Сердце отваги измеряется численностью. Книга 5 - allig_eri

— Он убьёт меня, если я не успею…

Разумная мысль о том, что обычный человек ни за что не сумеет одолеть пользователя Ауры была отброшена в сторону. Что-то подсказывало ей — этот сумеет.

К счастью, в какой-то момент само провидение помогло ей. Она увидела песчаный купол, который возник возле старого кожевного цеха. Более того, по пути туда песчаный барьер пропал. Ещё одна удача!

— Уже не такая. Через барьер я бы пройти сумела, — хмыкнула она, покосившись на «игрушку» в своих руках.

Девушка действительно успела. В последний момент? Трудно сказать. В дальнейшем она не могла дать ответа на этот вопрос. Однако в миг, когда бросала копьё, Тиара Йоколь поняла — судьба всё-таки улыбнулась ей.

Хриоса, которую передал ей Райнер Силиват, была прикреплена к палке, представляя собой нечто вроде доисторического каменного копья. Только более практичного, качественного и умело сделанного.

Хранитель успел заметить хищно жужжащее копьё издали, направив потоки песка на перехват.

Бесполезно. Хриоса подавляла любые способности Запретного Плода.

Копьё полетело — свистнуло в воздухе. Миг спустя небольшой бирюзовый камешек стукнул Юмана в грудь. Детский удар для кого-то, уровня Хранителя.

Но он сыграл свою роль — заблокировал силы Юмана, пусть и всего на миг.

Песчаная гробница ослабла, потеряла силы, развалилась, позволяя умирающему парню отправить импульс в стаю вóронов, восстанавливая себя без травм и каких-либо повреждений.

Хранитель взревел. Это был крик отчаяния и боли.

Он проиграл.

* * *

Я видел, как Юман попытался обратиться песком. И не смог. Словно бы лишился сил. Стал обычным человеком, способным рассчитывать лишь на Ауру. А рядом светилась она… чудо-чудное. Хриоса. Я сразу понял, что это такое. Что ещё могло обладать таким эффектом⁈

Сила артефакта была невообразима. Действовала надёжно и основательно.

Песок остался мёртвым. У Хранителя ничего не вышло. Но то лишь сейчас. В данный миг.

Я поспешил, обратился вóронами, ускорился до свиста крыльев и успел взглянуть в паникующие глаза Юмана. Успел разобрать, как его губы начали собираться в какие-то слова, а потемневшая от яда правая рука поднялась в воздух, словно желая отбить атаку.

А потом вóроны пробили его насквозь, взорвали красным фонтаном, вылетая наружу совершенно иного цвета. Алого.

И одним из этих вóронов был я.

Убить мучителя оказалось до невозможности приятно.

* * *

Худрос, трущобы, взгляд со стороны

По умирающему городу был нанесён страшный удар.

Трущобы, словно открытая рана, истекали кровью. Здания и заброшки превратились в руины. Дома обрушились, стены треснули, крыши провалились. Запах пыли, раскалённого камня и крови смешался в густую, удушающую смесь, от которой першило в горле. Песок забил улицы, похоронив под собой сотни, если не тысячи тел случайных прохожих, попавших под удар.

Кто-то задохнулся, когда буря ворвалась в лёгкие. Кто-то погиб под обломками. Кого-то смело штормом, швырнуло о стены, переломало кости и оставило истекать кровью в грязи.

Поместье Серебряного Воробья, символ того, что даже в трущобах можно жить, как король, обратилось грудой камней. Склад, где некогда проживали ностойцы оказался разрушен. Кожевный цех вообще перестал существовать. На его месте образовалась яма, наполненная песком, камнем и сухим деревом.

Немногие выжившие разгребали обвалы и обломки, вытаскивали погибших родных, горевали и обрушивали проклятья на… Саркарн. Ведь это его Хранитель сошёл с ума.

Ещё одна причина ненавидеть тех, кому повезло больше. Наместника. Кайзера. Грандов. Восток.

Ещё одна причина объединиться перед тем, кто готов направить их гнев в нужное русло.

А Загрейн стоял над телом Монсо Юмана. На его плече сидел ворон. Парень задумчиво смотрел на труп, не обращая внимание ни на что вокруг.

Он дышал песком и бойней, анализируя свои новые силы. Перспективы. И будущее.

И победу.

И цену, которая была за неё заплачена.

Неподалёку лежала Вертрана Каустиль, зажимая лицо. Кровь текла между пальцев. Левый глаз — пустая дыра, щека разорвана, кожа сточена, будто стамеской. Она даже не плакала, просто раскачивалась на одном месте. Дрожала, изредка тихо подвывая.

Крылатая выбиралась из развеявшейся песчаной клетки. Медленно, с трудом. Песок изрезал её — десятки кровоточащих зарубок на руках, ногах, животе, лице, шее… Глубокие. Кровь пропитала остатки одежды. Правая нога не двигалась, но она упорно вылезала из песка. Отплёвывалась, негромко хихикала. Бормотала про алхимию и необходимость поспешить, пока не забрали власть. Пока раны ещё свежие и их можно вылечить. Чтобы продолжать быть полезной. Чтобы иметь возможность удовлетворять своего покровителя.

Себб лежал без сознания. Чешуя склонился над ним, проверяя пульс. Живой. Дышит. Уши в крови — удар Запретным Плодом Барбаса Зокли.

От Красноморда осталось лишь пятно на песке. Ещё несколько костей. Но не все, ведь бóльшую часть просто сдуло поднятым Юманом ураганом.

А вот труп Тины висел почти ровно. Песочные иглы почему-то не развеялись, пусть из них и ушла сила Запретного Плода Хранителя. Глаза женщины были открыты, хоть и забиты песком. Смотрели в небо, прямо на слепящее солнце. Им было уже всё равно.

Стоила ли победа заплаченной цены? Возможно.

* * *

Я обернулся на шаги.

— Ты, — кивнул я девушке, чья помощь оказалась очень кстати.

Она улыбнулась, продемонстрировав маленький пузырёк.

— Мне без надобности, — устало пожал я плечами. Ворон согласно каркнул. Девушка с интересом оглядела его.

— Да, я так и думала, — кивнула она. — Тогда… ей?

Я посмотрел на Ведьму.

— Поможет?

— Мой… — она замялась, — м-м… «работодатель» сказал, что даже мёртвого на ноги поднимет.

— Будешь проверять? — индифферентно поднял я бровь.

— Не думаю, — скептично пробормотала она. — Поможешь мне?

— Нет.

Она нахмурилась. Фыркнула. Подошла к Вертране, присела рядом. Ворон на моём плече не отрывал от неё своего немигающего, хищного взгляда.

Ведьма дёрнулась. Попыталась отползти. Единственный глаз горел диким испуганным страхом.

— Не надо… не трогай… — прохрипела она, замахав руками.

— Тихо, — незнакомка мягко взяла её за руку. — Я помогу.

— Нет… оставь меня… пожалуйста… я не хочу… не надо…

Я нахмурился, не позволяя воображению продолжить обрывки этих слов. Отгоняя смысл.

Сил сопротивляться у Вертраны, однако, не было. Часть флакона пролилась ей на лицо, ещё часть была влита в рот.

— Ну вот, — успокаивающе погладила её незнакомка. — Чувствуешь?

Кожа Ведьмы шевелилась, сползалась, переплеталась и срасталось. Восстанавливалась. Щека снова стала целой, гладкой, даже без шрамов. Глазная впадина начала наполняться. Тёмная красная дыра пропала, сменившись