сощурился — врать он не любил.

— И ты скоро пришлёшь нам новые опоки? И те, подвесные, и гладящий молот? — Ут’таркех пристально смотрел ему в глаза. — Мы хотим быстрее выполнить работу для Пламени. Оно уже сделало жарче нашу печь и умиротворило троих, превращающих руду в металл. Мы не хотим ответить неблагодарностью.

Гедимин мигнул. «Троих?.. А, чтоб вас с вашими традициями… И что мне, правда, делать с металлопрокатом?»

— Такие опоки долго делаются, — отозвался он. — Будет готово — я скажу. Завтра пришлю вам другие, привычные. Попробуем сделать двадцать отливок за один заход. Твои рабочие справятся? Я не хочу, чтобы всё сорвалось.

Красные пятна на шее Сэта слились в две сплошные полосы, но ответил он сдержанно.

— Ты увидишь, хороша ли наша работа.

…Вепуат сочувственно хмыкнул.

— Даже не знаю, ремонтник. Сказать «попробуй»? Глупо. Я-то совсем не металлург. По мне, было бы хорошо отвезти руду на Землю. Через сутки начнёт перерождаться? Ну вот, у нас двадцать четыре часа. Современный цех сколько за раз берёт?

Гедимин поморщился.

— Да хоть всё. Если освободить его только для рэссены и возни с ней — все трубы выйдут за сутки. То же с металлопрокатом. Створки… тут будет посложнее. Но двое-трое суток с декомпрессией в промежутках… А, уран и торий! Маккензи скорее сдохнет, чем разрешит. Мы же засветимся перед всей планетой! Тонны металла, неизвестного науке… Как ты сделаешь это незаметно⁈

— А, — Вепуат сузил глаза. — Понял. Всё упирается в Маккензи. То есть выпихнуть на Равнину две сотни сарматов — это не привлечёт внимания, а на неделю задействовать свои цеха…

Гедимин мрачно кивнул.

— Его проще будет убить, чем уговорить. Хотя… — он медленно ухмыльнулся. — Я бы попробовал.

— У-ху-ху, — отозвался Вепуат — и, вздрогнув всем телом, кинулся к «стенке» шатра. — Гедимин! Сделай для этой твари каменный ящик!

Он перевернул бочонок, вытряхивая на подстилки свернувшегося Зелёного Пожирателя и горку древесной трухи.

— Нет, ну ты видел⁈ — Вепуат, возмущённо фыркнув, ткнул пальцем в изгрызенную стенку бочонка. Пожиратель развернулся и вцепился челюстями в ближайшую подстилку.

— Он голодный, — Гедимин не без усилий оторвал существо от подстилки и намотал на руку, заставив ненадолго притихнуть. — Отнесу в лабораторию.

— Сто-ой! — Вепуат встал на дороге, расставив руки и растопырив перья. — Эксперимент! Забыл? Если бы не эксперимент, я что, стал бы его терпеть⁈

— Уран и торий, — пробормотал Гедимин, отодвигая подстилки и стряхивая Пожирателя на гравий. — В защитное поле его. За ночь он бочонок прогрызёт.

— Придётся, — Вепуат шумно вздохнул. — Ползать я его на ночь не оставлю. Он и мне что-нибудь отгрызёт.

Он отогнул край подстилки и уставился на покрытый крупными щитками хвост.

— Эксперимент, чтоб ему… Я бы подумал, что он из-за камня беспокоится и всё грызёт. Но он всё время так делал. Есть челюсти — надо грызть.

— А что с камнем? — Гедимин взглянул на спинные щитки животного. Под каким из них лежал «симбионт», он уже не помнил.

— Пока ничего, — буркнул Вепуат. — Ни одной новой клетки. Может, надо выждать восемь дней?

24 день Жизни, месяц Мрака. Равнина, Сфен Земли, долина Элид, Элидген — Сфен Огня, город Шакха

— Айзек, вы во сколько