Ученик гоблина 2 - Марко Лис

— Ты ведь уже понял, что ухватился не за нить между мирами, а за связывающую тебя с Арахом и создавшую временную аномалию, нэк? Поэтому ты появился практически на том самом месте и для нас отсутствовал всего несколько минут.

— Да.

— Признаю, использовать родителей сумеречного волчонка таким образом это… сам не верю, что говорю, — старик вздохнул, — это гениальное решение, но насколько хорошо ты контролируешь «проход»?

— Я создаю, если можно так выразиться, крохотную щель.

— То есть, ты уверен, что волки не прорвутся к нам?

— Да, наставник.

— Хорошо. Теперь касательно твоей новой руны…

— Забрать хотите? — я невольно напрягся.

— Что? — Зуг’Гал замер, и на его лице отразилось искреннее недоумение. — Зачем?

— Вы же ноги лишились.

— Болван, нэк, — гоблин закатил глаза. — Ты хоть представляешь, сколько эта руна, даже на первой орбите, расходует энергии?

— Судя по вашему выражению лица и недовольному тону, рискну предположить, что довольно много.

— У тебя прекрасные аналитические способности, — передразнил меня старик.

— Слушайте, но можно же использовать ваши эликсиры для… снижения магической стоимости использования рун?

— Можно, конечно. Только есть несколько «но». Первое — это цена. На одни только расходные материалы для приготовления потребуется два с половиной золотых феникса.

— Ничего себе! — я присвистнул. Сумма получалась не просто солидная, она огромная.

— Второе «но»… даже если тебя не смутит столь высокая цена, ты не можешь использовать эликсир часто. Строго говоря, его вообще нежелательно использовать, потому как он вредит сцилле. Но на ваших орбитах от пары-тройки применений заметного вреда не будет.

Зуг’Гал в своём репертуаре. Сначала дал выпить, а потом уже говорит о побочных эффектах.

— Так что твою руну не получится использовать как средство передвижения, чтобы компенсировать утраченную ногу, нэк.

— В такие моменты я завидую Низшим, — влез Арах.

— Это ещё почему? — удивился шаман.

— Это ведь несправедливо, получить руну, дарующую полёт, но не иметь возможности её толком использовать, потому что она слишком прожорлива. А Низшие могут её поглотить и обзавестись полноценными крыльями.

— Тебя случайно Менос не кусал? От кого ты заразился подобной глупостью, нэк? Поглощение руны преобразовывает носителя. Оно меняет тело на физическом уровне.

— Я это знаю, учитель, — с обидой в голосе буркнул молодой гоблин.

— Вот тебе два наиболее вероятных исхода поглощения этой руны, нэк. И учти, я описываю лишь благоприятный финал, то есть те редкие случаи, когда ты не подохнешь в корчах и не превратишься в бесформенного калеку из-за неправильно прошедшей мутации.

Арах обречённо вздохнул.

— Вариант первый: у тебя вырастают крылья. Настоящие и полностью функциональные… но ты всё равно не сможешь взлететь. А всё потому, что слишком тяжёл. Тебе попросту не хватит физической мощи, чтобы оторваться от земли. Вариант второй: ты обрёл свободу полёта, но взамен стал хрупким, словно стеклянная кукла потому, что руна сделала твои кости полыми внутри, как у птиц.

— Значит, вы так и останетесь? — я невольно скользнул взглядом по уродливому обрубку ноги.

Внутри боролись противоречивые чувства. С одной стороны, я испытал облегчение, ведь гоблин не посягал на мою руну. С другой стороны, радость омрачала суровая реальность — теперь старик стал для нас обузой.

— Ногу я верну, нэк, — спокойно отозвался шаман. — Имея нужные руны, можно совершить невозможное. Но нам придётся задержаться в этой пещере, пока я не наберусь сил и не смогу задействовать эту руну.

— А здесь… достаточно безопасно? — я с сомнением оглядел сырые своды.

— Менос, мы в лесу Обречённых, — старик горько усмехнулся. — Ты разве ещё не успел оценить всё местное «гостеприимство»?

Возразить было нечего.

Впрочем, спокойствие учителя внушало робкую надежду, что получится тихо отсидеться. К тому же, несмотря на полный комплект конечностей, мы с Арахом выглядели не сильно лучше Зуг’Гала.

Нам всем требовался отдых. А мне ещё и над контролем «тени» поработать будет очень кстати.

В этот момент снаружи донёсся затяжной рёв какого-то крупного зверя. Звук был настолько тяжёлым и вибрирующим, что казалось, будто вот-вот со свода пещеры посыпется мелкая крошка.

— Кстати, ты должен поблагодарить Араха. Он раздобыл для тебя несколько позвонков.

— Вон там, нэк, — полуухий указал на противоположную стену пещеры.

В знак благодарности я кивнул и побрёл «кормить» руну.

* * *

— Нашёл, — прохрипел Золид, и на его лице расплылась хищная, пугающая ухмылка.

Если ещё несколько часов назад след то и дело обрывался, вынуждая орка нарезать круги и в бешенстве расширять зону поиска, то теперь всё изменилось. Беглецы сполна воспользовались полученной форой во времени, но это не помешало орку к вечеру почти их нагнать.

Он ещё раз шумно втянул ноздрями воздух. Да, никакой ошибки — это был тот самый мерзкий запах гоблинов.

— Сюда, — он ломанулся прямиком через густой кустарник.

Спустя пару минут вонь усилилась настолько, что Золид, ведомый первобытным азартом, окончательно отбросил осторожность. Увидев впереди край небольшого обрыва, он не раздумывая прибавил ходу, оттолкнулся от земли и прыгнул.

Но вместо ошарашенных его внезапным появлением беглецов он столкнулся взглядом с лисицей.

Рыжая бестия замерла у подножия валуна, прижав уши. В её зубах, заляпанных кровью, болтался обрубок гоблинской ноги.

Орк шёл по ложному следу.

Золид замер, и его хищная ухмылка медленно перекосилась, превращаясь в оскал бессильной ярости. Лес проверил беглецов на прочность, и теперь, когда старик оказался серьёзно ранен, они наверняка забились в какую-нибудь неприметную щель совсем рядом. Сидели там, затаив дыхание, и зализывали раны, пока он, как последний дурак, гнался за лисой.

Но времени, чтобы переиграть эту партию и обыскать каждый овраг, у Золида больше не осталось.

— Твоё время почти истекло, — снова раздался вкрадчивый голос в голове орка, вторя его собственным мыслям. — Склонись. Прими Его волю. Служи Ему.

Проклятая чёрная руна, коснувшаяся его разума, методично продолжала вербовку. Золид теперь точно знал, откуда берутся Отступники — те, кто в один проклятый миг предпочёл вечное рабство у Повелителя Плети неминуемой смерти.

Понимая, что и у него нет иного выбора, орк-шаман взревел зверем, оглашая округу.

— Бегите, прячьтесь, маленькие крысы, — прошептал он, становясь врагом всего этого мира. — Ночь только начинается, а я уже слышу, как