Обратный отсчет - Токацин

там, где клин расширялся, под его защитой пытались расти деревья-валуны. Все они — особенно те, кому такой защиты не досталось — лежали на боку и формой напоминали не шары, а складчатые конусы. Складки начинались у треугольных макушек — и разворачивались под углом, упираясь не в подножие, а в участок, прижатый к земле. «Всё верно,» — думал Гедимин; перед его мысленным взором по складкам стекала дымящаяся жидкость. «Металлостоки направлены вниз. Вбок металл не потечёт — задержится.»

Он покосился на прикреплённый к руке сигма-сканер и недовольно сощурился — на глаза снова попались перьевидные подвески. Вепуат накрепко примотал их к его локтю и шипел на любую попытку убрать их или спрятать. Сам он стоял во весь рост на загривке сааг-туула, и подвески болтались на его руках, вытягиваясь по ветру. Вепуат, воровато оглядевшись, приподнял верхние крылья, подставив под них ладони. Кончики перьев вяло колыхнулись. Вепуат убрал ладони — крылья грохнулись обратно на броню.

— Ничего, — вздохнул сармат, перехватив взгляд Гедимина. — Даже здесь.

Передатчик на его запястье часто мигал — над останцами и поваленными набок рощами кружил дрон-разведчик. Его унесло опасно близко к сети разломов, и Гедимин недовольно сощурился.

— Лови дрон!

— Ага, — Вепуат рассеянно потыкал в передатчик. Аппарат развернулся по плавной дуге; сильный порыв ветра уронил его на пару метров ниже. Передатчик снова мигнул.

Зверь приостановился, опустил морду и поворошил лапой камни, одним движением выдрав целую сеть стелющихся растений. Понюхав землю, он копнул ещё раз и повернул голову вбок. Щитки вдоль спины зашевелились, приоткрывая дыхальца. Гедимин увидел, как вытягиваются ярко-оранжевые отростки. Потом отверстия на левом боку медленно закрылись, и животное, захватив пастью выдранную траву, повернуло направо.

— Что он нашёл? — крикнул Вепуат погонщикам. Гедимин посмотрел на сигма-сканер. В яме, промелькнувшей под лапами зверя, камни блестели от влаги. Цифры на термометре мигнули — воздух становился теплее.

— Гедимин! — крикнул Вепуат; свист и треск вокруг заглушали слова. — Вода близко!

Земля шла под уклон, останцы почти пропали, среди синих камней всё чаще попадались красные. Гедимин поднёс к глазу «телескоп» и шумно выдохнул. «Сфен Огня! И эти трапповые разломы я уже видел.»

Сааг-туул замедлил шаг. Земля под его лапами уже не была ровной. По скальной основе, присыпанной обломками, тянулись отчётливые складки. Гребни, выпирающие наружу, выглядели очень знакомо. «Лава,» — Гедимин сверился с анализатором и направил луч к разлому. «След извержения.»

Слои лавы, чуть припорошенные чёрными и синими обломками, уходили в глубину на пару метров — и резко обрывались практически под лапами сааг-туула. Их будто срезало гигантским лезвием.

Сааг-туул остановился и заворочался, укладываясь на камни. У его морды на дне глубокой складки в застывшей лаве бежала вода. Гедимин огляделся. Похоже, этот источник образовался недавно — обломки на его дне ещё не источило в песок. Лава «прищемила» водоносный слой — везде вдоль её складок пробивались небольшие родники и стекали по углублениям, собираясь в сеть ручьёв. По её левому берегу виднелись мелкие, с кулак или два, деревья-валуны — зачатки будущих рощ. На правом берегу из углублений в лаве торчали мелкие блестящие кристаллы — листья иглицы. Стелющиеся растения Сфена Воздуха, видимо, росли медленнее или нуждались в более рыхлом субстрате.

— Гедимин! — Вепуат постучал по его наплечнику. Под мышкой он держал длинный свёрток, звенящий на ходу; ещё один, округлый, свисал за плечом, рядом с плазмомётом.

— Приехали! — Вепуат указал на ручей. Сааг-туул, наклонившись к нему, то втягивал воду, то зачёрпывал пастью растения пополам с камнями, — он явно никуда не собирался. Погонщики, собравшись на его загривке, высматривали что-то в небе; их уши были настороженно прижаты.

— Уверен, что это вода из Сфена Воздуха? — Гедимин кивнул на берег, залитый лавой. Вепуат указал на другой, поросший плоскими травами.

— Течёт оттуда. А куда — это уж её дело.

Он перехватил поудобнее длинный свёрток и скатился по броне, едва не наступив зверю на дыхальце. Сааг-туул нервно дёрнул хвостом. На Гедимина, спускающегося следом, со всех сторон выпучились глаза. Он осторожно обогнул дыхательное отверстие и спрыгнул на хрустящие обломки. Сааг-туул, перемалывая камни, хрустел гораздо громче, так что получилось почти бесшумно. Ещё шаг — и сырой слой под ногами начал проседать под весом сармата. «До извержения водоём, возможно, был шире,» — подумал он, расставляя пальцы на ступнях; проседание прекратилось. «Широкое мелководное озерцо? Что-то вроде болота?»

За спиной раздался громкий звон. Вепуат, отойдя на пару десятков метров, развернул свёрток и теперь собирал вместе металлические детали. Опоры будущей арки он воткнул в рыхлый слой, и их сходу перекосило — тут обломки были крупнее и разнокалибернее, не в пример мелкому, почти однородному элидгенскому гравию.

— Это тут на кой? — спросил Гедимин, угрюмо щурясь. Опоры он, конечно, выровнял и подпёр камнями, но Вепуат, увлечённо развешивающий по арке подвески, всё равно его не радовал.

— Ворота ветра, — отозвался разведчик, прикрепляя очередную подвеску; сильный порыв тут же подхватил её и вытянул почти горизонтально. Другая, подвешенная чуть раньше, хлестнула сармата по плечу. Гедимин сгрёб их все в пучок и крепко сжал в кулаке — ветер трепал их, но вырвать уже не мог.

— И что?

Вепуат пожал плечами.

— Мы тут на чужой земле. Если заметят… лучше пусть отвлекутся.

Гедимин покосился на пятнистое небо.

— Здесь никого нет.

Вепуат криво ухмыльнулся и прикрепил к арке стеклянную ракушку. Она тут же загудела на ветру, резко изменившем направление.

— Будут. Отпусти подвески. Надо набрать воды… и вообще осмотреться. Любопытные места эти приразломья…

На воду он едва взглянул — перешагнул ручей и двинулся куда-то вдоль лавового поля, поглядывая на запястье. Гедимин, убедившись, что лава под ним не крошится, достал из кармана бурдюк. В сложенном виде он помещался в кулак, но сармат ещё до отъезда хмыкал, глядя на зелёный гзеш — влезало в «мешок» литров пятьдесят. Там, где Гедимин устроился, ручей был неглубоким, но ниже по течению чавкал и мутил воду сааг-туул, и обходить его сармат не стал. Ёмкость постепенно наполнялась, и чем больше её раздувало, тем тише наверху переговаривались погонщики. Когда все звуки там затихли, Гедимин посмотрел вверх — и увидел, что Джагулы с загривка перебрались на бок зверя и разглядывают зелёный бурдюк.

— Что у тебя? Чья кожа? — крикнул один из них, спускаясь вдоль лапы сааг-туула. На землю он не ступил — только пощупал её