Рассвет проклятой Королевы - Эмбер Николь

– Мне жаль.

Реджи не стал меня ругать.

– Вылечи ее и позволь ей побыть здесь, пока она не сможет хотя бы ходить.

Я встала перед женщиной на колени и прокусила собственный палец. Она безвольно лежала у меня на руках, пока я размазывала свою кровь по укусу на ее шее. Следы от зубов зажили, и я мягко обхватила руками ее голову.

– Килли, – сказала я, когда она моргнула. – Посмотри на меня.

Ее глаза резко распахнулись, а губы задрожали от страха. Она оттолкнула меня, впиваясь ногтями мне в руки в попытке освободиться. Когда она попыталась закричать, я зажала ей рот ладонью и мягко произнесла:

– Эй, с тобой все в порядке. Успокойся, все в порядке.

Она расслабилась, ее глаза приобрели хорошо знакомый мне блеск.

Я медленно опустила руку, пока Килли смотрела на меня немигающим взглядом.

– Ты переработала и устала, вот и все. Скажи остальным, что тебе нужно вздремнуть.

Реджи посмотрел на меня, и я пожала плечами, прежде чем продолжить.

– Ты помогла вылечить Ксио, и она никогда тебя не кусала и не пила твою кровь, ясно?

– Я переработала и устала, – повторила Килли, ее глаза все еще были пустыми и стеклянными. – Мне нужно вздремнуть.

– Вот и умница.

Я поднялась на ноги и отошла в сторону. Реджи принес из ванной тряпку и протянул мне. Я аккуратно вытерла Килли шею, убедившись, что кровь не попала на платье, и отправила ее восвояси. Как только дверь закрылась, я повернулась к Реджи.

– Это было глупо и безрассудно.

Я откинула волосы с лица, желудок все еще терзал меня. Он жаждал, требовал большего.

– Тебе мало.

– Почему все думают, что я не удовлетворена? Это ложь, – прорычала я.

Снова посмотрев на Реджи, я осознала, что он имел в виду не это. В его глазах не было и проблеска понимания, он был откровенно недоволен.

– Ты ела в последний раз в Терре. Сколько времени ты продержишься без еды? Нужно рассказать Самкиэлю и не рисковать его разоблачением.

– Ты не будешь указывать мне, что делать, – огрызнулась я.

– Буду, если твои действия ставят под угрозу всех нас. – Он покачал головой. – Иг'Моррутен, которого морят голодом, может нанести непоправимый ущерб. Если это случится, если ты сорвешься, беспокоясь только о Самкиэле и забывая о себе, ты обречешь на смерть всех нас, и его воскрешение будет бессмысленным. Ты этого хочешь?

Казалось, из комнаты высосали весь воздух. Я никогда не слышала, чтобы Реджи хоть немного повышал голос, но сейчас он практически кричал.

– Что ты видел? – спросила я, догадываясь, что вызвало в нем эту внезапную вспышку гнева.

Его глаза встретились с моими.

– Я видел, как пылает Нефритовый город. – Он ни на секунду не отводил взгляд. – Я видел, как он рушится, и его останки падают в море.

12

Миска

– Кажется, нам придется подвинуть наш рабочий график.

Я зашла на кухню, повсюду гремели кастрюли и сковородки. Всякий раз, когда я куда-то входила, разговоры тут же умолкали. Я протерла глаза, заметив на себе пристальные взгляды Саши и Килли. Обе выглядели нарядными, блестящие волосы были зачесаны назад, а веки накрашены «королевской синевой».

– Я-я, – заикнулась я. – Я пропустила какое-то объявление?

Девушки посмотрели друг на друга. Это в очередной раз напомнило о моем положении – все они делились между собой секретами, а меня всегда оставляли в стороне. Думаю, причина заключалась в том, что я была самой младшей, или, может быть, в моей маме. В любом случае, я была и всегда буду для них нежеланной.

– Да, – сказала Саша, обходя длинный стол. – Сегодня королева заказала ужин с Седаром. Грядет большое объявление или что-то в этом роде.

– Или что-то в этом роде. – хихикнула Килли.

– О, – я вытерла руки о пижаму, не в силах скрыть волнение и трясущиеся ладони. – Тогда мне нужно подготовиться. Я могу помочь с чем угодно.

Какая глупость. Я всегда так делала – предлагала помощь, когда ни я, ни они этого не хотели. Казалось, я не могла остановиться. Я хотела вписаться, стать частью общества, и чем больше я старалась, тем больше они смеялись и игнорировали мое существование.

Саша улыбнулась, но ее глаза по-прежнему оставались холодными. Персонал кухни не обращал на нас внимания и был занят своими делами. Одна из целительниц вошла с целой кипой цветов и виноградных лоз, за ней последовали еще несколько. Действительно, предстоял большой ужин.

Положив руку мне на плечо, Саша вывела меня из кухни в зал.

– На самом деле нам нужна твоя помощь.

– Правда? – Я и сама не знала, почему была так счастлива это слышать. – То есть да, конечно. Что бы это ни было, я хочу помочь.

Я переоделась, надеясь, что длинное прозрачное платье, которое мне дали, будет выглядеть уместно. Платье было слишком длинным для моего роста, но все здешние девушки были куда выше и крупнее меня, так что выбора у меня не было. Сама того не замечая, я улыбалась во весь рот, пока не заметила на себе странный взгляд одной из проходящих мимо целительниц. Я была так рада, что окружающим потребовалась моя помощь и я могу быть полезной. Наконец-то я не чувствовала себя одинокой. Дойдя до купальни, я прошла через большую резную дверь, и доносившиеся оттуда голоса сразу же стихли.

Тот, кого Ксио называла Реджи, замолчал и взглянул на меня. Целительницы шептались, что он, вероятно, супруг Ксио, но она никогда не прикасалась к нему так, как к Седару, и я ни разу не замечала между ними тех томных взглядов и быстрых поцелуев. Я уверяла, что он просто их друг, но они посмеялись надо мной, заявляя, что я ничего не знаю, поэтому я больше об этом не говорила.

– Здравствуй, Миска из Вервании.

Я улыбалась каждый раз, когда он это говорил. Однажды Реджи поймал меня на улице поздно ночью. Я сбежала из своей комнаты, чтобы спокойно почитать дневник матери. Мы поговорили, и я поделилась с ним частью своего прошлого. Реджи сказал, что он, как и я, мало спит. От него я узнала, что в языке Ксио есть слово, которое описывает мои ночные ритуалы, но мне так и не удалось его произнести. Было приятно, что он помнит дом моей матери. Казалось, это делало ее и мои воспоминания о прошлом чуть более