Спящие холмы - Ирина Владимировна Скидневская

— Ты слушай. Оказалось, это деньги за продажу лота на аукционе в Эриспоэ, городе в дальней части материка. И этот лот, — Лунг хитро улыбнулся, — колье с редкими чёрными бриллиантами. Сравнил фотографии — один в один. Колье, украденное из театра.

У Длит вытянулось лицо.

— Когда узнал?

— Пару дней назад. Потом съездил к Усатому, порасспрашивал.

— И Усатый согласился рассказать…

Лунг хихикнул.

— Я представился.

— Показал ему палец Троя?

— Ну, типа того. Жадные обычно трусливые, но с Усатым пришлось повозиться.

— И что ты выяснил?

— Он в этом деле выступил как посредник — перевёл Вану деньги с аукциона, за серьёзные комиссионные, и на этом всё, о расшатывании Спящей не имеет понятия. Дальше пришлось узнавать по своим каналам. Владелец лота лицо подставное, но за ним, как мне только что сообщили, — та самая… собственница колье.

— Не может быть! Её же обыскивали!

— Обыскивали. Две женщины-полицейские. Я видел запись, всё чисто.

— Значит, сама у себя украла, продала на аукционе, а деньги перевела Мемфи Вану, чтобы он расшатал Спящую? Зачем ей?!

— Чуял, тут что-то есть.

— Навещу-как я эту ловкую даму.

— Мне с тобой?

— Нет, работай. Просто дай адрес.

…Госпожа Рибелла, хозяйка роскошного особняка на Верхних холмах, немолодая, подтянутая, с красивыми волнами седых волос, не стала ничего отрицать.

— Да, признаю… я совершила мошенничество. У меня был огромный долг Мемфи Вану, и он потребовал, чтобы я срочно вернула. На мужа я не могла рассчитывать, и взять больше негде…

— Откуда долг?

Она сказала с отвращением:

— Муж ужасно жаден. Мои долги и долги дочери копились много лет, а потом их вдруг скупил один человек, и весь долг оказался у Вана… невероятно крупная сумма…

— И тогда вы придумали план? Как вы смогли организовать кражу так, что ни похищенного, ни вора?

— Мне помог один человек…

— Кто? Из полиции? Из тех, кто был в театре?

Она помялась.

— Да. Я дружила с его покойной женой, с Бланш. Она была чудесной — доброй, умной. И когда возникло это затруднение с долгом, Римо меня выручил.

— Фамилия Римо?

— Бескарс…

— Вы шутите?

— Почему? Я в коридоре незаметно передала ему колье, а потом выставила на аукционе и расплатилась с Ваном. Колье не застраховано, а значит, формально мотива у меня нет. Всё должно было пройти гладко…

— И прошло бы, если бы Римо Бескарс сам не рассказал мне об этом случае. — Длит впилась взглядом в лицо Рибеллы.

— Римо рассказал вам?! — Она расстроилась. — Не знаю, зачем он это сделал… А теперь столько проблем… Вы меня арестуете?

— Я никого не арестовываю.

— Но вы же поняли… Передадите ли вы меня полиции?

— Думаю, мы всё уладим с Бескарсом.

— Правда? — Она обрадовалась. — Благодарю, госпожа Длит! И муж…?

— Ничего не узнает, — заверила Длит.

— Слава Мау… Я у вас в долгу.

После этого Длит целый день гонялась за Мемфи Ваном, а когда поймала, он всячески увиливал от ответа. Из-за висящего у него на шее нагрома она не могла допросить его с помощью магии — пришлось раскрыть карты, рассказать о том, что Рибелла призналась в мошенничестве с колье. Тогда Ван нехотя подтвердил, что дама, действительно, заплатила ему долг и не связана с расшатыванием Спящей.

Это был тупик, но Длит не сдавалась. Она позвонила по деревяшке Тигрецу:

— Помнишь дело о похищении бриллиантового колье в театре? В прошлом году?

— Смутно.

— Да это и не важно. В тот день за оцепление театра отвечал какой-то Гурмаелон, знаешь его?

— Я всех знаю. Нудный тип.

— Отлично. Нудные бывают дотошными. Можешь потихоньку расспросить его, когда в театр приехал Бескарс? Конкретно, до того как досмотрели потерпевшую, или позже?

— Чего-о? Ты копаешь под Бескарса?

— Кража очень странная. Я же и прошу — потихоньку… Никого не подозревая и не обвиняя.

— Зачем тебе? — помолчав, спросил Тигрец.

— Ну, что ты нудный, как тот Гурмаелон?

— Не нудный, а дотошный. Ладно, попробую.

Он позвонил вечером:

— Личные досмотры уже вовсю шли, когда Бескарс заявился. Гурмаелон сам его впустил в театр. А потерпевшую первой обыскали, потом её дочь, такой порядок.

— Замечательно, — процедила Длит.

— У Бескарса неприятности?

— Ещё не знаю. Спасибо тебе. — Длит отключилась.

Рибелла не могла передать Бескарсу колье, её досмотрели раньше. Да он и сам сказал, что его вызвали, когда стало ясно, что задействована магия. К тому времени осмотры и обыски уже прошли.

…Длит была в бешенстве. Лунг в приёмной отпаивал её чаем с мятой.

— Сплошная ложь! Бескарс участвовал в краже, но соврал мне!

— А почему бы ему и не соврать? Он что, эталон нравственности? Ты на нём просто помешалась, не можешь остановиться.

— Мне нужно было всё выяснить у этой Рибеллы с помощью магии, а я расслабилась!

— Так выясни сейчас.

— Она уехала! Вместе с дочерью! Ищи-свищи! Что делать?!

— Не сходи с ума, Длит. И вообще, сдалась нам эта кража? — Лунг пытливо посмотрел на Длит и вздохнул. — Ладно. Надо думать дальше. Предположим, что Бескарс здесь не посредник и помощник Рибеллы, а напрямую связан с Ваном…

— Опять Ван! Сам-то ты на нём не помешался?

— Он так и не сказал Айлин, кто его нанял расшатывать переговорную! Взял всё на себя, хотел, видите ли, знать, с кем там Айлин любезничает. Под дурачка косит. Но кто-то же за этим стоит? Деньги за колье даны огромные.

— Если Рибелла один раз соврала, может и в пятый и в десятый, — задумчиво сказала Длит. Она достала деревяшку. — Привет, Младо. Не посмотришь платежи господина Ранкона, мужа той самой Рибеллы? Да, кража в театре. Дом ломится от дорогих современных вещей, муж не мог не знать, откуда они появляются. Она утверждает, что он страшно скуп, но скупой сразу забил бы тревогу. Будь добр, проверь, покупал он ей что-нибудь?

Младо перезвонил быстро. Переговорив, Длит сказала Лунгу:

— Хм. Он лично оплачивал все покупки. Жёнушка его оговорила.

— Теоретически, у неё мог появиться огромный долг…

— При таком щедром муже? — возразила Длит. — Да он бы ей луну оплатил. Я видела их дом. Так зачем ей продавать колье? Почему не попросить мужа выделить нужную сумму?

— Потому что деньги пошли на криминал! Муж как вменяемый человек никогда бы не стал подставляться. Вот мы и добрались до того, что эта троица — Рибелла, Бескарс и Ван — затеяла что-то криминальное. А что произошло криминального в эти дни? Ван расшатал Спящую! Сомнительно, чтобы в этом нуждалась богатая дама, а вот мутный Бескарс — вполне. Так что не Бескарс ей помог, а она ему, и тогда