Кровавая служба доставки - Нина Матвеева

ясно? Он помог сократить численность населения, ведь ресурсов всё равно не хватило бы на всех, а ещё он проредил вампирскую популяцию от тех, кто не смог обуздать свою звериную суть. В те времена вампиры даже друг с другом мирно не сосуществовали, а значит и конфликты были неизбежны. Как вы уже догадались, выжить и закрепиться смогли только те, кто в итоге всё же научился объединяться в кланы и вести диалог. Да, потери были ужасающими, но только посмотрите на мой мир сейчас — люди и вампиры живут бок о бок, мирно и в некотором смысле даже взаимовыгодно. Вот такой он, механизм приспособления. Безжалостный и беспощадный, но очень действенный.

Когда рано утром я приехала на работу, то сразу поняла — кризис в офисе тоже миновал. Там царила привычная рабочая атмосфера: заказы поступали, Сара и Мэйси снаряжали холодильные камеры, а на месте диспетчера сидела жена Брэма, Люси. Мне даже усилий прилагать не пришлось, чтобы влиться в рабочий процесс — он засосал меня сам. И это было очень кстати, потому что просиживать в холле целое утро под прицелом внимательных и любопытных глаз подруг из лаборатории было бы испытанием похлеще Королевской охоты.

Пока я развозила заказы по адресам, в моей голове вовсю складывался план, как организовать разговор с мамой. Со стороны может показаться, что это плёвое дело, но не всё так просто, если вы имеете дело с женщиной вампира. С момента перехода под вампирское покровительство мама потеряла право свободно передвигаться по городу. Одна так точно, остальное — на усмотрение «хозяина». Поэтому просто позвонить и назначить ей встречу в ближайшей кофейне или парке я не могла.

Кстати, о «позвонить» — с этим тоже были проблемы. Буквально первое (и самое жуткое, как по мне), что приходилось делать новоиспечённой вампирской донорше после переезда, — это обрывать прежние связи с родными и друзьями. Во всяком случае с моей мамой произошло именно так. В первый год после Охоты она прислала одну единственную открытку с подарком мне на день рождения, во второй год пришло целое бодрое письмо, а на третий нам позволили созвониться. И то папе пришлось добиваться этого несколько месяцев подряд. За тринадцать лет я видела маму раз пять или шесть, а в нашу последнюю встречу в позапрошлом году я окончательно поняла, что... уже не особенно и хочу видеться с ней. Адаптировалась, наверно. Нам не о чем было разговаривать, мы настолько отдалились, что эти свидания на пару часов приносили больше неловкости и дискомфорта нам обеим.

И вот теперь, я должна была придумать, как получить у неё аудиенцию. Папа дал мне контакты: адрес и номер телефона, позвонив по которому, я наткнулась на секретаря мистера Саймона Уотсона. Саймон Уотсон — это и есть мамин покровитель, если что. Вампир не из самого влиятельного клана, но достаточно обеспеченный, чтобы держать личную доноршу. Кажется, он курировал энергетику Твисдэйла, но к делу это не относиться. Секретарь, который ответил на мой звонок, вежливо пообещал передать моё сообщение маме и положил трубку, не сказав на прощание даже заезженной и ничего не значащей фразы «мы вам перезвоним».

Что мне оставалось? Очевидно, пытаться ехать по данному папой адресу и пытаться поговорить с мамой лично. Я даже придумала как проникну на территорию элитного района побережья — в этом мне поможет курьерское прикрытие. Нужно только выбрать момент, когда доставок будет поменьше и приступить к исполнению плана.

В обеденный перерыв я застала в офисе самого Брэма — тот выглядел гораздо лучше по сравнению с утром сразу после Королевской охоты. У меня от сердца отлегло, стоило увидеть, как он бодро заполняет новые заявки на компоненты крови.

— Гвен возместил все убытки! — объявил мне шеф, когда я спросила его о делах. — И даже пообещал прикупить кое-какое оборудование, чтобы загладить моральный ущерб.

— Гвен был тут? — переспросила я тупо.

— Был, недолго совсем. Сказал, что очень сожалеет о том, что натворил. У него, оказывается, была депрессия и он лечил её такой вот сменой обстановки и образа жизни. А ещё он ставил эксперимент: как долго сможет воздерживаться от крови. — Брэм отложил в сторону бумаги и доверительно добавил: — Эксперимент, конечно, опасный, но... мне стало жаль бедолагу. Решил не заявлять на него...

Я округлила глаза и чуть не ругнулась. Ну и бред. Неужели Брэм правда купился на это?

— Он прямо так и сказал? Про депрессию и воздержание?

— Ну да, — просиял Брэм. — Ещё поблагодарил меня за возможность пожить и поработать вместе с людьми, сказал, что ему это очень помогло. Я даже предлагал ему остаться у нас, но он отказался. Наверно, к лучшему. Всё же тут для него слишком много соблазнов.

Честно, такого поворота я совсем не ожидала. Но то, что Гвен всё же вернулся и во всю улаживал конфликт с Брэмом, вселяло надежду. Может, с его возвращением и моя проблема как-то разрешится? Ну или хотя бы я смогу прояснить хоть что-то про Тэо и Ирэн?

В холл спустилась Сара с очередной порцией готовых напитков, и Брэм поманил меня ближе и заговорил шёпотом:

— Я его и про рисунки спросил, те, что нашли в диспетчерской, — шеф выразительно расширил глаза, и я насторожилась. — Можешь ни о чём не волноваться. Гвен сказал, что рисовал только тебя, потому что... как уж там... у тебя очень фактурный лоб и специфический нос и вообще удивительно несимметричное лицо. Якобы, таких ему ещё не доводилось видеть.

Мои брови тут же поползли вверх, прямо на фактурный лоб.

Вот паразит! Какой же он бесячий, этот Гвен! И ведь умудряется выбесить меня даже на расстоянии!

Тем временем Брэм безмятежно улыбнулся и добавил:

— Так что беспокоиться не о чем! И раз уж Гвен отвалил деньжат, я сегодня устрою в офисе мясную вечеринку. Мы все это заслужили! Приедешь вечером, Айрин?

На принятие тяжёлого решения ушло несколько секунд. Мясо — это очень хорошо. Мне бы очень хотелось до отвала наесться, отдохнуть и поболтать с коллегами о всякой ерунде. Но увидеть Гвена и потребовать у него объяснений было гораздо важнее.

Дверь приоткрылась, едва мой палец оторвался от звонка. Дёрнувшись на месте от неожиданности, я подняла глаза на Гвена и растерялась. Затем шагнула назад, чтобы он смог полностью распахнуть дверь и поздоровалась.

На первый взгляд в нём всё было как обычно, даже одежда