Обратный отсчет - Токацин

— Непонятно. У вас гривы нет. Ушей нет. А вот ты учишь — и что делать?

Гедимин мигнул.

— Уши есть. А грива в учёбе зачем?

— Объяснять, — самка широким жестом сгребла что-то невидимое и с размаху ткнула в землю. — Не, ну а как? Непонятно.

…Вепуат хрюкнул в респиратор.

— Вот как, значит, у Джагулов проходит обучение… — пробормотал он, качая на ладони моток неровной серебристой проволоки. Проволока у филков получалась так себе, зато они ловко наматывали её петлями на три штырька — где-то уже научились.

— Они нормально учатся, — буркнул Гедимин, машинально потирая предплечье — на секунду представилось, как он берёт Атайра за гриву — ещё там, у полыньи — и тыкает носом в окровавленную рукавицу, пока Вепуат вводит антидот. «Может, не пришлось бы ему лежать пластом до утра…»

— Они — это филки или Джагулы? — Вепуат с ухмылкой спрятал проволоку в нишу в стене и подобрал с поддона тонкие неровные пластинки металла. Каждая была отмечена криво выбитыми инициалами.

— Надо бы заготовить простых шаблонов для чеканки, — вслух подумал сармат. — Неплохо у них выходит.

— И у них наконец будут именные жетоны? — Гедимин невесело усмехнулся. «Всё равно буду путать. Слишком много всех. И всего. Кто-то вроде бы делал жетоны. Видимо, на всех не хватило.»

36 день Земли, месяц Льда. Равнина, Сфен Земли, долина Элид, Элидген

— Зайди к Кенену, — велел Айзек, спустившись в бункер.

— Чего опять? — Гедимин настороженно сощурился.

— Сверите дозиметры, — буркнул Айзек. — Быстро и мирно. Или вам минуты хватит, чтобы сцепиться?

…Гедимин убрал ладонь с металлической пластины. Стрелка указателя не шевельнулась. Сармат заслонил ладонью колбу часов, оставив пластину снаружи — цифры на экране замелькали, стрелка ушла в сторону.

— Заражение ни при чём, — сказал Гедимин, втягивая «щупы» дозиметра в корпус. — Фонят часы. И мои, с костяным пеплом, тоже.

Кенен Гварза поднёс руку к респиратору, но, опомнившись, резко её отдёрнул.

— Фон усиливается скачком каждые четырнадцать дней…

«В день Земли,» — Гедимин покосился на передатчик, «работающий» здесь то часами, то календарём. «Как и в прошлый раз. И, действительно, скачком. Как-то всё это должно объясняться…»

— Версии есть? — видимо, о том же подумал и Гварза. Гедимин качнул головой.

…Дверь душевой была открыта. Филки вытаскивали за порог бочки с водой и грузили их на волокушу. Гедимин машинально поправил криво закреплённый трос и под сердитое шипение со всех сторон пошёл к запасному входу. Кто-то из филков пробормотал вслед что-то про амбала и «мог бы и помочь».

…Посреди душевой вокруг бочонка сгрудились тринадцать филков. Вепуат стоял рядом, что-то размешивая в воде.

— Ну вот, — он вынул палку из бочонка, заглянул в воду и довольно хмыкнул. — Теперь — пускай растворяется.

— И долго? — филк потыкал палкой в дно бочонка. Гедимин, заглянув поверх голов, увидел только мутную воду.

— Не знаю, — ответил Вепуат. — Надо смотреть. В любом случае — утром будет не до неё. А к вечеру должна отстояться.

Филки переглянулись.

— Ты раньше так делал? — хмуро спросил один из них. Вепуат пожал плечами, и его крылья развернулись, заставив филков шарахнуться. Кто-то сердито зашипел — видимо, зацепило.

— Мы тут мало что знаем, — спокойно сказал Вепуат. — И о глине тоже. Пускай стоит. Как закончатся стрельбы, можете прийти и потыкать палочкой. Если взвесь со дна взовьётся тучей — готово.

— Замечательная технология, — пробормотал кто-то из филков, выходя в предбанник. — Главное — очень точная.

— Угу, — ответили со всех сторон. Дверь за филками закрылась.

— Глина не растворяется, — заметил Гедимин, направляя на бочонок сигма-сканер. Сырьё дробили, как могли, но на дне осталась куча комков. «Ручная обработка — чего же тут ждать,» — Гедимин невольно поморщился. «Ничего, расстоится. Было бы что важное…»

— Песок, — пробормотал Вепуат, глядя на мутную воду. — Причём — мелкий. И из Сфена Земли. Без песка ничего хорошего не выйдет. Одолжить у Альгота дробилку…

— Своя есть, — отозвался Гедимин, прикидывая, какой из местных минералов подойдёт лучше.

…Дробилка гудела и грохотала, раскручиваясь на тросах. Гедимин, прикрыв её защитным куполом, отошёл подальше и подозрительно косился на дозиметр. Когда прибор мигнул, он схватился было за генератор защитного поля, но тут же облегчённо вздохнул, опознав частоту и источник сигнала. «Хассинельг прибыл. И, похоже, не один. Посмотрим…»

На экране сигма-сканера мельтешили низкорослые силуэты. Хассинельг, завёрнутый в многослойные накидки, стоял посреди столярной мастерской, припав на одно колено и двумя руками вцепившись в посох. Карлики снимали с его спины и плеч корзины и бочонки и отстёгивали страховочные ремни. Едва они закончили, страж с глубоким вздохом поднялся на ноги, и экран дозиметра снова мигнул. Гедимин смотрел на угасающую сигма-пульсацию с растущим сочувствием. Не успели волны улечься, как светодиод мигнул ещё раз — в далёком городе «транспорт» ждали и с погрузкой не тянули.

Экран сигма-сканера заслонила чёрная непроницаемая тень с размытым перистым ореолом — Вепуат спланировал с уступа, расправив крылья, и, сложив их на ходу, направился к мастерской. Гедимин, хмыкнув, направил луч на дробилку и тут же забыл о возне в соседнем ангаре — пора было выгружать наработанный песок. Когда сармат просеивал последние остатки, в дверь заглянул Вепуат.

— Все пришли, — сообщил он. — Все три города.

— Что-нибудь новое привезли? — спросил Гедимин.

— Ничего. Слитки, грибы и жир, — ответил Вепуат и почему-то нахохлился. — Грибов много, металла мало. Как бы Сэта не отказались возить скорлупу — им ведь нужно на обмен сырье, а не то, чего Скогнам не жалко.

— Странно, что Скогны до сих пор сами не добывают шихту, — пробормотал Гедимин, сматывая тросы. — Джагулы быстро догадались…

Вепуат ухмыльнулся.

— Догадаться несложно. Думаешь, Сэта не знают, где искать водяной металл? Сложно добраться. А с мозгами тут у всех порядок.

— Сэта? Ну, им-то сложно. Тем более — зимой, — Гедимин вспомнил толщу льда и блики-зигзаги на ней и невольно поёжился. — А Скогнам? Зашёл в Сфен Огня…

Вепуат хрюкнул в респиратор.

— Ну да. Зашел и вышел, — он хлопнул озадаченного Гедимина по плечу и широко ухмыльнулся. — Вот ты всех меряешь по себе. Не надо так. Пойдём