Главный герой становится Злодеем - Ли Лит

— Сяотин в лесу Ао.

— Уже ушли искать.

— Найдут? — сколько же сомнений в голосе Ан Ханьсюя.

— Подождёшь и узнаешь, — развернулась Хуа Линь.

Головная боль именно в этот момент решила атаковать её.

— Вы же знаете этот лес, помогите, — бросился за ней Ан Ханьсюй.

С чего вообще он такое решил? Что за чушь?

— Пожалуйста, помогите.

— Дождись главу с учителями и старейшиной. А там проси уже, — прервала его Хуа Линь.

— Почему Вам всё равно? — неожиданно задал Ан Ханьсюй. — Почему Вы настолько чёрствы к другим?

Ответа он не получил.

Почему всем жизненно приспичило пристать к ней? Вроде нормально держали дистанцию. Хуа Линь прошла на задний двор. Срочно нужно возвращать удобное расстояние, так гляди, на шею сядут и управлять начнут.

Хуа Линь села на верхнюю ступень, поставила локоть на колено, подпёрла подбородок ладонью и прикрыла глаза. В голове, кроме надоедливой тупой боли, ничего. Пусто и тихо.

Когда Хуа Линь открыла глаза, стояла ночная темнота. Приятная прохлада ласкала кожу. Первое, что увидела, — толпу.

— Нашлись, — тихо протянула Хуа Линь, взмахнув рукой. Множество маленьких круглых светящихся частичек поднялось над землёй, освещая путь. На столбах зажглись фонари.

Холодное выражение лица Чжу Сюя Хуа Линь считывала, как внутреннее недовольство вперемешку со злостью.

— Спасибо, — Чжу Сюй остановился в паре шагах от крыльца.

— Всех нашли? — Хуа Линь перевела взгляд на подошедшего Син Юя.

— Всех, — кивнул тот. — Спасибо. Шицзе.

Хуа Линь с ленцой отмахнулась.

— Раз так, освободите мои апартаменты.

— Что нужно сделать? — зыркнул на притихших учеников Жэнь Лунь.

Хуа Линь насчитала шестерых.

— Извините нас, — в разнобой заговорили ученики.

— Всё?

— Извините нас за то, что мы пробрались на гору Е, разгуливали по лесу Ао, — только по кусочкам Хуа Линь догадалась, о чём говорили ученики. Могли бы выбрать одного, и он бы говорил, зачем недружным хором?

— Мы больше так не будем.

Хуа Линь еле заметно кивнула. Был вариант лучше, чем довериться словам и глупо потом хлопать глазами, когда случай повторится. Она поднялась.

— Кстати, Сяотин — кто из вас?

Ученики переглянулись.

— Не мы.

Хуа Линь изогнула брови. Они её за кого принимают? В их представлении она глупее камня?

— Сяотин не пошла с нами, — с заиканием проговорила ученица, смотря исключительно под ноги.

Она не пошла, а Ан Ханьсюй её найти не смог. Что-то не так. Несколько вариантов: либо ученики не договаривали, либо Ан Ханьсюй напутал, либо Сяотин обошла всех и сейчас не пойми где.

— Не пошла или развернулась и ушла? — Хуа Линь сложила руки за спиной.

Ученики переглянулись.

Хуа Линь всё поняла.

— У-ушла, — ученица ниже опустила голову, а рядом ученики устремили взгляды кто куда, но только не на старших.

— До леса дошла?

— Дошла.

— В лес не вошла?

— Не вошла.

— Никто больше её не видел?

— Не видел.

— Врёте?

— Врём. Нет! — спохватились ученики.

Хуа Линь изогнула брови. Какой смысл врать, когда сдал себя? Надежда, что никто не успел услышать, осознать? Глупо, очень глупо.

— Сяотин не входила с нами в лес, — взял на себя смелость парень, стоящий впереди всех.

Но могла вполне себе войти одна.

— Мы проверили, никого больше не нашли, — Жэнь Лунь хмуро посмотрел на учеников.

Лес большой, и весь его обыскать трудно, сложно, по времени затратно. К тому же на горе не воспользоваться мечом как транспортом передвижения по воздуху. Мечи попросту не поднимаются. А пешком слишком долго, даже с численностью поисковиков, пришедших сегодня.

— Это вроде все пропавшие, но мы ещё раз проверим учеников, — пообещал Сун Вэнь.

Хуа Линь кивнула. Ей всё равно. Пусть хоть в ряд выставят всех учеников и по списку отмечают.

— Остаться жить решили? — проворчал старейшина Лю. — Будем возвращаться или продолжим землю мять?

— Да, возвращаемся, — Чжу Сюй первым направился на выход.

— Син Юй, сделай мне одолжение, — поймала за локоть младшего Хуа Линь.

Зачем ждать утра, если можно раньше приступить к лечению.

— Ты упоминал, что выхаживал животных, — припомнила Хуа Линь, Син Юй кивнул. — Минуту.

Когда она вернулась, на заднем дворе остался только Син Юй.

— Принимай на лечение, завтра приду проведать, — Хуа Линь протянула Комочка.

— Какой худой, — Син Юй осторожно взял котёнка на руки.

— И вот ещё, — Красавец цеплялся за чёрную тонкую ткань и не спешил отпускать её из лап.

— Я с птицами не очень, — растерялся Син Юй, смотря на попугая, что висел вверх тормашками на широком рукаве.

— Хорошая возможность восполнить пробелы, — Хуа Линь взяла Красавца, легким движением погладила по голове и протянула Син Юю, который с сомнением смотрел на неё.

— Ладно, — сдался Син Юй. — Кусается?

Он потянулся к Красавцу.

— Не знаю, — пожала плечами Хуа Линь. — Пока не ловили за кусачим преступлением.

С улыбкой Хуа Линь передала Красавца.

— Я пойду, — Син Юй прижал к себе Комочка и осторожно сжимал Красавца, который уставился чёрными бусинками на Хуа Линь.

— Завтра увидимся, Красавец, — пообещала она.

Син Юй скрылся за поворотом дома. Прикрыв глаза и медленно втянув воздух, Хуа Линь подняла голову к тёмному небу. Вскрик разрушал тишину.

Шуршание травы первым оповестило о приближении. Только благодаря фонарям Хуа Линь разглядела бегущего, а точнее двоих.

Лапы Комочка утопали в траве, а Красавец — по клюв. Они точно плыли в тёмно-зелёном море.

— Прости, — послышался голос Син Юя.

Хуа Линь подняла голову, устремив удивлённый взгляд на точно провинившегося Син Юя. Он тёр то одну руку, то другую.

— Укусил? — ошарашенно выдохнула Хуа Линь, опуская голову на Красавца, что подобрался к ступени лестницы и пытался забраться.

Син Юй кивнул.

— Оба, — и стыдливо убрал руки за спину.

— Вы чего, дети? — Хуа Линь взяла Комочка и Красавца, смотря с прищуром на каждого. — Бунтуете? А кто, если не старшие, позаботятся о вас? Здоровье на первом месте, запомните.

Вздохнув, она кивнула.

— Ладно, спасибо, похоже, мне придётся завтра их самим нести.

— Тогда до завтра? — у Син Юя вышло с сомнением.

— До завтра, — помахала пальцем Хуа Линь и прижала к себе Комочка, а Красавца почесала легонько по шее. — Что такое? Характер показываете?

Тихий смех утонул в тишине. «Светлячки» погасли.

Хуа Линь присела на ступень, отодвигая кувшин и ставя на свои ноги Комочка и Красавца.

— Вот к утру вы приняли бы уже лекарство, а так курс лечения начнём намного позже. Дети есть дети.

Комочек ударил лапой по руке. Хуа Линь игриво повалила его и почесала по светлому животу. В этот момент Красавец поднялся на плечо, хватаясь за ткань.

— Маленькие, — с улыбкой проговорила Хуа Линь. — Чуть не забыла, — спохватилась.

Сложив руки в заклинание, она направила