За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

— А мы точно туда приехали, дед? — с подозрением спросил я.

— Точно, точно, — сварливо отозвался дед. — Здесь у них парадный вход, арестованных они с бокового подъезда принимают. Вам туда надо, что ли?

— Нет, нам парадный в самый раз. Разгружаемся. Спасибо, дед, езжай себе с миром.

Алину с Ленкой вместе с нашими сумками мы оставили на лавочке в соседнем скверике. Сдавать трофей я пошёл с Ганой, но встретили нас довольно неприветливо.

— Кто такие и по какому делу? — сурово вопросил дежурный офицер, преградив нам дорогу.

— Здравствуйте, достойный, — приветствовал я его с должной мерой подобострастия. — Мы охранники поезда, вот, захватили главаря бандитов, которые грабили поезда.

— Так и тащите его в стражу, — он посмотрел на мой груз с брезгливой гримасой. — Совсем уже обнаглели, вам тут что — проходной двор?

— Не судите поспешно, достойный, не всё так просто, — сказал я, оглянувшись по сторонам и понизив голос почти до шёпота. — Это были не просто грабители, эти люди работали на подрыв авторитета богоравной каганы.

Лицо офицера окаменело.

— Ожидайте здесь, — сказал он, подавая знак кому-то в стороне.

Возле нас немедленно возникли двое вооружённых охранников, а дежурный схватился за телефон. Не прошло и пяти минут, как у лестницы наверх появился ещё один охранник, который повелительно нам махнул. В сопровождении троих охранников мы поднялись на третий этаж, где нас уже ждал четвёртый, который провёл нас по коридору, открыл одну из дверей, на которой не было ни таблички, ни номера, и кивком приказал нам зайти внутрь. Внутри обнаружился довольно большой кабинет и сам хозяин кабинета — судя по количеству золота на мундире, в достаточно серьёзном чине.

— Так, так, и что вы нам принесли, хм, уважаемые охранники поезда? — поинтересовался он, выходя из-за стола.

Я с облегчением свалил степняка на пол с давно онемевшего плеча.

— Вижу степняка, — сделал вывод офицер, потыкав его носком лакированной туфли, — по виду из богатых. Скорее всего, какой-то мелкий вождь. И чем он может заинтересовать Службу Благочестия?

— Позвольте вам рассказать, почтенный, — начал я. — После того, как мы нанялись в охрану груза, нам показалось подозрительным поведение нанимателя. Не буду отнимать ваше драгоценное время подробностями, расскажу только о наших выводах, которые впоследствии полностью подтвердились. Киевское предприятие «Поляница» вступило в сговор с одним из вождей степняков — степняки грабили те вагоны, на которые им указывали киевляне, продавали товар контрабандистам, а выручку делили с руководством предприятия.

— Не вижу в этом никакой сенсации, — хмыкнул офицер. — Демократы такие вещи проворачивают сплошь и рядом.

— В этом и в самом деле не было бы ничего для вашей службы, — согласился я, — если бы не одна важная деталь. Вину за пропавшие грузы они возлагали на богоравную кагану.

Брови офицера поползли вверх.

— Они подавали жалобы своему князю о том, что кагана не обеспечивает порядка в своих владениях, а князь, соответственно, предъявлял претензии богоравной. При этом страховали груз они в каганате. Таким образом, деньги за груз они получали дважды, причём оплачивал его каганат, а виноватой во всём этом безобразии оказывалась богоравная кагана.

— Действительно интересно, — задумчиво проговорил офицер, — а это, стало быть…

— Он руководил налётом. Мы с ним имели достаточно времени для беседы, и он оказался неплохо информирован. У нас также сложилось впечатление, что местное представительство предприятия тоже в курсе аферы. К сожалению, главных организаторов, которые сидят в Киеве, достать невозможно…

— Отчего же невозможно, — хмыкнул офицер, — очень даже возможно. Ну что же, я признаю, что это дело действительно в нашей компетенции, и от имени богоравной каганы выношу вам благодарность. Вероятно, вы хотели бы получить вознаграждение? Или, может быть, официальное признание заслуг?

— Ничего подобного, почтенный, — отказался я. — Никакого вознаграждения нам не нужно, мы всего лишь выполняли свой долг. Но мы маленькие люди, и опасаемся мести преступников. Мы были бы вам очень признательны, если бы всё это считалась исключительно операцией Службы Благочестия.

Офицер понимающе кивнул, обращаясь исключительно к Гане:

— Ваша позиция мне понятна, богоподобная. Заверяю вас, что ваше участие останется в тайне. Я проводил бы вас к выходу лично, но думаю, это привлекло бы к вам излишнее внимание. С вашего разрешения, я поручу это охране.

Драгана слегка улыбнулась и кивнула.

Только оказавшись на улице, я, наконец, решился спросить Драгану.

— Он что — понял, что ты Высшая?

— Он это с самого начала понял. Он Владеющий высокого ранга — седьмого, а может даже и восьмого. Знаешь, Кеннер, ты, конечно, очень ловко это дело провернул, но в следующий раз сначала посоветуйся со мной, пожалуйста. Нам повезло, что он оказался Владеющим и решил. что это интрига Высших. Если бы не это, то думаю, нас бы так легко оттуда не отпустили. Замучили бы бюрократией, да ещё и заставили бы задержаться в городе на неделю, не меньше. И вообще, не стоит без особой нужды связываться с такими организациями. Проблем от них больше, чем пользы — я имею в виду, для людей со стороны.

— Пожалуй, я и в самом деле не совсем это продумал, — признал я. — Хорошо, в следующий раз буду советоваться. А этот офицер, получается, из белых хазар? Он же должен сидеть в гареме?

— Ты слишком упрощённо это понимаешь, — осуждающе покачала головой Драгана. — Нельзя делать выводы, не понимая толком явление. Не так уж много у них гаремов, скорее даже мало. У белых хазар в основном обычные семьи. Да и гаремные мужчины не сидят в гареме безвыходно, а чаще ведут обычную жизнь. Никогда не составляй суждение на основе пустой болтовни, особенно на основе болтовни людей, которые сами ничего не знают.

Глава 13

— Быстро вы обернулись, — заметила Алина, приоткрыв глаза и слегка потормошив окончательно задремавшую Ленку. — Мы думали, они вас будут часа три мариновать. Здешние чиновники просто обожают бумажки писать.

— Я там не маскировалась, а мы случайно наткнулись на Старшего, — объяснила Гана. — Он меня и почувствовал. Так что всё прошло очень быстро и очень вежливо.

— Понятно, — кивнула Алина. — Удачно он вам попался.

Этот разговор создал у меня смутное ощущение диссонанса.

— Скажи, Гана. — осторожно спросил я, — а это ничего, что он тебя узнал? Он же понял, что ты не настоящая охранница поездов, а просто из себя изображаешь. Они не станут за нами следить?

— Следить? — удивлённо посмотрела на меня Гана. — Они не посмеют. Я тебе больше скажу — они не посмеют даже подумать об этом.

Вот как? Интересно