Криминалист 11 - Алим Онербекович Тыналин

— Я тоже теперь на них перешел, спасибо тебе за науку. — Он помолчал. — Ладно. Скажу, что могу. Про Грея и материалы для Белого дома это уже не слух, к слушаниям всплывет само, готовься. Тут все чисто, про политику, об этом вся редакция гудит.

— А что не про политику?

Снова наступила короткая тишина.

— А вот тут интереснее. — Голос его сделался суше и еще тише. — У нас несколько человек копают соседнюю грядку. Не про Грея и Белый дом, а про само Бюро. У них складывается картинка, что кто-то из руководства ФБР сливает не наверх, в Белый дом, а вбок. Систематически. Информацию о ходе расследований, не уотергейтских, а вообще, любых. Кто что ведет, кто к чему подобрался, кого вот-вот тронут. — Он выдохнул в трубку. — Не разовый слив под большую политику. Постоянный канал. Будто внутри дома сидит человек и приторговывает тем, что видит.

Я стоял в будке, глядя сквозь запотевшее стекло на мокрую улицу и молчал.

— Доказательств, ясное дело, ноль, — продолжал Рурк. — Одни догадки да совпадения. Слишком часто нужные люди узнают о расследовании раньше, чем следовало бы. Слишком гладко у кого-то стелется дорожка. Ребята чуют, что тут есть большая история, но ухватить не за что, все на уровне разговоров, мол, странно, не находишь? — Он выдержал паузу. — А ты, Митчелл, просто так такое не будешь спрашивать. Раз позвонил, значит, у тебя есть что-то.

— У меня есть вопрос, — сказал я. — И только.

— Ну да, ну да. — Я почти видел, как он усмехается на том конце провода. — У тебя всегда просто вопрос, а через неделю мы видим ночные снимки перестрелки на первой полосе. — Он помолчал, его тон переменился, стал деловым и жадным. — Слушай. Давай начистоту. У тебя, похоже, есть кусок того, что мои коллеги ищут вслепую. А у меня редакция, ресурсы и люди, которые умеют копать легально там, куда тебе с жетоном хода нет. Если это то, о чем я думаю, а я думаю, что это большой кусок дерьма, то поодиночке мы оба будем ковыряться годами. А вместе…

— Дэнни.

— … вместе мы вытащим это на свет божий, — договорил он, не сбавляя напора. — Скооперируемся. Ты даешь направление, я даю огласку. А огласка, Митчелл, единственное, чего такие люди по-настоящему боятся. Это ты знаешь лучше меня.

Я стоял с трубкой возле уха и молчал.

Огласка. Цену ей я знал с обеих сторон. Снимки Рурка однажды вытащили меня из холмов Озарка и сделали из ссыльного агента газетную знаменитость.

А совсем недавно до этого одна-единственная договоренность с журналистом стоила мне разноса в кабинете Томпсона и Харриса и строчки в личном деле, которую уже ничем не вытравить. Пресса сделала меня звездой и она же меня подставила, сделав это почти одним и тем же способом.

Автомат щелкнул, проглотив последнюю монету, в трубке потек ровный сигнал, предупреждающий, что связь вот-вот оборвется.

— Ну? — сказал Рурк в эту ускользающую нить. — Что скажешь, Митчелл? Работаем вместе или ты опять в одиночку полезешь в холмы вроде Озарка, откуда я тебя один раз еле успел вытащить?

Глава 12

Слежка

Долго раздумывать не пришлось.

— Работаем, — сказал я. — Но на моих условиях.

В трубке коротко хмыкнули, Рурк торжествовал, но воспитанно.

— Слушаю условия.

— Первое. — Я скормил автомату последние монеты и линия ожила. — Ни строчки в печать без моего согласия. Ни абзаца, ни намека, ничего про источник, близкий к следствию. Ничего, пока я не скажу.

— Митчелл…

— Дэнни. — Я говорил спокойно. — Один раз я уже договаривался с газетчиком. Он опубликовал раньше срока, мне это стоило записи в личном деле, и меня отправили в Спрингфилд, хорошо, что не уволили. Второй такой записи не будет, потому что после второй меня попросту не станет в Бюро. А если меня не станет в Бюро, у тебя не станет источника. Считай, что я забочусь о твоей карьере.

Пауза.

— Хорошо обещаю, — сказал Рурк, и голос его переменился, из азартного стал деловым. — Ни строчки без твоего слова. Даю тебе мое слово, а оно у меня, как ты помнишь, чего-то стоит. Я три года держал в столе папку, которую мог бы напечатать хоть завтра и не напечатал, потому что не время.

— Все верно, — согласился я. — Второе. Есть две задачи. Первая тихая, редакционная. Твои коллеги копают, кто в Бюро сливает информацию вбок. Пусть копают дальше, но с одной поправкой, пусть смотрят не на тех, кто много говорит, а на тех, кто много знает. Не на исполнителей. На уровень руководства. Тот, кто сливает, должен видеть картину целиком, какие дела заведены, кто их ведет, к чему подобрался. Такой обзор бывает у считанных людей в конторе.

— Я передам. Осторожно.

— Очень осторожно. Если человек, которого ищут твои ребята, узнает, что его ищут, кто-нибудь умрет. Возможно, тот, кто искал.

Рурк помолчал.

— Понял. А вторая задача?

— Вторая твоя лично. — Я перевел дух. — Есть юридическая контора на Кей-стрит. «Холт энд Дэвис». В ней младший партнер, Роберт Гейл. Мне нужно знать, что он за человек, как устроен его кабинет, кто его окружает и где у него слабое место. Мне самому туда хода нет, он меня знает в лицо, скорее всего.

— А я приду без жетона, — сказал Рурк медленно. — Кем?

— Только не журналистом, — сказал я твердо. — Ни в коем случае. Придешь клиентом. Через посредника, чтоб тебя рекомендовали, так у них принято, с улицы туда не заходят. Найдешь адвоката средней руки, который выведет тебя на «Холт энд Дэвис» с просьбой о консультации. Легенда простая и скучная, ты представляешь интерес человека с деньгами, который хочет оформить сделку так, чтобы имя владельца нигде не светилось. Им это привычно, они на этом живут. Просить будешь консультацию по фиктивной сделке, покупке доли в транспортной конторе.

— В какой именно транспортной конторе? — быстро спросил Рурк.

— Вот тут внимательно. — Я понизил голос, хотя в будке никого не было и быть не могло. — Ты не называешь ее в лоб. Ты вообще не произносишь ни названия склада, ни слова «Анакостия». Ты закидываешь удочку через детали. Скажешь, что твоего доверителя интересуют складские площади в юго-западном секторе, у воды, с подъездом для тяжелых фургонов и круглосуточной охраной и что он готов войти долей в фирму, у которой такие площади уже арендованы. Пожалуешься, что подходящих вариантов мало и что ты слышал про одну контору за рекой, но не помнишь названия.

— И посмотрю, что он с этим сделает, — сказал Рурк.