Убить Хрущева! Книга 1 - Георгий Савицкий

Во-первых, как полагал Артем, у этого Вальдоса наверняка не будет хватать денег, а значит, он пойдет на преступление. Во-вторых, если у него самого нет-нет, но возникало чувство некоей «виртуальности» происходящего, как будто в фильме или в компьютерной игре, то у неведомого Вальдоса — и подавно! Поэтому он будет ошибаться. В-третьих, чувство вседозволенности неслабо так кружит голову — даже Артему с его «тридцатью с хвостиком» нелегко бороться с этим чувством, что уж говорить о парне, который еще на десяток лет моложе⁈ В общем, есть над чем поразмыслить.

«И, кстати Вальдос — весьма заковыристое имя… Только если это не анаграмма, которая означает… так-так-так… Ах, ты ж сукин сын: Освальд! Ну, точно — как же я раньше не догадался!» — вдруг осенило Артема. Но значит ли это, что неведомый убийца Хрущева решит полностью воспроизвести обстоятельства рокового выстрела в Далласе 22 ноября 1963 года? Или он намеренно дезинформирует своего преподавателя, ведя сложную, как ему кажется, игру…

Плохо то, что резонансные преступления в СССР засекречивались, и в полностью подконтрольные государству средства массовой информации не просачивалось практически ничего. Значит, Артему придется заводить знакомства и среди журналистов, и среди коллег из правоохранительных органов, и даже среди уголовников. Благо, обширный опыт (а некоторого опыта хотелось бы избежать, но понимание этого приходит лишь с годами) оперативника угрозыска у него тоже имелся.

Но от внимания кандидата психологических наук не укрылась еще одна черта характера «убийцы Хрущева»: его демонстративность поведения. Вот этот трюк с анаграммой «Вальдос — Освальд» — ведь это прямой вызов ему, Артему Викторовичу: «Поймай меня, если сможешь!»

Собственно, как припомнил «наш человек в эпохе Хрущева», в его «прошлом-будущем» из Москвы XXI века многие серийные убийцы отличались демонстративным поведением, тот же Андрей Чикатило или «битцевский маньяк» Александр Пичушкин, который утверждал, что по количеству трупов превзошел предыдущего упомянутого душегуба.

Более того, можно вспомнить и американского маньяка по прозвищу «Зодиак»: с конца 1960-х до начала 1970-х годов он зарезал или застрелил семь жертв. И это — только доказанные случаи. При том, что сам «Зодиак» активно писал в газеты. Собственно, и свое прозвище он опубликовал в одном из таких писем. В газету San Francisco Examiner 7 августа 1969 года пришло письмо, которое начиналось со слов: «Дорогой редактор. Говорит Зодиак…». Именно тогда впервые неизвестный убийца назвал себя таким именем.

* * *

Но не много ли рассуждений? Может, пора действовать, а не только лишь обдумывать каждую мелочь… Так и до элементарного занудства недалеко. Артем так не считал: весь его достаточно разнообразный и специфический жизненный опыт свидетельствовал о том, что осторожность еще никому не помешала. Глупые и неосмотрительные люди, как правило, страдают излишним и неоправданным оптимизмом, в то время как более опытные стараются предвидеть неизбежные проблемы. Иногда у них это получается.

Итак, Вальдос — Освальд.

Что же еще можно добавить в профайлинге, относительно психологических особенностей его личности?.. Пожалуй, что самое опасное для Артема: его противник, скорее всего, собирается действовать без оглядки. В определенной степени, он — попросту фанатик. Фанатик-одиночка, думающий и действующий намного быстрее и эффективнее, чем подавляющее большинство людей в 1955 году. Ведь и просто повседневное существование в Москве XXI века — это тоже в немалой степени довольно жесткая школа жизни. Вот, поэтому отследить его на стадии подготовки к убийству Хрущева будет крайне сложно, если вообще возможно.

По той же причине обращаться в милицию, а уж тем более — в КГБ явно не следовало. Если нет желания познакомиться с прогрессивными советскими методами пресловутой «карательной психиатрии». Артем такого желания явно не имел. Следовательно, на убийцу Хрущева мог с наибольшей эффективностью охотиться только он, Артем. Пассажир поезда невесело рассмеялся: получается, что он сам, по доброй воле стал эдаким «антикиллером во времени». На ум сразу же пришел замечательный роман Даниила Корецкого «Антикиллер», не только остросюжетный, но и проблемный — отражающий саму суть бандитского беспредела «лихих девяностых».

Однако лирику в сторону — до лучших времен.

* * *

Артему важно было понять: с кем он имеет дело. Этот Вальдос — расчетливый убийца или же психопат-фанатик? Как далеко он пойдет в своем стремлении «изменить мир» с абсолютно непредвиденными событиями и совершенно не прогнозируемыми последствиями. Цель у размышлений Артема была одна: как остановить убийцу Хрущева?

Как он вообще станет действовать?.. Вот сам Артем также попал в СССР 1955 года, но даже он со своей богатой на остросюжетные приключения биографией оказался дезориентирован первое время. Правда, у Вальдоса есть неоспоримые преимущества: молодость, пластичность психики, а следовательно — высокая адаптивность. Понятное дело, что поедет он в Москву, поближе к своей непосредственной цели. И станет отслеживать дела и перемещения Хрущева, сам оставаясь в тени до самого последнего момента. Но, вместе с тем, неведомый «убийца Хрущева» крайне слабо способен ориентироваться в повседневных бытовых мелочах. Вот на незнании советской повседневности его и стоит ловить.

* * *

Артем с верхней полки стал просто глядеть в окно, давая возможность мозгам отдохнуть от напряженных размышлений. За окном расстилался обычный среднерусский пейзаж. Перелески сменялись широкими полями, мелькали железнодорожные переезды и почти игрушечные домики поселков и небольших городков. «Широка страна моя родная!» Теперь и ему, Артему Викторовичу Лиходееву выпал уникальный шанс не только пожить в Стране Советов в бурное время послевоенного становления, но и оказать собственное — кто знает, может, и весьма серьезное влияние.

Глава 5

Мечты-мечты, где ваша сладость⁈

«Освальд наоборот» очень часто представлял в своих мечтах, как это будет. Вот он со скрипичным футляром, где находится разобранная снайперская винтовка, удачно проходит оцепление КГБ на Красной площади. Он хорошо замаскировался, например, под безобидного интеллигента-очкарика или же пожилого профессора музыки.

А может, он устроится в знаменитый Государственный универмаг — грузчиком?.. Здание как раз расположено на главной площади страны — прямо напротив мавзолея Ленина.

Не совсем адекватный в своих мечтах молодой человек из Москвы XXI века берет в руки знаменитую СВД — снайперскую винтовку Драгунова — почему-то, именно ее, но на то и мечты… Большой палец с небольшим усилием сдвигает вниз рычажок предохранителя — до знакомого щелчка. Рука тянет на себя рукоятку взведения затвора. С неповторимым лязгом, знакомым только оружейным эстетам, затворная рама идет сначала назад, а потом, когда ее