За последним порогом 1-13 - Андрей Стоев

получается — в каганате даже подумать не смеют, а в Новгороде, получается, смеют? Или там тоже всё-таки не смеют? Нет, понятно, что из Новгорода нам нужно было уехать тайно, потому что мы все на виду, но дальше-то зачем вот это всё? Слежки, как вдруг выяснилось, нам опасаться не надо, то есть всё это исключительно ради развлечения? Развлекаются они, конечно, от всей души и со вкусом, но мне всё же кажется, что это объяснение слишком мало объясняет. Должна быть ещё какая-то причина, настоящая, но пока мне сложно даже предположить, что это может быть за причина.

— Куда мы теперь? — спросила Ленка, заразительно зевнув.

— Я знаю хорошую гостиницу, — сказала Алина. — Я, правда, давно здесь не была, но надеюсь, гостиница ещё существует. Только надо отойти отсюда, рядом со Службой Благочестия извозчика поймать трудно.

— А такси здесь есть? — поинтересовался я, навьючивая на себя сумки.

— Есть, но мало, — ответила Алина. — И дорогое оно здесь. Каганат на самом деле страна небогатая, хоть и большая. Если бы не торговля, была бы просто нищей — тут в основном садоводы да скотоводы, промышленности почти нет.

— Ты, похоже, хорошо с каганатом знакома, — заметил я.

— Жила здесь когда-то, — кивнула Алина. — Лет десять была советницей каганы.

— Кхм, — поперхнулся я от неожиданности.

— А гарем у тебя был? — заинтересовалась Ленка.

— Совсем маленький, — улыбнулась Алина. — Совсем-совсем.

— Так, двигаемся в ту сторону, — скомандовала Гана, махнув рукой дальше по скверу. — Там в конце вроде улица с хорошим движением.

Извозчика пришлось ждать недолго. Крепенькая степная лошадка, помахивая хвостом, терпеливо дожидалась, пока мы не погрузим наши многочисленные сумки и вьюки.

— Вам телегу надо брать, а не извозчика, — начал возмущаться шофёр кобылы, глядя на нашу поклажу. — У меня вам тут что — воловья упряжка?

— Не бухти, капитан, — добродушно ответила ему Алина, — вези в «Итильского сома», заплатим вдвое.

Это немедленно сняло все возражения. Кобылка, к изумлению извозчика, бодро тронулась рысью, совершенно не замечая, что везёт пятерых человек и гору багажа. Впрочем, какой-нибудь одарённый, присмотревшись, мог бы увидеть возле повозки странные структуры, слегка похожие на полусформированные конструкты.

Довольно быстро оправившись от изумления, извозчик закрыл рот, чтобы тут же, по обычаю таксистов и парикмахеров, открыть его снова.

— Вы, я погляжу, не местные? — осведомился он. — По делам к нам приехали?

— Проездом, — откликнулся я. — Передохнём денёк, посмотрим, что у вас есть посмотреть, да и поедем дальше.

— За денёк не успеете всё посмотреть, — авторитетно заявил извозчик. — У нас и за год всё не посмотришь. Великий город, другого такого нет.

Кто бы сомневался. Думаю, если как следует его порасспрашивать, то мы обязательно узнаем, что именно в Итиле кроманьонец вместо того, чтобы тупо обгрызать кость, додумался сделать из неё какой-нибудь инструмент и тем самым положил начало техническому прогрессу.

— Поистине так, — вежливо согласился я, чтобы избежать дальнейших открытий.

Тем временем мы выехали на набережную, и внезапно перед нами во всю свою ширь открылся Итиль[181]. До этого я не видел Волги в низовьях, но надо сказать, она и в среднем течении производила впечатление. В нижнем течении впечатление оказалось намного сильнее.

— Итиль, — представил нам реку извозчик. — Когда Тенгри создавал мир, первым он создал Итиль. Но он был ещё неопытным создателем, поэтому не рассчитал и вложил в него слишком много божественных сил. И когда он увидел, что Итиль получился огромным, и вот-вот затопит весь мир, ему пришлось срочно создать Хвалиссу[182] для вод Итиля.

Любопытная версия генезиса Вселенной, впрочем, ничем не хуже других. Помнится, в христианской Библии про сотворение вод ничего не говорится, они как бы были изначально, до сотворения всего прочего. И до сотворения мира Дух Божий над этими самыми водами носился[183]. Не то чтобы то же самое, что здесь, но определённое сходство наблюдается.

— А вон там Белый город, — извозчик с гордостью показал на огромный остров, соединённый с основным городом несколькими ажурными мостами. — Но вас туда не пустят, даже не пытайтесь, — обнадёжил он нас.

— А кто там живёт? — с интересом спросил я. — Кагана?

— Богоравная кагана, само собой, да сияет она нам десять тысяч лет, — подтвердил тот. — Там много кто ещё живёт. Благородные Помощники все там, ну и из Народных большинство. Да много там всяких разных.

— Что ещё за помощники?

— Как что за помощники? — удивился извозчик моему невежеству. — Из Рук Помощи, какие же ещё. Помогают богоравной править, законы всякие принимают. Благородные Помощники в Благородной Руке сидят, и Народные, стало быть, в Народной. У Тенгри две руки, у нас, его созданий, две руки, вот и народ двумя руками богоравной кагане помогает.

Судя по описанию, выглядит это чем-то вроде двухпалатного парламента. Думаю, можно смело предположить, что в каганате система власти представляет собой какой-то вариант конституционной монархии.

— А богоподобные тоже там живут?

— Да кто же их знает? Вот Идущие, особенно которые посильнее, те тоже там, а богоподобные… они по каким-то своим законам живут. Что там у них в головах творится, нормальному человеку понять невозможно.

— Очень верно подмечено, — согласился я, а женщины дружно хрюкнули в кулаки.

— И вообще, лучше про них болтать поменьше, — продолжил свои рассуждения извозчик. — Никогда не знаешь, где такую случится встретить. Она может рядом с тобой сидеть и твою болтовню слушать.

— Рядом со мной? — потрясённо ахнул я, сделав круглые глаза. Дамы снова хрюкнули.

— Нет, ну я не имею в виду, что прямо вот сейчас рядом с тобой такая сидит, — снисходительно успокоил меня извозчик. — Просто вообще можешь встретить, и не понять кто это. У нас на Ручейном одно время молодняк начал шалить, лавки налогом обложили, людей обижали. И жила там бабулька такая простая, никто даже и не знал, чем она занималась. Вот она им как-то по пьяной лавочке под горячую руку и попалась. Даже не хочу говорить, что она с ними сделала. В общем, у нас на Ручейном с тех пор молодёжь самая воспитанная в городе. Бабушек через дорогу переводят, а чтобы какой старушке слово поперёк сказать, так даже и подумать не могут.

— Да, с бабушками надо повежливее, — подтвердил я. — Иные до того заводные, прямо ураган.

Гостиница не выглядела дешёвой — большое трёхэтажное здание на набережной, уходящее далеко вглубь квартала.

— «Итильский сом», — объявил извозчик. — Денег-то хватит? Дороговато здесь, может куда в другое место отвезти?

— Нам боевые выплатили, — объяснил я ему. — Хотим нормально отдохнуть.

— А, дело понятное, — кивнул извозчик. — Ну, если захотите покататься, город посмотреть, я всегда на площади у