Дым и перья в академии Эгморра. Забытое зло - Кира Лин

Остановившись около стены, он припал к ней плечом, пригубив из стакана. Вид у него был раскованный, но какой-то усталый. В голубых глазах мелькали тени, и он хмурился, старательно скрывая свои мысли.

Алкоголь ослаблял щиты, выталкивая на поверхность истинные эмоции. Судя по сдвинутым бровям Джеймса, он хотел вином заглушить их, но тщетно. Не настолько он ещё стар, чтобы овладеть всеми фокусами вампиров в совершенстве.

Светловолосая вампирша закончила с сервировкой стола и довольно потёрла ладошки.

— Готово! — пропела она нежным, ласкающим слух голосом.

— Спасибо, Тереза, — кивнула Кира, поворачиваясь к присутствующим лицом.

И все вампиры будто ожили — заёрзали на местах и задвигались, создавая шум, как живые люди.

На столе стояло блюдо с запечённым мясом в пряностях и всевозможные пёстрые овощные салаты и закуски. Я вдруг поняла, что дико проголодалась. Кира подошла к столу и опустила руки на спинку стула.

— Я не люблю чопорность и не умею выдавать торжественные речи, — сказала она. — Поэтому просто приглашаю всех к ужину.

— Мы не станем дожидаться…? — поднимаясь из кресла, спросил вампир в вельветовом пиджаке.

— Нет, — быстро ответила Кира безучастным голосом, и выражение её лица стало холодным, будто она хотела что-то утаить за ним. — Райан сказал, чтобы мы начинали без него.

Никто не проронил ни звука, повисла неподвижная пауза. И нарушила её Хилари.

— Что вы как неродные, — усмехнулась она, усаживаясь на стул.

Джеймс потянулся за ней и занял место по соседству. Эта парочка всюду следовала друг за другом. Если Джош ещё не понял, то я уже знала — они пара.

Когда все разместились, я обратила внимание, что Кира сидит во главе, но кресло рядом с ней осталось свободным.

— Думаю, пора представить гостей нашей семье, Джозеф.

— Как и семью представить гостям, — протянула Тереза и улыбнулась, прижимаясь плечом к высокому вампиру в вельветовом пиджаке.

Он изобразил улыбку, но до глаз она не дошла.

— Меня зовут Кира, и я — глава Совета, мастер клана Этвудов, — сквозь зубы выдохнула Кира. Никто не посмотрел на неё осуждающе, кроме Селены. — Собственно, в этой комнате сейчас находятся почти все члены Совета вампиров Хайенвилла.

Мы замерли. Вивиан, сидевшая слева, уставилась сначала на Киру, а потом перевела взгляд на меня. В её глазах застыл немой вопрос — сколько же Кире лет? На вид не больше двадцати пяти, но вампиры не старятся, и точный возраст определить невозможно по внешности. Иногда.

Я чувствовала её смерть, ощущала мощь, но не могла понять, как давно она стала нежитью. Глядя на Киру, язык не поворачивался так её называть... Но она ею являлась, в том или ином смысле.

— Как давно ты правишь? — моё любопытство летело вперед мысли. Чтобы скрыть неловкость, я взяла в руку бокал с вином.

— Уже десять лет, — охотно ответила она. — Ничтожно короткий срок в мире вампиров, но кому-то уже наскучило моё царствование, — Кира качнула головой и усмехнулась.

— Разве можно свергнуть мастера?

— Можно, если получится его убить, — улыбаясь, низким, но мягким голосом произнёс вампир в вельветовом пиджаке и подался вперёд, как будто пододвигал стул ближе к столу. — Меня зовут Стюарт. Мы не успели представиться друг другу.

— Не обращай внимания на их возвышенные повадки и манерность, — перебила Кира, небрежно махнув рукой. И улыбнулась, косясь на него. — Они застряли в средних веках и предпочитают там и оставаться, хотя жизни своей не представляют без телефонов и электричества.

Стюарт тихо рассмеялся, опустив голову, и это был бархатный, приятный звук. Он прокатился ощущением меха на коже, будто умелая рука пуховкой по плечам провела. Я невольно поёжилась от мурашек.

— Знакомиться с девушками я разучился, это правда.

— Я наивно полагала, что ты давно перестал знакомиться с девушками, — весело сказала блондинка по имени Тереза и опустила руку на его ладонь.

Стюарт с теплом взглянул на неё, но, всё же, на Киру он смотрел иначе.

Будто услышав мои мысли, Кира смерила меня долгим взглядом. Что-то связывало этих двоих, или один из них был влюблён в другого. Вмешиваться во внутренние дела клана я не планировала, но Кира могла решить иначе.

Чтобы её переубедить, пожалуй, следовало помалкивать, но я разве так умею?

Ужин напоминал семейное сборище, когда приезжают дальние родственники и все собираются за одним столом. Вампиры вели себя вежливо и дружелюбно, улыбались, рассказывали забавные истории.

В зале царила атмосфера радости и единства, все они действительно создавали впечатление чего-то целого.

Кулинарные изыски исчезали с тарелок, звенела посуда, столовые приборы и смех лился музыкой, согревающей душу. И только Кира вяло ковырялась вилкой и за вечер так ничего и не съела.

Я старалась не смотреть на неё, но взгляд то и дело возвращался к красивому, печальному лицу. Сколько боли могла вынести такая хрупкая девушка? То, что заставляло её испытывать муку, было не в этой комнате.

Но что же…?

В груди защемило, и я заморгала, опустив вилку в тарелку. Ледяная пустота, в которой оживала тьма, зашевелилась, заворочалась, и я ощущала её внутри себя, как отголосок, вибрацию.

Будто рябь по воде прошла, из неё вынырнуло нечто зловещее, потустороннее.

— Пробуждаются вампиры, — тихо сказала Кира, и я подняла глаза. Она смотрела на меня без тени улыбки. — Ночь спустилась на город, и пришло их время, — в её голосе прозвучала горечь.

Замолчав, вампирша отвернулась, забыв о моём существовании. Киру занимали мысли, чуждые мне — она, то хмурилась, то печалилась и вздрагивала от каждого звука, будто кого-то ждала.

Но чем больше проходило времени, тем мрачнее она становилась. Смех друзей становился раздражающим, еда не вызывала аппетита, а вино в бокале постоянно заканчивалось. В какой-то момент мне захотелось подсесть к ней и заговорить, но мы не были подружками, чтобы там не шептало мне моё сердце. В тот миг я осознала, что ничего не видела в жизни и не имею права что-то ей советовать.

Я задумалась, цедя вино из бокала. Вечер тянулся, тарелки пустели, но появлялись новые закуски и бутылки. Вдруг я поняла, что мы все кого-то ждём. Эта мысль придала сил, разожгла любопытство.

Я выпрямилась, потянулась за тарталеткой с креветками, как вдруг по спине пронёсся ледяной разряд, будто сама тьма провела ладонью. Передёрнув плечами, я огляделась, но никто не замечал ничего странного.

В помещении внезапно понизилась температура, воздух густел, движения замедлялись, звуки растягивались, как в замедленной съёмке. Цвета и лица сливались и размытыми полосами расползались вокруг,