Тень серого дома - Галина Александровна Ивина

От слабости или страха, продирающего до глубины души, Клима беспощадно трясло. Понимая, что находится на грани, он задался вопросом: неужели не получится? Он подумал об Эрне, которому нужна помощь. Мертвый друг не может бороться с монстрами, поэтому рассчитывает на него… Значит, ему придется спастись.

Клим зажмурился и сосредоточился на желании одолеть монстра из сна. Он набрался смелости, развернулся и, обессиленный, лег спиной на песок. Сил не осталось даже для того, чтобы приподнять голову.

«Ночной убийца» дотопал до него и низко склонился к его лицу. Клим посмотрел ему в глаза, медленно проваливаясь в забытье, и прошептал:

«Я никогда не перестану страдать из-за смерти Эрна…»

Монстр открыл рот, словно собирался усмехнуться в ответ на его заявление, и исчез.

Клим резко проснулся, дрожа от ужаса и неотступного ощущения, что сейчас его убьют. Он дернулся к светильнику. Когда свет осветил его постель, он заметил на одеяле карточку «Ночного убийцы».

В течение следующих двух часов он тщетно пытался уснуть, но его душили страх и боль от потери Эрна. Такие яркие, как в самый первый день. В его голове постоянно крутилась фраза про условие обряда по изгнанию «Ночного убийцы». В нем говорилось, что теперь он никогда не перестанет страдать из-за смерти Эрна. Как же скверно…

Клим свернулся калачиком, скомкивая одеяло, и разрыдался.

Глава 9

Задание от призрака

Клим сидел у окна, подтянув к себе согнутую ногу и обхватив ее рукой. Не самая удачная поза, учитывая гипс, но с ним все было неудобно делать. Клим уже мечтал поскорее его снять.

После ночного происшествия он был совершенно опустошенным и бесконечно одиноким. Ему казалось, что весь мир от него отвернулся. Это было гадкое ощущение, которое напоминало ему об уходе отца. Он снова чувствовал себя таким несчастным и брошенным… Но больше всего его терзала смерть Эрна.

Черт! Если он не придумал себе «Ночного убийцу», если все написанное о нем в справочнике правда, то до конца жизни он будет находиться в таком состоянии.

Чтобы забыться, он с самого утра читал дневник Чудкова. Ему хотелось отвлечься от собственных мыслей и проникнуть в мысли такого же отшельника. Почему-то ему казалось, что между ним и Чудковым есть что-то общее. Ему не нравилось это сравнение, но оно возникало снова и снова.

Ему хотелось найти что-то целостное, доказывающее, что все эти монстры, все смерти… возникли не просто так. Что за ними кроется нечто более важное, чем сама жизнь. Но на страницах дневника все чаще встречались диковатые мысли о мировом господстве и мести.

С каждым днем Чудков глубже погружался в собственные извращенные фантазии и размышлял о том, как и кого убьет. Его злил каждый встречный человек, он хотел убить всех жителей города. Он писал о том, что планирует выпустить разом всех монстров на свободу, отчего каждый из них утроит свою силу и ярость. Ему осталось только собрать карточки тех, которых он выпустил в ходе различных экспериментов.

Устав читать дневник «буйнопомешанного», Клим с долей отвращения его отложил.

Под окнами шелестели листья осины. А под ней дежурили двое громил, которых оживил Чудков. «Крыша» – так про себя прозвал их Клим. Он почти не сомневался, что именно они скидывают людей с крыши. Поэтому они и его туда приглашали, когда пытались поймать во дворе. Наверное, Эрна тоже. Хотя…

Парень поймал себя на несоответствии. Эрн говорил, что его убила «крыша», но тогда он бы погиб от падения. Интересно, призраки путаются в своих воспоминаниях?

Мужчины на улице одновременно подняли головы и посмотрели на окно Клима. Тот едва успел отшатнуться, чтобы остаться незамеченным. Черт! Как же ему незаметно выйти на улицу?

Звонок в дверь прервал его размышления. Убедившись, что «крыша» на месте, Клим пошел открывать. На пороге стоял тот, кого он хотел видеть еще меньше, чем подозрительных мужиков.

– Что надо? – Клим обошелся без приветствия. Потенциальному убийце они не полагались.

Август неуверенно переминался с ноги на ногу.

– Хочу извиниться.

Клим от такой наглости обалдел.

– Серьезно?! Собирался меня прикончить, а теперь извиняешься?

– А что еще надо делать? – вскинулся Август.

Клим вспомнил, что начался четвертый день из девяти отведенных на спасение Эрна, и слегка поостыл.

– Не знаю… – Он посмотрел на «психа», ничего особенного не почувствовал и спросил: – Поможешь мне?

«Крыша» по-прежнему пугала Клима. После вчерашнего открытия больше, чем раньше. Правда, почему-то он был уверен, что «крыша» не пойдет за ним, если он выйдет в компании с «психом».

Так и получилось. Когда он показался на улице с Августом, обе «крыши» притворились, что с самого утра ждут здесь кого-то другого. Их настойчивые буравящие взгляды Клим чувствовал едва ли не до самой остановки.

– Зря ты не замаскировался, – с усмешкой заметил Август, пока они бодро маршировали к автобусной остановке. – Прикинулся бы запойным пьяницей, проскользнул мимо, никто бы тебя и не спалил. Зачем их дразнить?

– Затем, что если они причастны к смерти моего друга, то я не собираюсь прятаться, – процедил Клим.

Он заметил, как несколько прохожих с подозрением обернулись на него. В нем вдруг сработал невидимый тумблер, отключающий все ограничения.

– Что?! – вспыхнул он и крикнул в пустоту: – У меня друг умер – и мне нельзя про это сказать?!

– Никто тебе не запрещает, – одернул его Август и неожиданно потянул за собой. – Побежали! Успеем на наш.

Через десять минут они стояли перед «Серым домом». Из-за пасмурной погоды он смотрелся более мрачным, чем обычно. Окна с вывернутыми рамами напоминали Климу глаза, наполненные слезами. Дом плакал о том, как трагично сложилась его судьба.

– Ты сильно рискнул, – сказал Август. – В первый раз те мужики пришли за тобой сюда.

Клима от осознания его правоты бросило в жар. Едва соображая, он нашел оптимальное объяснение:

– Тогда они не знали моего адреса, поэтому тупо следили за домом Эрна. – и успокоился на этом.

Чтобы закрыть неприятную тему своего «недосмотра», Клим рассказал Августу про то, что вспомнил Эрн: он на него не нападал.

– Правда? – с надеждой переспросил Август.

Клим хотел сказать, что пошутил, но тот выглядел взволнованным и напуганным – и он только подтвердил свои слова.

– Слава богу, – чуть слышно прошелестел Август, отворачиваясь от Клима.

С полминуты он пытался совладать со своими эмоциями. В этот момент он казался чрезмерно напряженным – и Клим не решался с ним