Дом с секретом и дверь в мечту. Часть 1 - Ольга Станиславовна Назарова

И тут Крылана сообразила, что Таня как-то странно примолкла. Нет, о том, что Сшевил её подругу заморочить никак не в состоянии, Крылана знала преотлично, но всё-таки встревожилась.

– Тань? Таня!

Глубокая задумчивость Татьяны, которая даже не сразу сообразила, что её зовут, Крылану удивила и даже слегка напугала.

– Тань! Что с тобой?

– А! Ты спрашивала что-то?

– Да, ты так задумалась…

– Это я просто представила всё это, – Татьяна с сочувствием покосилась на змеицу. – Прости…

– За что? – удивилась та.

– Мне и в голову не приходило, что тебе так тяжко! – Таня смотрела на золотые глаза с узким вертикальным зрачком, которые снова наполнились слезами, и от души сочувствовала непрошибаемой, самовлюблённой, капризной, невыносимой, но такой… уязвимой змеице.

На зелёную шкурку полоза падали тяжёлые, горькие капли, они всё катились и катились, пока не вымыли самую острую и сильную память о том чёрном дне, когда Шшоса ранили, пленили, увезли куда-то в страшный людской мир, а будущее Сшевил стало несбыточной мечтой.

А потом стало действовать успокоительное:

– Сшевил, ты сейчас просто сидя уснёшь. Давай-ка ложись и засыпай! – Крылана и Таня в четыре руки помогли улечься в постель обессиленной змеице, которая даже оборачиваться в природный вид не стала.

Потом они потихонечку сманили полоза с её руки в переносной террариум, крепко его закрыв и поставив так, чтобы Сшевил, проснувшись, перво-наперво увидела именно своего драгоценного смарагдового полоза, напоминавшего ей о потерянном женихе.

– А теперь рассказывай! – велела Крылана, когда они вышли и наткнулись на поджидающего под дверью Крамеша. – Так, ты, кыш отсюда!

– Нет, ему не надо кыш… он может очень даже помочь! – заторопилась Татьяна. – Понимаешь, у меня был однокурсник, который обожал змей. Вечно их на пары таскал, девчонок наших пугал… Но речь сейчас не об этом, а о том, что он мне иногда фотки красивые присылал. Фотки рептилий, разумеется, так вот… Я точно помню, что видела такого зелёного змея с золотистой полосой на спине, как Эвил описала! Только вот, я понятия не имею, тот ли это змей или нет, жив ли он сейчас, найдём ли мы его…

– Поэтому и промолчала? Как с норушами, да? – поняла Крылана.

– Да, именно так! – Таня отчётливо понимала, что Эвил в теперешнем её состоянии никак нельзя дарить призрачную надежду – это может ранить ещё больнее.

– А ты можешь с ним связаться? – Крылана и Таня, увлечённые разговором, промаршировали мимо Соколовского, которого любопытство выгнало из кабинета, даже не заметив его!

– Так, секундочку… я не понял! – возмутился Сокол.

Между прочим, вполне законно возмутился! Правда, ну что такое-то, а? Словно мимо пустого места прошли, да ещё и Крамеш с ними. А он?

Таня и Крылана переглянулись… с одной стороны, Сшевил не давала разрешение на разглашение, а с другой… Сокол и помочь может! А потом, он же хозяин территории, которую змеица от души громила, так пусть хоть причину этого узнает, глядишь, не станет сильно претензии предъявлять.

– Пройдёмте! – Крылана решительно кивнула на кабинет Сокола.

– Хм… странное возникает ощущение, когда меня вот так ведут в мой же кабинет! – подумалось Соколовскому, пока он входил и располагался на своём законном месте.

– Насколько я понимаю, вы не знаете, почему Эвил оказалась в людском обществе? – уточнила вороница.

– Понятия не имею. Знаю, что её поддерживают родичи, то есть она не сбежала.

– Тогда вкратце… Дело обстоит так…

Брови Соколовского поднимались всё выше и выше, пока их владелец не опомнился и не принял привычно-невозмутимый вид.

– Нда… вот уж действительно змеезамах на Вильяма нашего Шекспира! – протянул Сокол. – Кто бы мог подумать! Тогда понятно, чего она так в эстраду вцепилась, кстати, вполне разумный выбор. Она, между прочим, «звучит» приятнее некоторых. Да, особых певческих талантов нет, голос негромкий, зато мелодичный. Хотя для неё это, конечно, совсем неважно.

Он покосился на Татьяну:

– Вы действительно видели такого?

– Да… ещё даже уточняла у Артёма, что это за вид такой. Он ответил, что полоз, но совершенно неизвестного, редчайшего окраса.

– Тогда звоните своему однокурснику! Может, он вспомнит, где видел этого змея.

– Если не вспомнит, я могу помочь… – скромно подсказала Крылана.

– Точно! Ну, а если… если змей отыщется, я, в свою очередь, помогу его добыть! – прищурился Сокол.

Ход его мыслей был вполне логичен:

– Если полоз жив, то находится у людей. Если Эвил узнает у кого, то, скорее всего, увидев любимого в неволе, может и взбелениться, а вот защиты на подобие моих бронегусей там точно не окажется. Короче, она же разметает все вокруг до фундамента! А потом ещё и её саму спасать придётся. Нет уж, не надо нам таких громких выступлений! Я лучше сам выкуплю редкую змеюшку. А что? Вот типа моя девушка закос под змеечку устроила, линзы надела, полоза с собой везде таскает, а я ей подарок ищу! Очень даже пригодная рабочая версия!

Он довольно улыбнулся и прищурился, рассуждая:

– Это с одной стороны! А с другой – никогда не следует упускать возможности развития межвидовых контактов! Сколько бы я не заплатил за этого змея, мне это вернётся сторицей!

Надо отдать должное Соколу, думал он вовсе не о деньгах или золоте полозов, а о возможности сотрудничества.

– И почему это у вас вдруг такой хитрый вид сделался? – подозрительно уточнила Крылана. – Каверзу какую-то придумали?

– Да почему сразу каверзу-то? – Cокол счёл полезным слегка оскорбиться. – Я вам помочь вообще-то собираюсь!

– Разумеется, не просто так! – съязвила вороница.

– Разумеется! – согласился Соколовский. – Вы себе хорошо представляете, что сделает Эвил с людьми, у которых может находиться её ненаглядный?

– Гм… боюсь, там, где они живут, будет котлован! – мрачно напророчил Крамеш.

– Точно! – кивнул Сокол.

– Ну, это понятно, а чего вы так довольно улыбались? – продолжала допытываться Крылана.

– Представлял себе подарочек звезде эстрады, – хмыкнул Филипп. – Ладно… давайте от моей скромной особы и лирики вернёмся к конкретике. Таня, вы можете связаться с вашим бывшим однокурсником?

– Уже, – Таня не прислушивалась к разговору начальства и подруги, сосредоточено печатая сообщения в смартфоне. – Он пишет, что фото помнит, более того, помнит, откуда оно – с