"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

точка, черная до рези в глазах, размером с орех. Двор потянуло к ней: снег, щепу, воздух, само северное сияние, что изогнулось в небе дугой. Пятерка рванулась врассыпную, как листья, и их подхватило, как ураганом. Первым в точку втянуло пепельного, размотав его серой лентой. Следом лопнула стеклянная дама. Падальщик раскрыл было перья, старик распахнул все восемь глаз, крепыш вцепился печатями в мерзлую землю, и земля пошла за ним следом.

Точка глотала их без спешки и без остатка, а потом Валера разжал ладони. Точка погасла. Тишина рухнула на двор вместе со снегом. Ни тел, ни следов, ни отголоска силы. Сарай в углу стоял нетронутым, дом смотрел черными окнами, и только просека в лесу исходила паром.

Валера подошел к поленнице и опустился на корточки. Ася дышала рвано, с присвистом, на губах пузырилась кровь, косу она прижимала к груди обеими руками, как ребенка.

— Достала?.. — губы ее едва шевелились.

— Достала, — Валера бережно поднял ее. — Я видел рану, она не закрывается. Ты у меня первая ученица, которая ранила верховное божество до первой тренировки. Обычно мои ученики начинают с отжиманий, ну и ладно, зачтем это за разминку.

Ася попыталась усмехнуться, охнула и обмякла у него на руках. Валера перехватил ее и шагнул в открывшуюся воронку портала.

А далеко отсюда, в глубине астрала, Владыка зажимал ладонью спину и не понимал происходящего. Плоть, собранная из лучших Слепков планеты, отказывалась срастаться. Края разреза пылали, сила утекала сквозь них ручейком, и заткнуть эту течь не выходило ничем.

Тогда же на пляже Внутреннего Хранилища черный шар в клетке сбился с оборота и задрожал. Лора вскинула голову, ее нити вспыхнули. Сквозь запертый фрагмент, через связь, которую Нечто так и не сумел оборвать, потянуло эхом чужой боли, и в этом эхе раскрывалась изнанка нового тела. Контуры, узлы, сшивки Слепков, вся архитектура, вывернутая наружу через одну незакрытую брешь.

— Попался, — прошептала Лора и вцепилась в эту ниточку обеими руками.

Глава 23

Внутреннее Хранилище.

Море здесь не штормило никогда. Свет поднимался из глубины ровными голубыми пластами, вода несла его к отмели неспешными волнами и рассеивалась о песок. Воздух отдавал вишней, какой не сыщешь ни на одном настоящем берегу.

Вдоль горизонта тянулась цепь островов. Ближний ощетинился земляными конусами, из которых нескончаемо сновали жуки Тари. За ним поднимался зеленый холм с домиком под черепицей, во дворе которого рядами стояли манекены в недошитых нарядах. Дальше Угольки возводили кирпичный дом этажей на двадцать, переговариваясь на своем наречии. Совсем у края видимости покачивался водяной купол Посейдона, а рядом был небольшой остров с игрушечными замками для Болванчика. В полукилометре от берега плавал Аркадий. Он уходил под воду целиком, оставляя воронку, потом всплывал гребнем и валил на отмель волну. Синие огни в его глазницах при этом горели настолько ярко, что были видны даже с берега.

Лора устроилась на шезлонге в широкополой шляпе и темных очках, подперев подбородок кулаком.

— Ты глянь, как гребет, — она сдвинула очки на кончик носа. — Весит как метеорит, а плещется с таким удовольствием, что даже завидно. Надо бы найти ему новое тело, а то совсем тут заскучал, бедолага. А не найдем… Ну… Что ж… И тут хорошо.

Аркадий ушел под воду и выставил наружу палец, размером с автомобиль. Палец покачался и скрылся.

Я материализовал себя на соседнем шезлонге, босым, в закатанных до колена штанах. Песок под ступнями приятно отдавал теплом, немного закапывая ноги.

— Ты сегодня светишься ярче обычного, — я сгреб горсть песка и рассыпал ее сквозь пальцы. — С чего такое настроение?

— А ты забыл? — Лора вернула очки на место. — Забыл, что утром Валера принес Асю?

Я выдохнул и потер лицо ладонью. Роза с тех пор не выходила из лазарета, Денис сидел под дверью на табурете и вставал только чтобы отойти в туалет. Ребра, ключица, отбитые внутренности… остается надеяться только на силы наших лекарей.

— И что в этом веселого?

— То, что своей ночной выходкой она оказала нам услугу, о которой сама даже не подозревает, — Лора села в шезлонге и обхватила колени. — Миша, в ту секунду, когда лезвие вошло Нечто под лопатку, наш пленник в клетке дернулся. Я держала его под наблюдением круглосуточно, как раз для такого случая, и поймала момент.

Голубые нити ожили, сползли с шезлонга и потянулись вдоль берега к клетке, что стояла в отдалении. Черный шар внутри вращался неровно, постоянно подрагивая.

— Он связан со своим хозяином, — продолжила она. — Связь тонкая, Нечто ее давно замаскировал, и я долго пыталась взломать этот код. А тут его пробило болью, защита поплыла, связь появилась. Я успела в нее вцепиться.

Волна дошла до наших ног и откатилась, унося песок из-под пяток.

— Дальше становится еще интереснее… Помнишь, мы несколько раз приходили ко двору Владимира и ничего не находили? А Валера с Асей налетели сразу на пятерых.

— Помню. Мы решили, что божеств там не было. Нечто это место не сторожил.

— Ага. У Валеры аура такая, что чувствуется на всю планету. А тебя выдавал пленный фрагмент. У Нечто очень хорошая геолокация. Стоило тебе двинуться на север, божков отозвали, а ты приходил на пустой двор, разводил руками и уходил. А как явился человек без маячка, они сами же попались в свою ловушку.

Вот, значит, как. Мы столько раз обсуждали, что я хожу с колокольчиком на шее, но никто не додумался, что колокольчиком можно позвонить в обратную сторону.

— Теперь главное, — Лора подняла палец. — Связь эта двусторонняя, а сидит она на моей территории. Я могу ее заглушить. Могу оставить «дверцу» приоткрытой и подсунуть Нечто тебя там, где тебя нет. А могу вести по этой ниточке его самого, где бы он ни зализывал свою дырку. Причем без всякого напряжения, между делом.

— Найти сможешь?

— Уже, — сказала Лора, откинувшись в шезлонге. — Рана не закрывается, из нее течет, как из ведра. Даже если он ее залатает, для меня это открытая книга с крупным шрифтом. Признай, я гениальна.

— Гениальна.

— Громче!

Возражать было не с чего. Ниточка стоит того, чтобы Лора походила эту неделю с задранным носом.

И только я набрал в грудь побольше воздуха, как рядом с нами появилась Тари. Купальник на ней был