"Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 - Александра Шервинская

на то, что происходило за прозрачной сферой, где творилось что-то невообразимое. Вспыхивали молнии, закручивались вихри чёрного тумана, рассыпавшиеся в пыль под ударами снежных плетей. Два существа с какой-то запредельной ненавистью крушили друг друга, пространство, саму ткань мироздания. И всем, кто был сейчас на берегу и видел это, было абсолютно ясно, что если сила Тревора вырвется на свободу, от нашего мира не останется ничего. Но я знал: Домиана не волнует мир, его не интересует, что станет со всеми нами, для него важно одно – чтобы была жива его обожаемая Лиз. Та, ради которой он нарушил своё добровольное отшельничество. Та, ради которой он дышал и жил.

Внезапно внутри купола всё остановилось, и Домиан выкрикнул какую-то фразу, услышав которую Тревор изменился в лице, и я готов был поклясться, что он испугался. А Древний сделал шаг вперёд и неожиданно крепко обнял врага, прижав к себе, не давая вырваться. Я видел только его спину, бугрящиеся от немыслимого напряжения мышцы.

Моё сознание уплывало, боль в груди становилась невыносимой, но я смотрел, не в силах отвести взгляд. И я увидел, как фигура Тревора, того, кто называл себя Владыкой Севера, буквально взорвалась, рассыпавшись на миллионы снежинок, которые, в свою очередь медленно растаяли в воздухе.

С громким щелчком лопнул купол, и последним, что я увидел, прежде чем рухнуть в чёрное небытие, была рыдающая Лиз, упавшая на колени рядом с горкой сапфировых углей, неровно вспыхивающих всеми оттенками синего.

Глава 30

Лиз

– Но почему ты приняла такое решение? Мы так не договаривались!

– Лиз, мы с тобой вообще на этот счёт никак не договаривались, если вспомнишь.

Этот разговор с различными вариациями повторялся уже не первый день, начиная с того вечера, как папенька силой уволок меня в Эрисхаш, чтобы я пришла в себя и не мешала мужчинам разбираться с остатками войска Тревора, которое после гибели вождя превратилось в отдельные горстки растерянных людей, не знающих, что им дальше делать.

Пользы от меня не было никакой, так как я могла либо рыдать, поливая слезами магически запечатанный сосуд, в который Шегрил собрал сияющие пронзительной синевой угли, категорически не желающие гаснуть, либо ругаться с Каспером, требующим, чтобы я убедила Эллу перенестись сюда, рассказать о своей истинной сути и, соответственно, заявить о правах на трон империи.

В Эрисхаше меня загрузили на каташа, и он отвёз меня в Орзон-Шат, где я и провела в каком-то полуобморочном состоянии несколько дней. Верная Уршана сначала терпеливо выслушивала мои причитания по поводу того, какой я была неблагодарной, потому что не ценила любви Домиана, а потом ей это надоело, и она спросила:

– Как ты думаешь, Элиж, есть ли в каком-нибудь из миров большее счастье для мужчины, для воина, чем умереть ради той, кого он любит?

– Есть, – я совершенно некультурно шмыгнула распухшим носом, – жить ради той, кого любишь…

– И знать, что она никогда не будет твоей? – демоница грустно покачала головой, закутывая меня в мягкий мрак своих крыльев. – Ты думаешь, это легко? А вот уйти ярко и смело, как подобает великому воину и настоящему мужчине – это совершенно иное, поверь мне, Элиж.

И мне постепенно стало легче. Я, как самое дорогое сокровище, хранила фиал с синими искрами и жутко боялась, что однажды они погаснут. Но нет – синий цвет не становился бледнее или слабее, он горел ровно и ярко, и со временем мне стало казаться, что искорок становится больше.

И вот, когда я успокоилась, в полный рост встал вопрос о том, кому надлежит занять трон империи. Как ни странно, известие о смерти Максимилиана не вызвало никаких особых волнений, наоборот, казалось, все вздохнули с облегчением.

Мне, правда, пришлось пройти процедуру подтверждения родства, но это оказалось достаточно просто и быстро. Магический артефакт вспыхнул, показывая, что во мне течёт та же кровь, что и в Максимилиане, и Совет магов, хоть и не слишком охотно, согласился признать меня законным претендентом на трон. Но дело было в том, что я туда совершенно не стремилась. Более того, я была уверена, что свои права заявит Каспер, но он лишь загадочно улыбался и ничего не предпринимал.

И вот недавно Элла сообщила мне о том, что она приняла решение остаться в Эрисхаше с Шорфаром, потому что хочет просто быть счастливой. Надо сказать, что Шорфар после всего, что произошло в Джашарии – я всё больше привыкала называть свой мир именно так – решил, что всякие недоговорённости порой бывают чреваты совершенно непредсказуемыми последствиями. Поэтому, вернувшись в Эрисхаш, он срочно собрал приближённых и представил им Эллу, кратко обрисовав ситуацию. Демоны оказались достаточно прогрессивными и полностью одобрили выбор своего правителя, пообещав тому придумать что-нибудь для ускорения окончательного слияния энергетической сущности бывшей императрицы Элизабет с её носителем. Как объяснил мне Шарех, с которым мы теперь находились в очень дружеских отношениях, так как энергетическая сущность была подселена, когда носитель был только что рождённым младенцем, то от Эллы там практически ничего нет кроме материальной оболочки, так что по сути дела внучкой Шорфара она не является. Следовательно, для заключения брака нет ни юридических, ни моральных препятствий. Хотя про моральные – это он больше для меня сказал: демоны такой ерундой вообще не заморачиваются. Так что было решено, что Элла благополучно живёт в Эрисхаше в качестве невесты Шорфара до достижения положенного возраста, а потом спокойно выходит замуж. Я была искренне рада за них, но вот Совет магов всё чаще напоминал мне о том, что империя без правителя – это как-то не совсем правильно. И мои отговорки их совершенно не впечатляли.

Минни стала новой настоятельницей обители в Ирманской пустоши, так как матушка Неллина переехала в Эрисхаш, чтобы быть рядом с Эллой. Недавно я разговаривала с матерью Каспера и узнала, что Ушедшие тоже решили восстановить свой монастырь. Настоятелем новой обители, которая расположится неподалёку от Ирмы, станет Сеол, тот самый, который помог нам во время недавней войны.

Как-то один за другим распутывались узлы, возникшие за время попыток Тревора уничтожить этот мир. Все потихоньку находили своё место в новом миропорядке, начинали активно заниматься своей жизнью. И только мне было неспокойно, и поэтому, когда однажды поздно вечером ко мне к комнату, которую я занимала во дворце, зашёл Каспер, я почти не удивилась и даже, наверное, обрадовалась.

– Лиз, – братец, сильно хромая, прошёл в комнату и, поморщившись, опустился в кресло, – ты можешь сказать, что это не