Он вернется до рассвета. Книга 1 - Тэнло Вэйчжи

другой причине. Обиженный подросток использовал все возможности своего интеллекта. Обвести первую красавицу вокруг пальца оказалось проще, чем он думал. Пэй Чуань всего-то послал Дин Вэньсяну любовную записку от имени девушки. Кому бы, кроме Пэй Чуаня, не захотелось встречаться с первой красавицей школы? Шан Мэнсянь быстро повелась на ухаживания Дин Вэньсяна и переключилась на крутого неформала.

История с Шан Мэнсянь во многом оказалась для Пэй Чуаня поучительной. Именно она открыла ему глаза на то, что в этой жизни он не заслуживал любви.

Глава 19

Наступил март. Природа пробудилась от зимнего сна, и на ветвях деревьев начали набухать почки. Бэй Яо шла рядом с Пэй Чуанем. Она прошептала:

– Я открою тебе секрет.

– Хм…

– Моя мама собирается подарить мне младшего братика!

Пэй Чуань удивленно посмотрел на нее. Девочка была весела, как птенец ласточки[27]. Бэй Яо продолжила:

– Уже в этом месяце родится мой младший брат!

В 2004 году страна еще не отменила политику «Одна семья – один ребенок»[28]. На улицах и в переулках висели лозунги: «Меньше детей, счастливее жить» и «Девочки тоже могут играть большую роль в семье».

Чжао Чжилань была смущена тем, что в тридцать лет забеременела вторым ребенком, но, увидев счастливое лицо дочери, с облегчением почувствовала радость от того, что снова станет матерью.

Все же однажды Чжао Чжилань спросила у Бэй Лицая:

– Не будет ли Яо-Яо считать, что мы ее разлюбим?

– Я так не думаю. – Бэй Лицай погладил живот жены. – Когда малыш вырастет, он станет для нее хорошим другом и надежной опорой.

Чжао Чжилань вернулась в дом своей матери, чтобы, по ее словам, навестить семью, но на самом деле хотела спокойно родить ребенка на стороне, чтобы избежать штрафа.

– Откуда ты знаешь, что это брат? – спросил Пэй Чуань. – А если это сестра?

Девочка усмехнулась. Она просто знала.

– Мне это приснилось. Вообще, какая разница? Мальчик… девочка…

– Ты хотела, чтобы малыш родился?

Бэй Яо энергично закивала. Пэй Чуань нахмурился:

– А ты не боишься, что родители переключат все свое внимание на младенца, а о тебе позабудут?

– Не боюсь! – ответила она с улыбкой. – Я и он одной крови, мы семья.

Бэй Яо вспомнила маленького Бэй Цзюня и почувствовала тепло на душе при мысли о еще не родившемся ребенке. На радостях она спросила:

– Пэй Чуань, ты хочешь младшего брата или сестру?

Девушка задала вопрос с некоторым опасением, но ей хотелось знать, как складываются отношения в его семье, ведь она помнила, что во время учебы сына в средней школе его родители уже давно развелись, у отца Пэй Чуаня появилась другая женщина, с уже взрослой дочерью.

Бэй Яо не была близка с Пэй Чуанем в своей предыдущей жизни и не знала, как он относился к сводной сестре.

– Не хочу, – тихо ответил он.

– Ох… – Бэй Яо забеспокоилась о том, как трудно ему придется в будущем.

Когда девочка вернулась домой, то встретила отца, который выносил вещи на улицу.

– Вернулась! Я пойду проведаю твою маму.

– Можно мне с тобой? Я уже сделала домашнее задание.

– Идем-идем, сейчас я закрою дверь.

Бэй Лицай купил мотоцикл два года назад, а мотоцикл семьи Пэй уже давно сменился довольно внушительным седаном.

Бэй Яо сидела на мотоцикле отца, ветер обдувал ее щеки. На календаре было двадцать четвертое марта, пятница. Завтра должен был родиться маленький Бэй Цзюнь, он появится на свет в два часа ночи. Бэй Яо знала об этом, но все равно переживала.

Чжао Чжилань, уже с большим животом, увидела, как дочь пришла из школы, и нежно погладила ее по голове.

После того как вся семья поужинала, Чжао Чжилань нахмурилась:

– Воды отошли…

– Я отвезу тебя в больницу, – сразу же сказал Бэй Лицай.

Так как это был второй ребенок, Чжао Чжилань не паниковала.

– Сначала отвези домой Яо-Яо. – Она повернулась и посмотрела на дочь. – Возвращайся и поспи, а завтра приходи в больницу навестить маму и младшего братика или сестричку. Не побоишься оставаться дома ночью одна?

Бэй Яо покачала головой и ободряюще взяла Чжао Чжилань за руку.

Этой ночью у Чжао Чжилань начались роды, и Бэй Яо молилась в своей комнате, чтобы все прошло успешно. Шел сильный ливень. Порывистый ветер трепал верхушки деревьев. За окнами раздавались раскаты грома.

В это время на четвертом этаже дома напротив разразился скандал. Неделю назад в сумочке Цзян Вэньцзюань появилась иностранная помада именитого бренда. Пэй Чуань заметил ее первым: помада просто выпала. Женщина на долю секунды запаниковала, а затем резко схватила ее под молчаливым взглядом сына и убрала в свою сумку.

– Коллега дала попользоваться…

Пэй Чуань промолчал. Много кто в этом мире мог спокойно лгать ему в лицо. Он был готов терпеть любой обман, лишь бы только их семья не разрушилась. Парень выдавил тихое «хм» и оттолкнул кресло-каталку.

Но тайное всегда становится явным. В спальне зажегся свет, Цзян Вэньцзюань прокричала:

– Я подаю на развод. Я люблю другого мужчину, он врач в нашей больнице!

Пэй Хаобин эмоционально воскликнул:

– Цзян Вэньцзюань! Как ты могла так поступить? Если бы я не нашел эти сообщения в твоем телефоне, то ты бы продолжила наставлять мне рога всю оставшуюся жизнь?

Женщина закрыла лицо руками и заплакала:

– Я виновата перед тобой, виновата перед Сяо-Чуанем, но… – Она сделала паузу, слезы потекли по уголкам ее рта. – Но кто виноват во всем этом? С тех пор как Сяо-Чуаню исполнилось четыре года, стоило мне заснуть рядом с тобой, как меня всю ночь мучили кошмары. Сны были кровавыми, я держала в руках пару отрубленных ног и плакала до потери сознания. Я кричала, кричала, но никто не мог меня спасти…

Дождь лил как из ведра. Бледный Пэй Чуань тихо стоял за дверью спальни и слушал.

– Они положили ноги Сяо-Чуаня передо мной. – Мама закрыла рот рукой и вскрикнула от раздирающей душу боли. – Ты делал карьеру, а мне годами снились кошмары. Ты хороший офицер криминальной полиции, но ты… плохой отец… – Цзян Вэньцзюань всхлипнула. – Я в отчаянии! Глядя на сына, я вспоминаю его хладнокровного отца, который мог обойтись без жены и детей ради своей страны!

Цзян Вэньцзюань плакала и смеялась. Все чувства, которые она подавляла в себе последние несколько лет из-за самобичевания и боли, вырвались наружу:

– Я иногда… боюсь на него смотреть, но он мой сын! – Лицо Цзян Вэньцзюань было залито слезами. – Доктор Сун столько лет