Сердце отваги измеряется численностью. Книга 5 - allig_eri

Глаз.

Полноценный глаз.

Веки сомкнулись, а когда открылись, то стали влажными от слёз.

Вертрана подняла руку, провела пальцами по щеке, веку.

— Всё хорошо, — прошептала ей незнакомка и обняла.

У Ведьмы исчезли синяки, порезы, ссадины — словно их никогда и не было.

— П… П-почему? — спросила Ведьма. — Это же… ценно… Такая… сила… А я… зачем?..

Незнакомка улыбнулась.

— Я не знаю, — спокойно ответила она. — Он сказал, что ты нужна. Нужна Миизару.

Вертрана моргнула. Чему-то кивнула.

Я поднял Хриосу, которая всё ещё была прикреплена к деревянной рукояти, чтобы Прóклятые могли брать его в руки. Штука до боли напоминала древнее каменное копьё. Какой фарс! Бесценный артефакт выглядел дешёвым ширпотребом.

— О, спасибо, — улыбнулась незнакомка.

Я заметил, что она вообще любит улыбаться.

— Кого благодарить за щедрость? — спросил я.

— Думаешь, после того грубого отказа я буду делиться ценными сведениями?

— Да.

— Хм, — фыркнула она. — А вот и нет. — Но в её глазах на секунду мелькнула тень — будто она уже пожалела о сказанном.

Я пожал плечами.

— Тогда просто передай ему спасибо.

— О, это я с радостью, — подмигнула она. — Хотя думаю, ты и сам с этим справишься.

— Разве?

— Уверена, вы встретитесь.

— Он… следит за нами? — нахмурился я. — Стоп, уж не тот ли это контакт Ребиса? Последователь Наршгала в высших эшелонах власти?

— И ты вот так запросто мне об этом рассказал⁈ — рассмеялась она.

— Да или нет?

Девушка закусила губу, поправила волосы.

— Ну-у… да, ты прав.

— Понятно.

— Что же… не скажу, что приятно было поболтать, но это была занимательная встреча. А теперь мне пора, Загрейн Сантарос. Ещё увидимся!

Помахав рукой, незнакомка быстро умчалась прочь, не забывая прятать себя Аурой от Наблюдения. Десяток секунд — и затерялась среди обрушившихся зданий.

— Можно было убить её, — прохрипела Крылатая, подхрамывая рядом. — И забрать Хриосу. Твои птицы сумели бы.

— Наверное. Но у неё было оружие против них.

Я выдохнул, оглянулся к остальным.

— Рой нашёл наших. Местечко почти не пострадало. Собирайте тела, отступаем.

Чешуя кивнул, направился к трупу Тины. Крылатая раздражённо покосилась на меня, попыталась выпрямиться. Чуть не упала. Прекратила пытаться. Скособоченная и прихрамывающая направилась в сторону.

— Куда? — бросил я ей в спину.

— К своим, — не оглядываясь, но задрав подбородок, сказала она. — Ещё увидимся мал… Загрейн.

Она не смогла похвастаться элегантностью незнакомки, но что-то мне подсказывало — дойдёт без проблем. А значит не буду даже думать о чужих бедах. Свои бы разгрести.

Вертрана поднялась на ноги. Выглядела неуверенно. Посмотрела на абсолютно здоровые ладони, ещё раз ощупала лицо, тело, грудь, выступающие рёбра.

Ворон на плече потёрся об меня. Я усмехнулся. Вытянул руку, поглаживая перья. Мягкие и тёплые.

Часть моей силы. Часть меня.

В небе кружили ещё трое. Чёрные силуэты на фоне безмятежно-голубого неба. Наблюдали. Ждали команды.

Даже не мысль — намёк на неё, и ворон с плеча взлетел ввысь, присоединился к остальным.

Пора уходить.

* * *

Ностой, взгляд со стороны

Повозка остановилась. Заброшенная деревня, некогда бывшая их домом, встретила новоприбывших тишиной. Дома пусты, покрыты песком. Некоторые без присмотра уже обвалились. Последние плодородные земли пропали. Когда-то полноводная река исчезла без остатка.

Вета поджала губы. Если бы они остались здесь, то уже погибли бы.

«Если бы Загрейн не…»

Она моргнула, до боли сжала зубы.

«Это не он, а Ребис заставил нас уйти!»

Но внутренний голос, — который почему-то говорил тоном Заны, — напомнил: именно Загрейн был тем, кто расшатывал устои и мировоззрение деревенских. И практически дожал их даже без божественных фокусов меча.

Вета оглянулась на Ребиса. Он сидел в повозке. Меч на коленях. Не шевелился. Смотрел вперёд.

— Может наконец-то захотел в туалет? — встала рядом Зана, насмешливо толкнув её плечом. — А ты что застыла? Тоже ловишь «божественные вибрации»?

Вета толкнула её в ответ. Зана фыркнула.

Ребис продолжал молчаливо сидеть, покуда остальные нерешительно переминались. Они шли мимо деревни, когда лидер приказал остановиться, сел на повозку и застыл. Вот уже пятнадцать минут он молча пялился на деревню.

Ностальгия? Или что-то иное?

Меч дрогнул. Ребис выдохнул. Вирры на его теле тихо зазвенели.

— Хранитель мёртв, — прошептал он.

Вета замерла. Зана вскинула голову.

— Загрейн справился? — уточнила Зана, а потом подпрыгнула, разразившись радостным кличем. — Да, сука, да! Я знала! Знала! Он надрал жопу этому песочному мудаку!

Ребис кивнул, провёл пальцем по эфесу меча.

— Как и было обещано, — протянул он, резко спрыгнув с зашатавшейся телеги. — Ах, как символично, что это случилось именно возле нашей родной деревни! Кто-то после этого смеет утверждать, что это не божественным проведением живёт этот мир!

— Изменения в плане? — сухо уточнил подошедший Годарт, поправляя секиру за спиной.

Белая каменная кожа майора отсвечивала в ярком свете солнца.

— Нет, всё идёт так, как и должно быть, — шире улыбнулся Ребис. — Ну⁈ — оглядел он народ. — Насмотрелись⁈ Видите, отчего я вас спас? — в голосе прозвучали истеричные нотки. — Я вытащил вас с порога смерти! Всех! Каждого! Вы должны мне свои жизни!

Никто не осмелился оспорить его слова.

Ребис довольно кивнул.

— Идём. Грайдия ждёт нас.

Они пошли дальше, оставляя за собой погибшую деревню и песок, лежащий на крышах — равнодушно, как саван.

* * *

Мир жесток. Он не прощает ошибок. Не щадит слабых. Не даёт второго шанса.

Но в мире есть правила, которым он следует всегда.

Первое: сильный побеждает.

Второе: победа — не конец. Она лишь открывает путь к следующему испытанию.

Третье: каждый выбор имеет цену. Иногда ма́лую, иногда большу́ю.

Победа над Хранителем стоила жизней. Стоила города.

Но выжившие стали сильнее, а погибших сменили новенькие.

Это хорошо? Да.

Этого достаточно? Нет.

Кружите же, чёрные вóроны. Кружите над руинами умирающего города. Когда-нибудь ваши крылья будут заслонять солнце, ну а пока вы лишь очередная ступень к возвышению.

Скоро мир станет опаснее.

А война продолжится.

* * *

Место неизвестно

— Я слышал слишком много разных историй. Слишком много полуправд и откровенной лжи. Эта — ничем не лучше прочих. — Грейхорн Истинный словно выплёвывал каждое