Святейший кровопийца. Том 2 - Демьян Копьёв

Николай Васильевич нахмурился, и черканув руну, принял вызов.

До обоих мужчин донеслась отборная брань, да такая, что оба инквизитора заслушались, а потом, властный голос раздражённо произнёс:

— Коля, скажи-ка мне, почему твой орден мышей не ловит? Я спрашиваю, на кой хрен вы вообще нужны, если ни черта сделать не можете? Вашу работу теперь что, тайной канцелярии или императорской гвардии выполнять?

— Распутин, ты чего орёшь? Говори по делу.

— По делу… тогда слушай. Мою внучку похитили неделю назад.

— Та-аак, вот сейчас не понял, — оторопел Николай Васильевич, — Мою крестницу похитили, а ты мне об этом только сейчас сообщаешь? Гриша, давай рассказывай, — главный инквизитор поднялся с кресла, начав нервно мерять кабинет широкими шагами, — Требования выкупа предъявляли? Я сейчас подъеду, будем вместе решать, как лучше выйти на похитителей.

— Подъедешь-подъедешь, куда ты денешься, да только не ко мне. Нашёл я Ольгу.

— Жива?

— Жива, но… — на той стороне опять прозвучала ругань.

Давно Куваев не слышал, как его старинный друг выходит из себя, а это значило, что девочке очень сильно досталось.

Главный инквизитор сжал кулаки. Ничего, он доберётся до ублюдков, посмевших тронуть его крестницу, и они очень сильно пожалеют, что вообще посмотрели в её сторону.

— Где ты сейчас?

— Особняк барона Таюшева… Западный округ… Здесь по твоей части. Бери своего Проскурина и выдвигайся. Тут вообще, хрен пойми, что творится.

— В смысле?

— Вся охрана мертва, в подземелье куча камер, где содержали пленников. Кровища везде. Ольга сказала, что её готовили к какому-то ритуалу. Хотели принести то ли в жертву, то ли… Короче, это твоя епархия. Там, в кабинете, документы остались… Вместе кумекать будем, как дальше операцию планировать.

— Едем, жди, — бросил на ходу Куваев, выключая амулет связи, и махнул рукой Семёну, который слышал весь разговор.

— Возьми Следопыта, может чего найти сумеет и, пожалуй, — Молот на мгновение задумался, — Прихвати Саянова.

— Его-то зачем?

— Не знаю, просто чувствую, что парень может пригодиться.

Только я улёгся на постель и прикрыл глаза, как сработал мой амулет связи.

Поначалу хотел просто проигнорировать вызов, но посмотрев на набор рун, понял, что со мной пытается связаться старший инквизитор.

В душу сразу же закралось нехорошее подозрение. Вздохнул и активировал руну принятия.

— Семён Владимирович…

— Саянов, — перебил меня Проскурин, — Срочно на вызов.

Я оглядел себя, одетого в обычное исподнее и молча выругался: — Твою же вампирью регенерацию!

Вслух, конечно же, произнёс другое.

— Зверь, мне нужна новая броня.

— Что со старой?

— Временно пришла в негодность.

Проскурин хмыкнул, словно о чём-то догадывался.

— Пятнадцать минут. Ждём на выходе.

— Понял, — бросил, уже выбегая из комнаты.

Встретивший меня казначей уже получил указания, поэтому, рыться в куче доспехов не пришлось. Мне сразу всунули в руки броньку, которую я тут же напялил на себя. Она оказалась не такой хорошей как предыдущая, но дарёному коню в зубы не смотрят, главное, пришлась по размеру.

В этот раз я прихватил с собой секиру, так… на всякий случай.

Во двор я выбегал на всех парах, несмотря на то — что спать хотелось неимоверно. Пришлось несколько раз прогнать по энергетическим каналам ману, чтобы взбодриться.

— Эх, даже позавтракать не успел, — проворчал огорчённо.

— Живее, Саянов! — крикнул стоящий у ворот Следопыт, который держал под уздцы Красотку.

Видимо действительно торопятся, раз даже мою кобылу вывели из конюшни.

Интересно, что произошло? Нападение вампиров на поместье какого-нибудь влиятельного графа или разгул оборотней по столице? Хотя, сегодня не полнолуние.

Опять восстание мертвецов?

А может… да нет, меня бы точно туда не взяли или всё же…

Додумать мысль до конца не удалось, я чуть не подавился воздухом, когда понял, что с нами за компанию отправляется Молот, который уже сидел в седле и нетерпеливо помахивал плёткой.

Бивня с Валькирией не было, и это удивило меня не меньше, чем присутствие главного инквизитора, который при мне ни разу не отправлялся на боевые выезды.

— Ты в курсе, куда мы едем? — прокричал я Следопыту, пустив Красотку в галоп, пытаясь не отстать от Куваева с Проскуриным.

— Ага! — послышалось в ответ, — крестницу Молота похитили, — Дело вроде как по нашей части.

— Однако, — протянул я и тут же встрепенулся, бросив взгляд на спину скакавшего впереди главного инквизитора, — И кто у нас крестница?

— Внучка графа Распутина.

Выругался сквозь зубы.

Так я и знал, что какая-нибудь подстава произойдёт. Не могло всё закончится так просто.

Оставалось уповать на то — что Ольгу уже увезли из особняка барона Таюшева, если же нет, я очень надеялся, что девушка не догадается, кто именно её спаситель, а если всё же каким-то образом узнает, то не подаст виду.

Была и ещё одна проблема: сам Григорий Распутин. По воспоминаниям Александра, граф несколько раз приезжал в городскую усадьбу Бестужевых, и если парень не обращал на первого советника императора никакого внимания, то, я был уверен, Григорий Ефимович, подобной ошибки не допустил и зафиксировал в памяти всех, с кем встречался в усадьбе Великого Канцлера, делая это в силу своей профессии.

Именно поэтому, Распутин мог опознать во мне младшего сына Алексея Бестужева.

Григорий Ефимович был грандом, и одним из направлений его дара как раз являлись иллюзии.

Я не знал, как поведёт себя первый советник императора, узнав, что под личиной Александра Саянова скрывается «умерший» сын Великого Канцлера.

Ладно, придётся решать проблемы по мере их поступления. Отказаться от поездки я не мог, оставалось только не попасть на глаза Распутину, что в принципе было очень проблематично.

Глава 15

Мы неслись по размокшей дороге, конские копыта выбивали из глины грязные брызги, холодный ветер хлестал по лицу, забираясь под воротник. Красотка, фыркая, послушно держала заданный темп.

Впереди, словно не чувствуя ни встречного ветра, ни усталости, летел на своём вороном коне Куваев. Чуть правее, на полкорпуса позади, держался Проскурин. Следопыт, шёл рядом со мной.

— Далеко до усадьбы? — крикнул я Василию, делая вид, что не представляю, где находится конечная цель нашего путешествия.

— По-хорошему — час пути, — ответил тот, криво ухмыляясь. — Это если повезёт и дорогу не размыло напрочь.

Я мрачно хмыкнул, потому что