Развод в 445. Скандальная история - Лина Леманн

— Вы уверены? — спросила я.

— Город нельзя оставлять без управления. Сейчас особенно.

Особенно.

Я внимательно посмотрела на него. Камил говорил логично. Всегда логично.

— Мы будем на связи, — продолжил он. — Старый пневматический канал через столичное управление. Сообщения будут оформлены как служебные уведомления.

— Их не перехватят? — я снова тревожилась, хотя мы обсуждали это несколько раз.

— Если и перехватят, в них не будет ничего незаконного. Обещаю писать вам только о своих чувствах.

Шутка мэра меня немного расслабила.

Он приблизился на шаг.

— Вы нарушили приказ, — произнёс он спокойно. — Но не закон. Если документы подтвердят злоупотребления, Суд обязан их рассмотреть.

Он говорил так, словно уже просчитывал возможные возражения обвинения.

И я поймала себя на том, что отмечаю это как следователь.

Не как женщина.

Его пальцы коротко коснулись моей руки.

— Возвращайтесь живой, — сказал он. — Я буду скучать.

— И… я, — ответила я.

Камил развернулся первым.

Я смотрела, как его фигура постепенно растворяется в серой полосе тумана на горизонте.

Карета тронулась.

Я снова положила ладонь на ларец.

Теперь я везла в Столицу не только доказательства против Грезеллы.

Я везла источник этих доказательств.

И мне придётся проверить всё — включая того, кто передал их мне, как бы женское сердце не было против.

Солнце светило ярко.

Пути назад больше не было.

Глава 35. Как начинают войну

Столица встретила нас оглушительным многоголосьем.

После серого безмолвия Скайглора этот город казался слишком живым. Золочёные шпили соборов резали небо, экипажи грохотали по брусчатке, воздух был пропитан жареными каштанами, табаком и сладкими духами. Я и забыла, какая она яркая и ослепляющая.

Жаль, что это только фасад.

Прежде чем переступить порог родового дома Фениксов, я решила переступить порог Канцелярии. Даже я не могла так просто прийти к Грезелле и заявить о своих обвинениях. Меня бы просто выставили из дому и бросили в тюрьму за клевету. Тем более я ужасно боялась, что документы куда-то исчезнут.

Так что все должно быть запротоколировано.

Карета свернула к серому административному зданию с узкими окнами и флагом империи над входом. Без гербов, без мрамора, без позолоты. Здесь принимали прошения, регистрировали жалобы и хоронили неудобные бумаги в архивах.

Еще более неудобные, но кому-нибудь полезные рассылались по всей империи, в богами забытые места вроде Скайглора.

Я вошла одна.

Кассиан остался в экипаже. Валериан — в тени арки напротив. Он порывался пойти со мной, я отказалась. Поэтому он выбрал демонстрацию того, что он не боится Грезеллы.

Внутри пахло пылью, чернилами и холодным камнем. За высоким столом сидел чиновник с лицом человека, который давно разучился удивляться.

— Прошение? — меланхолично спросил он, не поднимая глаз, только что-то быстро писал.

— Регистрация обращения в Высший Суд, — ответила я спокойно. — По факту злоупотребления полномочиями и финансовых нарушений в городе Скайглор.

Мужчина всё-таки поднял взгляд.

Моё желание произвело нужный эффект. Такие заявления здесь регистрировались редко.

— Кто вы? — чиновник окинул меня взглядом, пытаясь вспомнить, кто я такая.

— Эйбеалль фон Райвенгорст.

У мужчины вытянулось лицо. Фамилия свекрови произвела на него неизгладимое впечатление.

Меня сослали. Без права покидать город до нового распоряжения. Формально я нарушила приказ.

Но приказ — не закон. Даже король не может запретить мне говорить.

Я положила на стол ларец и открыла его, протянув один из листов.

— Документы прилагаются. Прошу зафиксировать подачу сегодня, текущим числом. В порядке служебной процедуры.

Чиновник долго смотрел на печати.

Очень долго.

Я задержала дыхание, боясь, что сейчас он просто разорвет бумаги и скажет, что я сошла с ума.

Но он поставил штамп.

Глухой удар дерева о бумагу прозвучал громче любого обвинения.

— Ваше обращение принято к рассмотрению, госпожа фон Рейвенгорст. До назначения слушания вы сохраняете статус заявителя.

Не следователя.

Не обвиняемой.

Заявителя.

Я вышла наружу, не оглядываясь.

— Всё? — тихо спросил Валериан, подкравшись сзади.

— Да, игра началась, — ответила я.

И только после этого карета повернула к дому фон Райвенгорстов.

Мы приехали не как семья, возвращающаяся домой. Мы приехали, чтобы закатить страшный скандал, который еще долго будут смаковать в обществе.

Кортеж остановился перед родовым особняком. Его окружали белые колонны, при входе возвышалась статуя птицы с расправленными крыльями. Символ возрождения. Или сожжения. Фениксы, одним словом.

— Добро пожаловать домой, Эйбеалль, — сказал Кассиан, помогая мне выйти.

Он говорил уверенно. Но его пальцы дрожали.

Мне хотелось сказать, что сарказм неуместен.

Валериан спешился рядом. Он выглядел безупречно спокойным, но я ему не верила. Он пересёк границу купола. Он нарушил приказ о ссылке. Ради меня.

Мы об этом не говорили.

И от этого становилось тяжелее.

Слуги поклонились. Кто-то отвёл глаза. Кто-то смотрел слишком внимательно.

Мы были новостью.

— Вот как ты жил все это время, — заметила я задумчиво.

Дворецкий сообщил, что супруги фон Райвенгорст отбыли в пригород на выходных и сегодня как раз вернутся.

— Подготовьте все для приема сегодня вечером, оперативно разошлите приглашения, — заявил Кассиан, вальяжно бросая перчатки слуге. Непривычно видеть его таким, да и мне не понравилось.

— Разумеется, — пролепетал дворецкий и покосился на часы. Пробило двенадцать.

— Хотите что-нибудь? — тоном хозяина поинтересовался Кассиан.

— Нет, — я обняла себя руками. Малыш молчал. Его особняк тоже не впечатлил. — Я хочу одна прогуляться по столице. Не могу оставаться здесь, противно.

Кассиан только нахмурился, Валериан галантно пропустил к дверям.

Я ушла, не оборачиваясь, и долго гуляла, пока не загудели ноги. Уверена, свекрови уже все сказали.

Грезелла не станет прятаться. Она выставит блеск напоказ. Покажет, что слухи о расследовании — лишь сплетни завистников.

Так и не пообедав, потому что кусок в горло не лез, я вернулась в особняк. Грезелла и муженек ее еще не приехали. Стратегическая неторопливость?

Я стояла у подножия лестницы в платье цвета ночного неба. Кулон Рейвенгорстов холодил кожу. Тяжёлый шёлк сковывал движения. Кассиан настоял, чтобы я вырядилась в этот ужас.

Валериан возник рядом.

— Они уже делят её власть, — тихо сказал он, наблюдая за гостями. Вампир первым спустился вниз. Я оттягивала этот момент до последнего. — Смотри на дистанцию. Никто не подходит слишком близко. Не было официального объявления, а все уже все знают.

Зал гудел.

Дамы в камнях, офицеры с наградами, сановники с натянутыми улыбками.

Музыка стала тише, когда мы вошли под руку с Кассианом.

— Следователь вернулась, — донёсся шёпот.

— Интересно, кого она посадит первым? — Надеюсь, не меня…

Кассиан улыбался, кланялся, говорил правильные фразы. Но я видела: люди отступают на полшага, едва он поворачивается.

Это был не просто холод. Это был банальный расчёт.

К