Обратный отсчет - Токацин

— Небесная слизь, — отозвался Гедимин, сворачивая из защитного поля воронку и перегораживая русло. Вода в бурдюк потекла быстрее.

— Это их одежда! — крикнул сверху другой Джагул. — Видел зелёные пятна?

Первый, коротко рявкнув, снова пощупал почву шестом. Спускаться к ручью ему определённо не хотелось.

— Не трогать, — буркнул Гедимин, прикрепляя полный бурдюк на броню зверя. Животное не обратило внимания, а вот погонщики перебрались ближе. Ветер усилился; сквозь вой ракушек на «воротах» и звон подвесок сармат еле слышал собственный голос. «Где Вепуат?» — он огляделся по сторонам. Передатчик замигал — кто-то светил в пространство сканирующим лучом, то включая его, то перекрывая. Ещё пара секунд — и Гедимин разобрал его ритм: кто-то сигналил «Сюда!»

«Вепуат, мартышка драная!» — сармат поднял дозиметр, развернулся, определяя направление. Здесь фон держался чуть ниже нуля — излучение, посланное Вепуатом, как раз приподнимало его до значений, не нарушающих законов физики. «И никаких лишних пульсаций,» — машинально отметил Гедимин, разворачиваясь за стрелкой указателя. «Видимо, это локальное явление — и в самом деле завязанное на наш реактор… Ага, вижу. Что он там делает?»

Вепуат успел отойти почти на километр и обогнуть пару разломов. Он стоял на голой лаве, не прикрытой даже обломками, не то что травой, и призывно махал крылом, подняв его двумя руками. Рядом с ним тянулась полоса ряби — граница Сфена Огня, незаметная на местности, но чётко отражённая на сканере.

— Уф! — шумно выдохнул Вепуат, когда Гедимин обогнул последний разлом. — Думал, ты уже не заметишь. Мигаю тут, мигаю…

— Сканер сломаешь, — буркнул сармат, глядя под ноги. Здесь металлическим градинам не с чем было смешаться, и они лежали на виду — в неглубоких проплавленных ямках. Некоторые ветер успел перекатить в ямки поглубже; остались только пустые миниатюрные кратеры. Их было немало; из самых крупных торчали кристаллические щётки — где чёрные, где тёмно-красные, где сероватые. Гедимин наклонился было за образцом, но Вепуат перехватил его руку.

— Местный лишайник. Ничего путного из него не сделаешь, — сказал разведчик. — Ты не отвлекайся. Тут есть кое-что поинтереснее. Только не знаю, как добраться.

Он протянул Гедимину сигма-сканер. Сармат мигнул. «Что это? Слои лавы? И что в них интересного?»

Извержениями эту местность накрывало много раз — пласт за пластом уходил вглубь, иногда прерываясь слоями осадочных пород — местными минералами, перемолотыми в песок и снова спрессованными, иногда — вперемешку с пеплом. Одни языки лавы были длиннее, другие — короче; длинные лежали над осадочным слоем, короткие — под ним, от раза к разу удлиняясь, пока их не прерывал очередной осадочный слой. В пятнадцати метрах под поверхностью горизонтальные полосы внезапно рассекла вертикальная — многометровая спираль с разлохмаченными отростками. «Будто катушка с проводами,» — мелькнуло в голове Гедимина. «Намотали обрывки провода, а хвосты не закрепили.»

Он бы прошёл мимо каменной «катушки», если бы не её окружение. Левый её бок по всей длине подпирал осадочный слой, правый — лавовый пласт. «Барьер? И достаточно прочный, чтобы выдержать лаву…» — Гедимин огляделся по сторонам в поисках современных аналогов, но не нашёл ничего, кроме ветвящейся «реки». «А вон там, внизу, ещё одна… Нет. Это всё одна и та же „катушка“. Только её местами заносит в соседний Сфен. Да, так и есть, — это один длинный пласт…»

— Ну⁈ — Вепуат, не выдержав, ткнул Гедимина кулаком в бок. — Ты-то знаешь? Пиркенита у нас нет. Но если плазму взорвать в двух точках… Ты ведь умеешь высчитывать такие штуки!

Гедимин мигнул.

— Взорвать? Что взорвать? На кой взорвать? — он сердито сощурился. Вепуат мигнул в ответ.

— Добраться до пласта, — он ткнул пальцем в «катушку». — Он тут, под ногами. Только глубоко. Местные, наверное, не полезли бы. Хотя — Сэта могли бы. Помнишь их подрывные устройства? Ну, тогда, у ворот Шакхи?

Гедимин встряхнул головой.

— Тихо! Сначала скажи — на кой тебе этот пласт?

Вепуат помянул ядро Сатурна.

— Ты что, не понял? Не смотрел на микросрезы? Это же асаан!

…У «катушки» была сложная структура — её будто скручивали из множества гигантских канатов, протянутых вдоль границы Сфенов. Иногда крутили в одном направлении, иногда в другом, и всё это как-то было связано с длиной лавовых пластов — и можно было бы спокойно это обдумать… Вепуат в очередной раз залез под локоть и уставился на экран, и Гедимин раздражённо сощурился.

— Не мешай. Тут надо рассчитать…

— Я бы жахнул тут и тут, — Вепуат потыкал в экран и вопросительно посмотрел на сармата. Тот поморщился.

— Сказал же — не лезь. Лучше иди к Джагулам. Скажи им — их тварь поработает бульдозером. А пока пусть залягут. Лучше — под броню. И ты лежи. Тут будет громко.

На экране уже проступил объёмный скан — «вырезанный» из материка фрагмент со всеми подробностями структуры. Сейчас Гедимина интересовали только они. Он, задумчиво щурясь, отошёл на десяток шагов, опустился на землю, прижал кулак к волнистому камню и чуть надавил. «Главное — не задеть водораздел. Тогда будет время на раскопки. До первого сильного дождя…»

Он отступил ещё немного и снял с плеча сфалт. Лава плавилась легко; осадочная порода трескалась и взрывалась, выбрасывая клубы дыма, но это лишь ускоряло продвижение. Проплавленная скважина уходила под углом всё глубже.

«Готово,» — Гедимин лёг на землю, прикрываясь защитным полем. Сопло сфалта уткнулось в скважину. Внизу громыхнуло. Первый звук был слабым — но не прошло и секунды, как Гедимин услышал нарастающий грохот. Земля задрожала. Под рукой сармата протянулась тонкая трещина.

Когда он поднялся, вокруг вроде бы ничего не изменилось. Трещина рядом с ним была единственной; поодаль, метрах в десяти, их было больше, и они расходились длинным широким клином, но их ширина не превышала сантиметра. Сармат довольно хмыкнул. «Почти угадал. Теперь — этап номер два…»

Отойдя от первой скважины, он снова взялся за сфалт. Широкий поток плазмы ударил в землю. Камень стремительно плавился и испарялся. Громыхнуло — Гедимин добрался до первого осадочного слоя.

«Ещё один… Этот — последний,» — сармат выключил сфалт и оглянулся. Вдалеке у ручья лежал живой холм; на его длинной вершине ничего не шевелилось. Гедимин со вздохом растянулся на земле, прикрываясь защитным полем, и сдвинул пластины на корпусе сфалта. «Полная мощность. Если сопло не расплавится…»

Земля содрогнулась. Сквозь наушники сармат ничего не слышал. Уплотнённое защитное поле задрожало, порываясь