Воевода - Денис Старый

Так что мы лишали своего противника одного из главных его козырей. Кроме того, так как были предположения об использовании для подрыва уже частью прогоревших участков стены крепости, строили свою крепость также и с таким расчётом, чтобы было тяжело заложить заряд пороха под стены.

Другие русские крепости, как я уже знал, строились даже с куда меньшим числом строителей, да и с куда меньшей мотивацией. Так что более чем полтысячи мужиков, орудующих топорами, замешивающих раствор, — это строительная мощь, которая позволяла нам надеяться на достаточно скорое и успешное строительство своих оборонительных линий.

Между тем, Евпатий Коловрат отправился на «охоту» с шестью десятками бойцов, чтобы постараться каким-то образом всё-таки вредить монголам и, возможно, помочь либо Москве, либо Владимиру выстоять чуть дольше. Нам-то и нужно всего-то полтора месяца, или даже меньше. И тогда начнётся большой разлив, который никак не позволит монголам подступиться к нашим оборонительным порядкам.

А площади мы отбираем уже немалые. Теперь строятся жилые помещения на дальнем холме, в более чем в версту дальше от окраины города. Пока враги не придут, можно будет и там жить. А будет время, так есть идеи, как и там соорудить крепость и соединить ее с основными фортификационными сооружениями.

— Бам! Бам! Бам! — звучало со стороны реки.

Конечно же, самым вероятным способом, как могут нас достать наши враги, был Дон, река. Сведения о том, что у монголов на данное время достаточное количество кораблей, не поступали. Но до десятка гребных судов были у генуэзцев. Также были корабли у венецианцев. В устье Дона располагались бродники, которые всё-таки вошли в оппозицию к моей власти, скорее всего, тоже будут помогать монголам в их мероприятиях.

Потому реку нужно обезопасить и сделать ловушкой для наших врагов. И решение есть. Причём способ разгрома любых кораблей, которые будут подходить к островной крепости, подсказывает послезнание.

Про монгольскую экспансию я читал, смотрел немало видеороликов. Так что прекрасно знаю о том, как Вьетнаму удалось отбиться от монгольского нашествия, которое шло в основном по реке. Вьетнамцы вбили заострённые колья в воду на подходе к своим оборонительным рубежам.

Монгольские корабли рвались вперёд и натыкались на эти колья, разламывались, получали течи, возникало столпотворение, и вьетнамцы уничтожили весь монгольский флот — не только корабли, но и живую силу противника, находящуюся на суднах.

Так что такие колья из массивных дубовых брёвен сейчас сбивались в речное дно. Для того, чтобы это осуществить, пришлось не только растопить лёд, но и сделать, как это в будущем называли, «бабу». Массивная чугунная «баба» представляла собой тяжёлую конструкцию с ручками, которую словно бы надевали на кол, а потом, будучи на лодках и на плотах, били по бабе молотом, вгоняя бревно в дно настолько глубоко, чтобы течение не отнесло этот кол. Делали это под небольшим углом в сторону вероятного приближения противника.

Да, когда придёт вода, то колья окажутся глубоко под ней. Но при отливе, если только мы всё правильно рассчитали, колья должны лишь немного покрываться водой, но находиться не глубже, чем полметра над поверхностью водной глади. А там, где особенно глубоко и так не получится, будем продевать цепи, возможно, заваливать частью камнями фарватер.

Теперь, глядя на всё то, что происходит, и как идёт строительство, я был уже более чем уверен, что решение моё правильное. Словно бы кто-то или что-то, какие-то сверхъестественные силы вели меня ко всему этому.

Вопреки здравому смыслу я повёл людей в сторону, где могут проходить монголы. Нелогично было остановиться на реке, через которую в обязательном порядке, как только откроется навигация, пойдут торговые корабли. Или не торговые, но те суда, которые будут перевозить полоняных русичей.

И вовсе было нелогично и не дальновидно надеяться, что с горской стороны люди мне вообще хоть что-то светит, что я могу противостоять ордынскому нашествию.

Но теперь у нас более полутысячи ратных. Когда случится необходимость, если у нас будет только время, то больше людей придёт на защиту крепости. А если у нас ещё и получится найти союзников…

— Говори — сказал я Андрею, который буквально несколько часов назад прибыл из Козельска.

— Тропинку протоптали. Люди могут уходить лесом. Нужно лишь только соорудить плотину на нескольких участках, чтобы пройти болото. Нам с трудом удалось пройти, но ежели положим связанные брёвна плотями, то я не вижу особых сложностей. Нужда есть ещё раз пройти не менее, чем сотне мужей и пообрубать заросли, — сообщал мне Андрей.

— Хорошо. Ну что скажешь о том, как помогут нам козельцы? Готовы ли они с нами торговать? — спрашивал я.

— Не хотят они войны. И пришлось сказать, что Чернигов будет взят в следующем году. Ну а поверят они мне, в том случае если будут взяты Москва и Владимир? Я предсказал им это. Лучше бы не поверили… — последние слова Андрей произнёс, сокрушаясь.

Да, я знал, что среди ратников бытовало мнение, что необходимо уже сейчас идти и помогать тем городам, которые находятся в осаде ордынцев. Нужно партизанить. И что Москва будет взята, даже ранее нелюбимый Владимир, — сильно выбивало людей.

При этом то, что ушёл Коловрат, посчитали хорошим решением, но недостаточным. Рязанские ратники, которых привёл боярин, всё ещё хотели сражаться по старинке, как они это делали до своего разгрома.

Наличие поселения более полутысячи человек побуждало воинственных, жаждущих битвы русичей идти в бой. Появлялась уверенность в своих силах. Но мне приходилось их одергивать.

— За отдельную плату из Козельска могут прийти две сотни охочих людей. Им нужно много железа. Если мы это железо дадим, то козельцы смогут укрыть наших женщин. А если они увидят, что у нас есть шанс отстоять ордынские приступы, то ещё и две сотни своих дружинников дадут, — сказал Андрей.

Я задумался и стал подсчитывать, сколько всего у меня ратных людей может появиться за стенами уже не такого и маленького города. Так, к примеру, не менее тысячи ратников могут стоять в той части крепости, что на берегу, на ближайшем холме. На острове могут находиться не более, чем три сотни защитников.

Судя по всему, мы имеем шанс набрать такое количество воинов или даже чуть больше. Только бы построить нам бетонные укрытия, чтобы там прятаться от камней, или хранить все нужное. И если это удастся… Ну не вижу я, как могут взять нас монголы. Измором только и просто катастрофическими жертвами для степняков.

—