Холод, согрей - Олег Геннадьевич Фомин

Кристаллическая гора вспыхнула, во все стороны рванули хвостатые кометы, камень исчез вместе с ледяным магическим кругом. Эгорд закрылся руками, комета разбилась о доспехи, Леарит отпрыгнула, а призраку снаряды не страшны – проходят насквозь.

Стрекозы показали, что гигантский наядит появился рядом с мельницей, внутри круга, тоже испустил ленты энергии, Халлиг, Клесса и призрак Камалии дружно отступили, с кристаллом перебросился и островок каменной земли.

– Кристалл на месте, – сообщила Камалия.

– Потрясающе! – воскликнул из «окольца» Леарит Халлиг. – Никогда такого не видел... Это же неисчерпаемые запасы!

В пещере догорают последние всполохи энергии, с кристаллом исчез источник света, теперь лишь центр пещеры освещен аурами магов: у Эгорда синяя, у Леарит желтая, а призрачные зерна Камалии светятся, словно огромное плотное созвездие, галактика.

Стены погрузились в черный мрак, электрические токи, что обтекали кожу летучих мышей, погасли, освещенный людьми клочок земли словно завис в космосе...

Шорох...

Все громче и громче.

Эгорд пронзил тьму магическим взглядом. Крылья мышей разворачиваются...

По всей пещере вспыхивают сотни синих жемчужин, внутри каждой искрятся крошечные молнии.

Глаза.

Мыши сорвались с насестов, пещеру затопило хлопанье, визг. Эгорд спрятался под сферу света, Леарит тоже. Камалия прикрылась руками, по привычке, мыши пролетают сквозь нее.

Кидаются на щит Эгорда, крылья бьют, высекают синие молнии, щит приходится подзаряжать. Но все же воин-маг сделал щит слабым, чтобы не причинял зверькам вреда.

– Думаю, мыши питались энергией кристалла, – говорит Эгорд. – Наверное, спали здесь сотни лет, не тратя время на охоту, кристалл питал их напрямую.

– Неудивительно, что так сердятся, – сказала Камалия.

– Жалко бедняжек, – говорит Леарит. – Мы отняли источник пищи. Теперь им придется опять охотиться, наверное, уже разучились...

– Научатся, – заверяет Эгорд. – Теперь у них есть молнии.

Эгорд подошел к Леарит, их световые сферы, как две капли, сливаются в одну, мощную, Эгорд взял Леарит за руку. На плече у нее сидит Жея, воркует тревожно, глядя, как мыши яростно бьются в щит.

Троица выходит из пещеры, мыши за ними, окружают тучей.

Воин-маг отрезал им путь, закупорив проход толстой ледяной дверью. Снаружи оказалась лишь стайка, но она, подолбив щит, разлетелась, а толпа осталась по ту сторону льда, визг и хлопки стали резко глуше, зато лед побелел от трещин.

– Это их задержит, – сказал Эгорд.

– Не умрут там от голода? – беспокоится Леарит.

– Лед скоро обрушится.

– Вот и славно, – говорит Камалия. – Поспешим, а то сядут на хвост.

По дороге вниз встретился первый лавовый ручей, течет из пролома в стене, заполняет нишу между булыжниками, образуя крохотное лавовое озеро, лава обнимает пещеру оранжевым светом.

– Мы глубоко, – сказала Леарит.

Из стены, откуда вытекает лава, вынырнула Камалия

– Там крупная жила.

– Советую всем, кроме демона, смотреть под ноги, – говорит Эгорд. – Не попадите под гейзер или лавовый фонтан.

Все чаще попадаются огненные кусты – растения, которые растут лишь в пещерах рядом с источниками лавы или на поверхности вулкана. Камалии пришлось временно покинуть группу – с Клессой случился очередной приступ гнева, Камалия должна быть рядом, демоническая половина имеет над Клессой власть, хотя такого уже не было давно.

У следующего ручья лавы Тиморис задержался, Жея опять принялась с энтузиазмом пить жидкий металл, а воину захотелось приготовить из лавы что-нибудь съестное и для Жеи и для людей, из такого готовить еще не приходилось, разобрал азарт.

– Мы догоним, – сказал Тиморис.

– Не спали себя, будь добр.

Прошли за поворот.

В боковой стене – вход в другую пещеру, оттуда яркий оранжевый свет.

К Леарит вернулась Жея, в клюве коржик красного печенья, вокруг него танцует пламя. Птица разрывается от противоречия, хочется радостно кричать, но печенье выпадет.

Эгорд, Леарит и Хафал вошли в пещеру, полную очагов пламени.

Всюду оранжевые огни, словно от костров и факелов, только под бутонами пламени нет ни дров, ни хвороста, ни смолы, словом, ничего горючего.

– Роща огненных кустов, – сказал Эгорд.

Леарит ахнула.

– Как красиво!

Углубляются в рощу огней, те проплывают справа и слева, поляну наискось пересекает широкая трещина.

Пахнет дымом.

Хафал порыкивает, озирается враждебно.

Огни горят над поверхностями, не касаясь их. Покачиваются вверх-вниз. На земле, на камнях, на карнизах, валунах, в щелях...

Настоящий сад.

Край расщелины. Дна не разглядеть, на стенах каньона тоже цветут огненные кусты.

Леарит подошла к краю совсем близко.

В пропасти кусты особенно красивые – пламя в виде цветков, напоминают розу. Лепестки волнуются, как и положено огню, но каким-то образом сохраняют форму, вокруг плавает огненная пыльца.

Запах дыма стал сильнее.

Эгорд оглядывается, в пещере и правда много дыма, плавает между огнями причудливыми призраками, похож на клубы живой паутины, особенно много под потолком, у земли и в разломе.

Леарит присела, палец ткнул в пропасть.

– Эгорд, смотри, как много огненной пыльцы!

Смеется как дитя, ладонь плавает над потоками оранжевых звездочек.

Эгорд присел рядом, перчатка покрылась льдом, нырнула сквозь дым и жгучие горошины. Лед зашипел, пальцы сорвали со стены огненный цветок, в чаше ладони цветок трещит – испаряет лед с перчатки. Вьется пар.

Эгорд поднес цветок к лицу Леарит, оно стало оранжевым, блики в глазах тоже.

А вот Хафалу не до красот, он позади Эгорда и Леарит, сохраняет дистанцию, по-прежнему озирается настороженно.

Эгорд и Леарит поднялись, вместе с ледяной чашечкой воин-маг передал цветок Леарит, подошел к демону.

– В чем дело?

Хафал, не обращая на него внимания, осматривает пещеру, жвалы подрагивают.

– Огненные кусты растут в царстве демонов.

Эгорд кивнул.

– У нас тоже.

– У вас они редкость, а у нас – как грязи. Знаю о них больше тебя.

Демон начал увеличиваться, руки превращаются в клешни. Резко повернулся влево, словно почуял врага, хвост взвился, столь же резко Хафал развернулся вправо, глаза сузились, шаг назад.

– Огненные кусты не дают дым!

Дыма стало больше. Сгустился в определенных зонах. Больше всего – вокруг Хафала.

А еще над Эгордом...

И в расщелине, прямо под Леарит!

Дым вокруг Хафала резко сжался за его спиной в черную человечью фигуру, зыбкое облако превращается в черные ткани, черные доспехи, спину демона пронзил волнистый меч, вылез над животом..

Эгорд быстро обернулся.

Из дымовой тучи в разломе бросилась рука, такая же, как та, что нанесла удар демону, схватила Леарит за лодыжку, дернула, Леарит с криком упала в бездну.