Беглянка №0 для звёздного командора - Алекс Скай

не должен.

— Я чувствую вину за то, что перестал искать.

— Это другое.

— Другое.

— И мы уже говорили об этом.

— Знаю.

Она вздохнула.

— Нам нельзя каждый раз возвращаться в одну и ту же точку.

— Согласен.

— Иначе никакого нового не получится.

Рейнар встал и подошёл. Не вплотную.

— Тогда выбери новую точку.

Элара посмотрела на него снизу вверх.

— Прямо сейчас?

— Прямо сейчас.

Она протянула руку. Он взял. И Элара поняла, что ответ уже дала. Не когда поцеловала его. Даже не когда согласилась на «новое». Ответ был проще. У неё в терминале лежал полный доступ к его кораблю.

Она могла уйти. И осталась. Элара поднялась. Поцелуй начался медленно. Без спора. Без проверки. Только двое людей, которым впервые не требовалось доказывать право находиться рядом. Когда Рейнар остановился, давая ей возможность изменить решение, она сама притянула его обратно.

Дальше слова оказались лишними. Технический отсек, старые стены и Керрен за дверью никуда не исчезли, но на некоторое время перестали быть центром мира. Рейнар всё ещё спрашивал движением, а Элара отвечала так же; между ними оставалось прошлое, и никто не пытался сделать вид, будто одну ночь можно положить поверх него и стереть.

Поэтому она не испугалась. Позже, когда тишина снова стала обычной тишиной, Элара лежала рядом и слушала ровное дыхание человека, которого когда-то собиралась вписать во всю оставшуюся жизнь. Ей не хотелось вписывать его никуда заранее.

Странным образом это оказалось лучше. Рейнар первым нарушил молчание:

— Мы всё ещё можем сделать вид, что остановились на десять минут проверить карту.

Элара повернула голову.

— Командор Касс, вы предлагаете подделать служебный журнал?

— Я предлагаю не создавать служебный журнал.

— Вот так начинаются преступные карьеры.

— Поздновато. Ты уже украла челнок.

— Формально это служебное перемещение без разрешения.

Он тихо рассмеялся. Элара закрыла глаза. Она помнила этот смех. Но теперь впервые не пыталась решить, тот ли это человек. Пусть будет этот. Этого достаточно. Терминал подал сигнал. Оба сразу изменились. Передышка закончилась. Элара первой потянулась к экрану.

— Внешний канал.

— Откуда?

— Не знаю. И это мне не нравится.

Рейнар уже поднялся и проверял соединение.

— Сеть Керрена снова доступна?

— Нет. Это широковещательная передача.

На экране появился государственный идентификатор. Элара нахмурилась.

— Канал флота.

— Не открывай через личный профиль.

— Уже перенаправляю.

Она вывела передачу на автономную консоль помещения. Изображение появилось через несколько секунд. Не Мара. Официальное сообщение. Эмблема центральной службы безопасности. Текст транслировался одновременно на нескольких частотах. Рейнар прочитал первую строку и тихо выругался. Элара не сказала ничего.

ОБЪЯВЛЕНИЕ ОСОБОЙ ВАЖНОСТИ.

Следующая строка:

ТЕЙН, ЭЛАРА.

СТАТУС: РАЗЫСКИВАЕТСЯ В СВЯЗИ С НЕЗАКОННЫМ ПРОНИКНОВЕНИЕМ НА ЗАКРЫТЫЙ ГОСУДАРСТВЕННЫЙ ОБЪЕКТ.

Элара медленно выпрямилась. Текст продолжился.

ПОДОЗРЕВАЕТСЯ В НЕСАНКЦИОНИРОВАННОМ КОПИРОВАНИИ И ХИЩЕНИИ ЗАКРЫТОГО АРХИВА КЕРРЕНСКОГО СЕКТОРА.

— Быстро, — сказала она.

Рейнар проверял служебный сертификат сообщения.

— Слишком быстро.

— Настоящее?

— Сертификат действующий.

— Чей?

Он открыл подпись. Имя Элара увидела сама.

УПОЛНОМОЧЕННЫЙ ПРЕДСТАВИТЕЛЬ: МАРА СЕЙЛ.

Она почувствовала, как вся недавняя мягкость внутри сменяется холодной ясностью. Рейнар дочитал дальше.

В СВЯЗИ С УГРОЗОЙ ЦЕЛОСТНОСТИ ГОСУДАРСТВЕННЫХ ДАННЫХ ДОПУСК ТЕЙН ЭЛАРЫ К ТРАНСПОРТНЫМ, НАВИГАЦИОННЫМ И СЛУЖЕБНЫМ СЕТЯМ АННУЛИРОВАН.

Элара открыла собственный терминал. Её гражданский идентификатор уже горел красным. Следом изменился доступ к К-17. Потом к внешнему маршруту. Один за другим закрывались коридоры, которыми она могла выйти из Керрена.

— Она не просто объявила розыск, — сказала Элара.

— Она закрывает тебе движение.

— Всем официальным способом.

Рейнар активировал свой командный профиль. На секунду система приняла его. Потом появилось предупреждение:

ЗАПРОС НА МАРШРУТ СВЯЗАН С ЛИЦОМ ОГРАНИЧЕННОГО ДОСТУПА.

ТРЕБУЕТСЯ ДОПОЛНИТЕЛЬНОЕ ПОДТВЕРЖДЕНИЕ.

— И мне тоже.

Элара посмотрела на него.

— Ты ещё можешь уйти один.

Он даже не ответил. Она подняла брови.

— Я серьёзно.

— Я тоже.

— Рейнар.

— Мы договорились, что я перестану принимать решения за тебя. Не помню, чтобы это означало, что ты начнёшь принимать их за меня.

Элара задержала взгляд на его лице.

— Значит, остаёшься?

— Это уже мой выбор.

Фраза вернулась к ним из первой главы. Только теперь в ней не было спора. Элара открыла старую карту Керрена. Официальные трассы одна за другой становились недоступными. К-17 — закрыт. Внешняя дуга — закрыта. Военный коридор — требует задержания.

Гражданский выход — заблокирован. Через несколько секунд весь сектор вокруг них оказался окружён красными линиями. Рейнар встал рядом.

— Есть неофициальный путь?

Элара увеличила древнюю карту. На ней государственные запреты ничего не значили. Тонкие линии продолжали уходить далеко за пределы современных коридоров. Одна из них начиналась у Н-4. Другая — у основного узла, помеченного числом одиннадцать.

Элара медленно улыбнулась.

— Теперь уже есть.

За стенами старого помещения Керрен продолжал молчать, государственная сеть называла её преступницей, а женщина, которая когда-то помогла стереть Элару Тейн из мира, только что попыталась сделать это снова. Разница состояла в одном. Элара больше не была одна.

И, что было гораздо важнее, рядом с ней находился человек, который теперь оставался не потому, что приказал

себе её спасти. Он остался потому, что она могла уйти. И не ушла.

Глава 9. Седьмой контур

Красные линии продолжали множиться. Элара смотрела на старую карту Керрена и почти физически ощущала, как пространство вокруг них превращается из территории в клетку. Мара действовала без суеты и именно поэтому опаснее: не пыталась вернуть беглянку немедленно, не отправляла по каждому коридору корабль и не требовала публичной капитуляции. Она лишала Элару возможности воспользоваться системой, в которой большинство людей привыкли существовать, не замечая её.

К-17 был закрыт. Внешний гражданский маршрут требовал подтверждения личности, которое теперь автоматически запускало процедуру задержания. Военный выход принимал идентификатор Рейнара, но отвергал любой запрос, если в пассажирском или стыковочном журнале присутствовало имя Элары. Даже несколько аварийных трасс, которыми обычно можно было воспользоваться без полного допуска, уже получили обновлённый список ограничений.

Рейнар стоял рядом и изучал изменения молча. После разговора в предыдущем отсеке между ними появилось новое, пока ещё непривычное состояние: ему больше не требовалось доказывать, что он остаётся, а ей — проверять, не превратится ли его забота в очередной приказ.

Поэтому вопрос, который он задал, прозвучал почти буднично:

— Что ты видишь?

Он не спросил ни «какой маршрут нам нужен», ни «куда пойдём». Элара увеличила карту.

—