Убежище Ксинори - Хамки

глади Стены ярко выделялось лишь одно место – бесформенная дыра высотой пару метров от земли. Не ясно, была она тут всегда, или, что вероятнее, её пробил Хамки, но для Макса и девушек её размера вполне хватило бы.

– Была бы здесь Вельга – пустили бы её первой, – прохрипела бывшая Обречённая.

То, что Лика даже не сбилась с дыхания – нормально для нечеловечески сильной умари, а вот то, что Эйка сейчас стояла, согнувшись и тяжело дыша, Макса порядком удивило. Очевидно, её тренировали для более «взрывной» силовой активности, а не для долгих забегов в темноте по горным тропам, сопряжённым с попытками не шмякнуться, запутавшись в полах платья.

– Вельга работает с виконтом Кабиром над перспективой нашего союза с Кохроном, – напомнила Лика. – И если с нами что-то случится, то её миссия станет ещё важнее и труднее.

– Зато она всегда по уши закована в броню, а у нас нет ничего, – выдохнула Эйка.

– Да ты и без брони еле на ногах стоишь, – усмехнулась Лика.

Подруга наградила её испепеляющим взглядом, но ничего не сказала. Дыхания не хватило.

– Это не тот случай, когда броня может помочь, – заметил Макс. – Те ребята, что обосновались за Стеной, владеют технологиями, которые не известны даже землянам. Так что не важно, есть ли на нас броня: решат пристрелить – нам одного луча хватит… или чего у них там для стрельбы используется.

– И понесло же тебя… – закатила глаза Эйка.

– Храм – вон там, – указал назад Макс. – Можешь даже не бегом.

Эйка покачала головой, но больше ничего не сказала. Не решилась.

– Нам туда, – указал Макс на брешь в Стене. – Но бездумно соваться в пекло мы не будем. Подойдём к проёму, потом я осмотрюсь по ту сторону, и если всё нормально – пройдёте следом и продолжим путь. Что там – я не знаю. Как искать Хамки – пока тоже понятия не имею, но думаю, так или иначе зацепки мы обнаружим.

Они прошли чуть вперёд, и, когда до преграды оставалась пара метров, Макс снял рюкзак и поставил его рядом с Ликой. В ответ она лишь вопросительно взглянула на него.

– Не хочу терять в мобильности, – пояснил он. – Мы не можем быть уверены, что там нас не ждёт засада, а без рюкзака мне будет проще метнуться обратно сюда. Вряд ли такое произойдёт, но подготовиться стоит. Лика, Эйка, не суйтесь в дыру без моей команды. Как скажу – быстро по очереди идёте за мной, Лика первая, с рюкзаком на ней, Эйка, ты следом. Всё понятно?

– Да, – кивнула Лика, хоть и без присущего ей энтузиазма.

– Уф… Хорошо, Макс, – девушка уже почти перевела дух.

Макс подошёл вплотную к разрыву – края чуть заметно пульсировали и слабо переливались серебристым мерцанием. Сама Стена оказалась тонкой, как лист бумаги. Спецназовец вытащил пистолет и постучал рукояткой по полупрозрачному материалу.

Ничего не произошло – не было даже звука ударов – пистолет словно просто останавливался, а Макс не ощущал даже характерной «отдачи», которая бывает, когда сильно бьёшь в закрытую дверь и отбиваешь руку. Стена поглотила и энергию удара, и звук.

Попытка царапнуть ножом дала тот же эффект: тишина, отсутствие сопротивления и следов от лезвия.

Жестом приказав девушкам молчать, Макс нырнул в проход и, присев, осмотрелся вокруг, вскинув оружие. Судя по звукам из-за спины, Лика обнажила свои клинки. Краем глаза он заметил, что Эйка, видимо, пыталась держать себя в руках и за оружие не схватилась. Но, судя по положению рук рядом с поясом, была готова в любой момент извлечь свои убийственные приблуды и пустить их в ход.

Макс прислушался. Тишина. Пустота. Кажется, волновался он напрасно – в этом лесу нет ни единой живой души. Стену никто не охраняет – в этом нет смысла – зелирийским оружием её не пробить, а вверх она уходит за кроны деревьев – перебраться невозможно. Что же до автоматики, следящей за периметром, она, очевидно, уже разобрана на мелкие запчасти усилиями Хамки.

Парень встал и убрал оружие. Как минимум сейчас они в безопасности. Обернувшись на девушек, он произнес:

– Всё тихо, идите сюда.

Лика подхватила рюкзак и уже через мгновение шагнула в прореху, но Эйка, не дождавшись своей очереди, с горящими от любопытства глазами рванула ей наперерез. Девушки буквально заткнули проём, застряв в нём, на миг застыли, пытаясь сориентироваться, и в этот момент…

Края разрыва слабо блеснули, и он схлопнулся!

Лица Лики и Эйки исказила гримаса боли – их буквально раздвоило тонкой Стеной, в один миг снова ставшей монолитной!

Макс застыл от неожиданности, а Лика сумела лишь перевести на него гаснущий взгляд и прошептать:

– Макс…

Обрубки тел девушек рухнули на траву, а Стена начала меняться – вся полупрозрачная гладь резко стала матовой, а через считанные секунды – белой. Исчезли даже следы крови.

Макс присел на траву, но всё было уже кончено – две пары пустых поблёкших глаз безжизненно уставились в небо, не видя ни его, ни чего-то другого. Они умерли мгновенно, не успев даже понять, что произошло. За чертогом Зелирийских стен Макс остался один.

Глава 3. Радость пионера

Голова гудела. В мозгу Макса стояли лишь вопросы. Как? Почему? Почему дыра схлопнулась? Из-за того, что Лика и Эйка надавили на края разрыва? Или она «заросла» сама?

– Чёрт, какая уже разница! Они мертвы! – прорычал он, стоя на коленях рядом с телами девушек. – Мертвы, потому что мы все хотели попасть сюда. Потому что этого хотел я… Хотел так, что проигнорировал все предупреждения и просьбы Лики. Мертвы, окончательно и бесповоротно… Или нет?

Закрыв мёртвые глаза погибших подруг, Макс двинулся вперёд и очень скоро вышел из леса. В этот момент он уже знал, что нужно делать. Знал, кто может исправить непоправимое. Знал, как заставить его это сделать.

– Хамки, настало твоё время, – прошептал он себе под нос. – Твоё и твоей НОРЫ.

Взору предстала бескрайняя, уходящая резко вниз долина, покрытая лесом. От того места, где стоял Макс, расходились две едва угадываемые тропинки. Одна – в лес, а вторая… Она кончалась выгоревшей пустошью, заваленной обломками какой-то техники и обугленными остатками древесных стволов. Невысоко в небе над этим пожарищем висел тот самый корабль пришельцев – блестящая сферическая громадина с пробоиной в боку, из которой валил чёрный дым.

Ровно впереди, далеко в лесу, поблёскивало что-то серебристое, но разглядеть детали с такого расстояния было невозможно, а зрительная труба спецназовца осталась в рюкзаке.

Первая же «тропинка» казалась самой отчётливой и чуть дальше того места, где она уходила в лес, виднелись несколько