Обратный отсчет - Токацин

и Бронны сбежались к «разоряемому» лагерю, но близко не подходили — только Гварза, поговорив с ними, вернулся к повозке и проделал в плотном куполе узкие отверстия — точно над прорезями в крышках котлов, так и не снятых с жаровен. Стаскивая волокуши вниз по крутому склону, Гедимин прислушивался, ожидая плеска и громкого шипения, но пар стравливался тихо, а жидкость не выливалась — да и было её в густом вареве аборигенов обычно немного. Сняли жаровни с повозок уже в ангаре, быстро расставив кухонные принадлежности по квадратам и разложив рядом спальные мешки. Гедимин ещё раз проверил работу «шлюза», подвигал рычаги вентиляции, — завтра предстояло закрыть её плотнее, изолируя «барак» от едких испарений, но завтра и пара внутри должно было стать куда меньше — Текк’ты под кислотный ливень не приползали, и готовить для них было не нужно.

— Ну ладно, — выдохнул сармат, оглядываясь на закрытый ангар; из вентиляционных продухов сочился пар, полупрозрачные выгородки вдоль стен подсвечивались изнутри — жёлтый свет шёл из узких прорезей «окон». — Здесь Бронны и Скогны. Остаются Джагулы. И их тварь.

— Никого не забыл? — Гварза, уже поднявшийся на середину крутой тропы, что-то высматривал наверху.

— Там! Там! — проверещали на бегу пятеро нхельви. Ещё десятеро, поднявшись из ущелья, побежали следом. Гедимин ждал, что за ними из темноты кинутся многочисленные стаи, но, когда нхельви исчезли за откосом, их по-прежнему было пятнадцать.

Гварза резко выбросил руку вверх, и на его ладонь медленно опустился дрон-разведчик. Второй вертелся на одном месте, повиснув в десяти метрах над землёй, на границе световой сферы. Гварза, досадливо хмыкнув, потыкал в пульт — аппарат спикировал в ущелье, Гедимин еле успел поймать его.

— Проверь на холодоустойчивость, — бросил ему Гварза, протягивая второй дрон. — Будут посменно облетать плато. Укреплённые посты снимаем, оставляем минимальные патрульные отряды. Основная нагрузка на дронах, а значит — ежедневная проверка.

Он выразительно глянул на Гедимина. Тот пожал плечами.

— Должны выдержать. Если не мутируют.

«Значит, филки больше не охраняют холм…» — Гедимин, выбираясь из ущелья, искал взглядом опустевшие «блиндажи», но их, по-видимому, разобрали за ночь. «И местные тоже. Даже нхельви куда-то делись. Досадно. Тревогу поднимать они умели.»

— К дронам можно прикрутить сирены, — сказал он, нагнав Кенена Гварзу у недостроенного «коридора». — Если что — все услышат, успеют отреагировать. Местные сняли все посты? Не боятся кочевников?

Гварза, хмыкнув, постучал пальцем по термометру.

— Даже спятившие кочевники не полезут сюда в месяце Льда. Бояться следует холода… и менее осязаемых вещей. Разберись с коридором! Один из выходов протяни до обрыва. Местные думают, что они в безопасности, но из виду их лучше не упускать.

…Подземного толчка Гедимин не почувствовал — только на зеркальных стенках чаши, которую он держал в руке, задрожали блики. Сармат наклонился, чтобы поставить «термоэлемент» в ямку на вершине оттаявшей гравийной кочки — и прямо под рукой, в считанных сантиметрах от ступни, из камня всплыла бронированная морда.

— Песок-камень не ломают. Надоело.

Гедимин мигнул.

— Что, совсем? — он схватился за сигма-сканер. В толще скалы шевелились змеевидные силуэты — разминали камень, лепили пластины и трубы, заканчивали тонкую доводку большой цистерны. В главном корпусе было пусто — ни гор гравия и песка, ни живых камнедробилок.

— Всем надоело, — пояснил, всплыв ещё на пару сантиметров из-под земли, Текк’т. — Не будут.

— Ясно. Лепи камень, — Гедимин махнул рукой. «Надоело,» — он еле слышно хмыкнул. «Хорошее объяснение. Ладно, подождём, пока заскучают по работе. Всё равно склады забиты. На нижние полусферы нам хватит, а до верхних ещё надо дожить.»

…Дрон плавно взлетел с ладони Гедимина и поплыл вертикально вверх. Сармат перевёл взгляд на пульт. Аппарат поднялся на тридцать метров и повернул к «востоку». Экран, разделённый надвое, покрылся редкими точками.

— Постовые, — Гварза, следя за пометками, сверился с журналом. — Аборигены у башен. Вон то скопление — Джагулы. Хм… В целом работает.

Гедимин отпустил с ладони второй дрон. Аппарат медленно поплыл на «запад». Вторая сторона экрана покрылась точками разных цветов.

— Это мы, — Гварза поднёс палец к двум зелёным пометкам. Мимо пробежал десяток жёлтых — под сканирующий луч дрона попала стайка нхельви.

— Что с экстремальными условиями? — Гварза, прикрыв экран, внимательно посмотрел на Гедимина. Тот пожал плечами.

— Это дрон для планетарных исследований. Выдержит всё, кроме расплавленного металла. Защитное поле сверху — и пусть летает.

Гварза с сомнением покачал головой.

— Перебор. Но если выдержит обычные местные заморозки… Ладно, можешь идти. Филки сегодня будут нужны? Что там с песком?

— Возьму Джагулов, — Гедимин оглянулся на дальний край плато — кочевники залегли где-то там, в паре десятков метров от холма. — Ненадолго. Песок — всё… по крайней мере, до конца заморозков.

Гварза хмыкнул.

— Значит, строительство движется… — пробормотал он, отворачиваясь. — Вечером сдашь Айзеку план. Что закончено, что в процессе, что намечено.

Он успел скрыться в тепловом лабиринте раньше, чем Гедимин нашёлся со словами. «План, мать моя колба…» — сармат сжал пальцы в кулак и угрюмо сощурился Гварзе вслед. «Самое время сейчас планировать. Тут не знаешь, что завтра на голову свалится…»

…«Шлюзовая камера» горячего цеха была плотно закрыта с двух сторон. С четырёх костяных вешалок, вбитых в стену на небольшой высоте, свисали многослойные накидки, бахрома и нити бус. На пятой, торчащей из камня на метр выше, болталась длинная куртка из обрезков плотного войлока, а рядом, на ремешках с костяными крючками, — войлочные беспалые носки и рукавицы. «Утеплители,» — Гедимин протянул было руку к чужой одежде, но вспомнил давнюю попытку выстирать войлок и убрал ладонь за спину. «Дрянь дикарская. Но тут даже с ними проблема. Зачем было тащить орду поселенцев туда, где для них ничего не готово? Десятеро. Ну, полтора десятка. С полным снаряжением на каждый сезон. С подготовленной жилплощадью. Нет, надо нагнать полторы сотни. И пусть сидят голышом в бараке и спят в две смены. Кто это всё вообще планировал⁈»

Внутренняя дверь приоткрылась на пару сантиметров, и из цеха долетел недовольный визг. Через пару секунд сердитые звуки сложились в слова.

— Четыре печи в доме стекла — и вы вчетвером заняли все их⁈ Теперь в дом стекла пускают только ручейников⁈

— Довольно печей в Сэви и Синви, — отозвался кто-то. — Там у вас свои дома стекла — вот в них