Всадники Перна - Энн Маккефри

Предков. Собственно, столь же неестественным было и их расположение. Один из холмов находился в семи с лишним драконьих ростах впереди двух других, а те разделяло около десяти драконьих ростов.

Велев Рут’у пролететь над ними, Джексом отметил странную форму: с одной стороны склон каждого холма резко обрывался, с другой – полого уходил вниз. Разница была хорошо заметна, несмотря на покрывавшую их траву, землю и мелкие кусты.

Возбужденный не меньше своего всадника, Рут’ опустился между двумя холмами впереди. На земле они выглядели не столь неестественно, но могли показаться странными даже тому, кто пришел бы пешком.

Едва он успел попросить Рут’а приземлиться, в воздухе над ними, возбужденно щебеча, возникли файры, охваченные невероятной радостью.

– Что они говорят, Рут’? Попробуй их хоть немножечко успокоить. У них есть картинки про эти холмы?

«Множество. – Рут’ поднял голову и негромко загудел, обращаясь к файрам, которые так лихорадочно носились в воздухе, что Джексом даже не пытался понять, есть ли на них ленточки. – Они счастливы. Они рады, что ты вернулся. Тебя так долго не было».

– Когда я был здесь в первый раз? – спросил Джексом Рут’а, понимая, что не стоит сбивать огненных ящериц с толку прошедшими поколениями и прочим. – Они могут вспомнить?

«Когда вы спустились с неба на длинных серых штуках». – Казалось, Рут’ сам был ошеломлен этим ответом.

Джексом прислонился к Рут’у, не в силах поверить.

– Покажи мне!

На него нахлынули яркие, противоречащие друг другу образы: сперва смутные, потом все более четкие по мере того, как Рут’ сводил мириады впечатлений в единую связную картину.

Джексом увидел серые цилиндры с короткими крыльями, мало похожими на изящные крылья драконов. Один конец цилиндра заканчивался кольцом из коротких трубок, а другой – тупым носом. Внезапно в поверхности первого цилиндра, примерно на трети длины от конца с трубками появилось отверстие, откуда начали спускаться по пандусу мужчины и женщины. В голове Джексома промелькнули сменяющие друг друга образы людей, которые бегали вокруг, обнимая друг друга и подпрыгивая. Затем картина, которую получал Рут’ от взволнованно щебечущих файров, превратилась в хаос: будто каждый отдельный файр следовал за одним человеком, и каждый пытался передать Рут’у свой собственный образ, а не групповую картину высадки и последующих событий.

У Джексома не оставалось сомнений, что именно здесь Предки нашли убежище от извержения вулкана – в кораблях, доставивших их с Рассветных Сестер на Перн. И корабли эти так и остались здесь, поскольку по какой-то причине не смогли вернуться назад к трем звездам.

Вспомнив, что отверстие в цилиндре расположено на одной трети длины от конца с трубками, Джексом двинулся по траве, пока не решил, что добрался до нужного места. Файры, словно в экстазе, совершали акробатические трюки над его головой.

«Они говорят, что ты нашел его», – сообщил Рут’, подталкивая Джексома вперед. Большие глаза дракона сверкали желтым огнем. Словно в подтверждение его слов, десятки файров уселись на цилиндр и начали выдирать траву.

– Нужно вернуться в холд и рассказать остальным, – пробормотал Джексом.

«Они спят. Бенден спит. Мы – единственные бодрствующие во всем мире! – (Джексом вынужден был признать, что подобное вполне вероятно.) – Я копал вчера. Я могу копать сегодня. Мы можем копать, пока они не проснутся и не придут нам на помощь».

– У тебя есть когти, а у меня нет. Давай возьмем инструменты с плато.

Туда и обратно их сопровождали охваченные радостным возбуждением файры. Взяв лопату, Джексом отметил примерное место, которое надо раскопать, чтобы добраться до входа в корабль. Потом он только присматривал за Рут’ом и подправлял файров, чья помощь порой становилась помехой. Сперва они сняли дерн, и файры унесли его клочья в кусты за прогалиной. Слой нанесенной за тысячи Оборотов земли был не слишком толстым, но дожди и солнце уплотнили почву. У Джексома разнылись плечи, и он, поумерив темп, сжевал пирожок, то и дело понуждая ссорящихся файров вернуться к работе.

Когти Рут’а обо что-то заскрежетали.

«Это не камень!»

Джексом метнулся туда, проткнул лопатой рыхлую землю. Лезвие звякнуло о твердую неподдающуюся поверхность, и он издал дикий вопль, заставивший всех файров взмыть в воздух.

Смахнув ладонями остатки земли, он осторожно провел пальцами по странной поверхности. То был не металл и не вещество из курганов – скорее нечто похожее на матовое стекло. Но никакое стекло не могло быть столь прочным!

– Рут’, Кант’ еще не проснулся?

«Нет. Но Менолли и Пьемур уже не спят. И не могут понять, где мы».

– Думаю, нужно вернуться и рассказать им! – торжествующе воскликнул Джексом.

* * *

Когда они с Рут’ом вынырнули из Промежутка над Прибрежным холдом, их уже ждали мастер-арфист, Менолли и Пьемур. Джексома засыпали вопросами о его исчезновении прошлой ночью, и ему никак не удавалось объяснить, что он нашел. Наконец арфист прекратил поток вопросов, столь яростно взревев, что все файры тут же ошеломленно скрылись в Промежутке. Добившись тишины, Робинтон глубоко вздохнул:

– Разве можно что-то понять или услышать в таком шуме? Менолли, принеси нам поесть! А ты, Пьемур, неси письменные принадлежности. Заир, иди сюда, негодяй ты этакий. Понесешь послание в Бенден. Кусай Мнемент’а за нос, если потребуется его разбудить. Да, я знаю, у тебя хватит смелости с ним подраться. Не дерись, а разбуди! Самое время этим лентяям в Бендене наконец проснуться! – Арфист явно пребывал в прекрасном расположении духа, высоко подняв голову, сверкая глазами и оживленно жестикулируя. – Во имя Скорлупы и ее осколков, Джексом, с твоей помощью унылый день начался многообещающе. А я-то валялся в постели, ожидая новых разочарований!

– Там может оказаться пусто…

– Ты говорил, что файры показали высадку? Выходящих людей? Может, те цилиндры и пусты, словно обещания скупца, но на них в любом случае стоит взглянуть. Те самые корабли, на которых наши Предки прилетели с Рассветных Сестер на Перн! – Арфист медленно выдохнул, и глаза его возбужденно заблестели.

– Скоро сам все увидишь, мастер Робинтон. – Джексом огляделся в поисках Шарры. – Где Шарра?

Он видел, как Менолли и Пьемур бросились выполнять данные им поручения. Вряд ли Шарра еще спит. Юноша поискал среди файров Мийр и Таллу.

– Вчера вечером за Шаррой прилетел всадник. В Южном какая-то болезнь, и срочно потребовалась ее помощь. Полагаю, слишком эгоистично с моей стороны не отпускать от себя всех вас, когда в том нет нужды. Собственно, – сказал арфист, – я удивлен, что ты все еще здесь, а не в Руате. – Робинтон поднял брови, словно требуя объяснений.

– Мне уже давно следовало вернуться в свой холд, мастер Робинтон, – покаянно