Главный герой становится Злодеем - Ли Лит

ночном небе светлые полосы; без стеснения припомнит, как они не хотели расставаться, хоть их укладывали спать в одной комнате — один на кровати, другой на софе. И, может быть, когда-нибудь расскажет, как они пришли к единому решению держаться вместе и во что бы то ни стало всегда защищать друг друга. О крепких объятиях, в которые они утянули Хуа Линь, наверно, стоит умолчать. Нечего смущать мужчин, а то ещё неловкость поселиться между ними, и тогда принятое решение о единстве и защите можно лишь будет вспоминать.

— Никому лучше не знать, — Хуа Линь закрыла дверь комнаты, спустилась и направилась в свои покои. — Вечер должен остаться между нами.

* * *

* * *

* * *

Примечание:

1. Экстра — дополнительная глава.

2. Дэн Шан — 登上 — Преодолевать; подниматься, взбираться, восходить.

3. Му Ли — 木梨 — Деревянная груша.

4. Ши Чжу — 石柱 — Каменные столбы/ каменные столбики.

5. Инь Мэй — 隐美 — Скрытая красота.

Том 2. Серый

Тяжёлое серое небо напирало.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 15. Добро пожаловать в новые апартаменты

«Обычное помещение с двумя рядами кроватей-коек с тонкими серыми балдахинами…» * * *

Жар душил. Вдохнуть не получалось. Губы с ощутимым потрескиванием открылись. Невыносимо мало воздуха. Жар последнее выжег. В груди лавой расползалось мучительное, огненное. Жар сдавливал, давил, вытеснял.

Глаза распахнулись на секунду раньше раздирающего глотку вздоха. Кашель сковал горло.

Перевернувшись на бок, Хуа Линь схватилась за ткань на груди, ногтями царапая кожу. Боль огненным потоком проносилась по телу, не оставляя без внимания ни одной клеточки. Слёзы заволокли глаза. Шум в ушах отдавался острой болью в разных частях головы.

Сильное сжало плечи и дёрнуло назад. Хуа Линь мотнула головой. Оттолкнуть не хватало сил. В следующую секунду подбородок угодил в стальную хватку. Губы разомкнулись, разрываясь в ещё нескольких ранках. Горячее прислонилось к ним. Резкий, горький запах и вкус ударили настолько сильно, что волна тошноты попросту не успела подняться по горлу. Горячее обволокло рот и стекло по горлу в желудок, который сжался в болезненном спазме.

Всё смешалось. Боль, запахи, жар, хватка, неприятные ощущения. Когда казалось, вот-вот ещё немного и что-то обязательно произойдёт. Неожиданно накрыло темнотой. Всё прекратилось.

Неприятно саднило горло, тупая боль стучала в голове, отдаваясь импульсами в кончики пальцев.

Хриплый тихий выдох нарушил тишину.

Хуа Линь медленно приоткрыла глаза. Серое пятно. Хуа Линь прищурилась. Размытое пятно совсем немного приобрело очертания. Потолок. О многом это не говорило. Потолок и потолок. Таких полно. Нужно знать, чей это потолок. Точное место. Хуа Линь прикрыла глаза. Ни в одном уголке её поместья не имелось серого потолка. Вариант с горой Е сразу отпал. Вторая мысль: Яое. Она у лекарей. Из памяти никуда не пропадали воспоминания леса Ао. Забыть стрелу, последующую боль не реально. Хуа Линь притронулась к груди. Через ткань нижнего слоя не прощупывалась перевязка. Не уж чудо и лекари Яое справились с ранением за короткое время? Хуа Линь хмыкнула. За короткое время, как бы не так. Скорее всего, несколько дней прошло. Как было с важнейшей миссией секты Сюэян. Вроде уснула ночью, а проснулась через несколько дней. Доверять собственному телу в последнее время тяжело и сложно.

Хуа Линь скользнула рукой под запах нижнего. Ничего, что должно быть после стрелы. Чудо лекарей Яое. Подумать только. Оказалось, не всё потеряно после ухода Чжао Дацяня. Так и быть, можно будет накинуть немного к жалованию в это месяце ребятам из Яое.

Хуа Линь опустила голые ступни на холодный пол, упёрлась руками в кровать, наклонила голову и прикрыла глаза. Голову закружило очень сильно. В бешеном ритме застучало сердце. Глубокий вдох, медленный выдох. Медленное дыхание помогло успокоить сердце.

Хуа Линь открыла глаза. Обычное помещение с двумя рядами кроватей-коек с тонкими серыми балдахинами, между — «коридорчик». Хуа Линь поднялась. Её пошатнуло. Шаг. Повело в сторону. Еле успела вцепиться в столбик кровати. Головокружение вернулось на короткий момент. Хуа Линь глубоко задышала. Что ж такое? Слабость тянула книзу, запускала головокружение, шум в ушах, пятна в глазах.

Выдох.

Хуа Линь оттолкнулась, сделала шаг и рухнула. Ноги не слушались. Точно не свои. Приделали чужие и заставили делать первые шаги. Хуа Линь схватилась за голову. С губ сорвался беззвучный вскрик. Огненный обруч стиснул виски, лоб, затылок. Перед глазами поплыло. Прижавшись лбом к холодному полу, Хуа Линь задышала ртом. Неожиданно накрыла отпускающая темнота.

Сознание ворвалось вихрем. И так не меньше трёх раз. На четвёртый раз Хуа Линь перевернулась на спину и не шевелилась. Ждала следующей волны темноты и неприятного прихода в сознание.

Когда уже всё закончится? Сколько можно мучить? Это что, плата за десять лет спокойной жизни? Так что-то высок ценник! Спокойная, без излишек и ярких всплесков жизнь по цене «отдать саму жизнь через столько-то лет». Не равноценно получается. А кто вообще заключал контракт? Где эта бумажонка, срочно надо внимательно ознакомиться с предложениями мелким шрифтом и в срочном порядке разорвать свинский контракт.

Хуа Линь подняла руку и устремила мутный взгляд на неё. Белёсое опоясывало запястье. Поднеся руку ближе к глазам, Хуа Линь различила тонкие нити шрама. Вся тыльная сторона, пальцы, немного внутренняя сторона ладони. Когда успела? Получила такое и не заметила. Хуа Линь слабо нахмурилась. Шрам. Не рана, а именно шрам. Прошли не дни, недели и даже месяцы. Не могли же пройти года?..

Взгляд заметался по руке, соскальзывая с неё. Паника затапливала грудь.

Вдох застрял в горле.

Могли пройти года.

Хуа Линь схватила губами воздух.

Раны от стрелы нет, потому что прошло много времени.

Воздух не проникал в легкие.

Схватившись за ворот, Хуа Линь оттянула его и перевернулась на бок. Пелена накрыла глаза. Шум заволок уши.

Пронзительная боль пронзила грудь, точно сотни игол вошли. Поток воздуха обжёг легкие. Жадно Хуа Линь хватала губами так необходимый воздух. Прозрачные капли срывались, собираясь на полу в единое.

Время. Сколько прошло времени, Хуа Линь не знала, да и не пыталась считать. Явные проблемы объявлялись на первом плане. Минуты прошли? Здесь вполне себе вероятно прошли года, так что минуты не так уж и страшно, да и не важно.

Хуа Линь переместила руку со шрамом на пол перед собой. Не длинные, не тонкие пальцы с короткими ногтями. Хуа Линь перевернула руку ладонью к лицу. Тёмно-коричневое маленькое пятнышко на основании большого пальца. Так странно. Провела подушечкой указательного пальца. И ещё