Фантастика 2026-140 - Павел Игоревич Хохлов

Орк лишь укоризненно покачал головой.

— Ничем обрадовать тебя не могу. Торговлю наше государство с ними не ведёт, раз в месяц туда отправляется дипломатический корабль. Больше, чем это, я не знаю. Может, что-то и скрыто от глаз обывателей, но сведения, о которых сказал, известны всем, кто живёт на материке Огрина Великого.

— Спасибо.

Она пожала плечо орка и, забрав дочь, ушла домой.

— Раз глава общины хорошо знает высших аристократов, которые пользуются его расположением, то придётся просить помощи у него, — подумала Любава и наметила на завтра встречу с господином Софоксом Сенексом.

С господином Софоксом ей всё же пришлось встретиться, но только по другому вопросу. Она отдавала ему ключи от дома. Дело в том, что к вечеру того же дня пришло письмо из императорского дворца, где было написано, что император даёт разрешение воспользоваться дипломатическим кораблем и посетить материк государства эльфов.

Любава стала собираться в дорогу. Она передала своих девочек знакомой травнице, с которой познакомилась совершенно случайно. Та недавно вышла замуж за гнома и жила недалеко от мэрии. Никто не стал возражать замене, тем более она показала себя на деле. Затем попрощалась с Орином, крепко обняв его.

Теперь она стояла перед главой общины и протягивала ключи от дома.

— Спасибо, господин Софокс. Я вам благодарна за всё, что вы для меня сделали.

Она обняла старого гнома. Он так сильно расчувствовался, что пустил слезу, которая одиноко прокатилась по его морщинистой щеке.

— Раз так получилось с домом, то я отдам тебе его стоимость в деньгах. — Видя, что Любава хочет отказать ему, он остановил ее рукой. — Жизнь моих внуков стоит на первом месте. Раз ты не можешь забрать дом с собой, то возьмёшь его деньгами, и это не обсуждается.

Он так строго посмотрел на травницу, что она не посмела больше перечить.

С тяжелой душой она оставляла этот гостеприимный город, но надо было двигаться дальше. На площади они подошли к порталу и оказались в столице. Оставалось ещё одно маленькое, но очень важное дело.

Глава 22

Столица встретила мать и дочь солнечным прекрасным утром. Недавно промчался ливень, и капли воды сверкали, словно миллионы бриллиантов. Они россыпью покрыли клумбы, где цвели красные, жёлтые, синие и голубые цветы необычайной красоты.

Девушка взяла экипаж, и они направились на улицу Садовая, где за небольшим забором в густоте деревьев спрятался каменный двухэтажный дом с зелёной крышей. В этом доме проживал Лабор Риос. Ещё будучи раненым, он оставил на всякий случай свой адрес, но предупредил, что их могут вычислить недоброжелатели в лице Пробуса Забоса. Теперь бояться было нечего, поэтому Любава открыла калитку и по тротуару прошла мимо ярко рассветших кустов торонии, напоминавших кусты чайных роз. Она нажала на звонок, и дверь открыла невзрачная на вид девушка в красивом шёлковом платье. За ней при всём параде стоял Лабор Риос собственной персоной.

— Ой, милый, а это кто? — поинтересовалась девушка и, оглядев гостей пристальным взглядом, презрительно сморщила носик. — Видимо, это к твоей служанке. По наряду можно судить именно так.

— Помолчи, Палати, эта женщина спасла мне жизнь. Здравствуй, Любава, какими судьбами в столице?

— Здравствуй, Лабор, видимо, ты всё-таки нашёл свою любовь: красивую, но безмозглую? — усмехнулась она, не оставив без ответа насмешку девицы Любава. — Хотели тебя попросить отвести нас к родителям Митии, если ты не очень занят.

— Мы очень заняты, правда, милый? Нас ожидают в гостиной госпожи Трелони, — затараторила она вновь.

— Я попросил тебя помолчать. — Он строго посмотрел на девушку, которая не знала, как отвлечь внимание молодого человека от Любавы. — Останься дома, я скоро вернусь.

— Ну уж нет, я не оставлю тебя с ней наедине. — Она кивнула в сторону травницы и обхватила его локоть обеими руками.

Мужчина лишь огорченно вздохнул: видимо, вся создавшаяся ситуацию не очень его радовала.

Он кинул перед собой портальный шар, и в мгновение они стояли в гостиной дома. На роскошном диване сидели два пожилых человека. Мужчина был высокого роста, подтянутый, с побеленными висками, его карие глаза пронзительно изучали пришедших. Женщина же была небольшого роста, круглолицая и голубоглазая, всё её лицо светилось добротой и любовью к ближнему.

— Доброе утро, дядя, тётя. — Он склонился в поклоне. — Я привёл к вам необычную девушку. Это Любава — та самая травница, которая спасла мне жизнь в лесу.

— Та самая, у которой… — Женщина не успела договорить. Она перевела взгляд на Марьяну.

— Я думаю, на этом моя миссия закончена. Прощай, Любава.

Он в последний раз взглянул на неё и исчез со своей девушкой в портале.

— Здравствуйте, я не успела поздороваться. Это моя дочь, её зовут Марьяна.

Она сняла медальон и слегка подтолкнула девочку в спину. Марьяна сделала шаг вперёд и вновь остановилась.

— Доченька моя, это… — начала говорить Любава.

Девочка покачала головой.

— Не надо, мама, я знаю, кто это — это мои бабушка и дедушка.

Бабушка опустила голову вниз, и горькие слезы покатились по её щекам. Дед же протянул к ней руки, чтобы обнять маленький кусочек счастья, который после себя оставила их единственная дочь Мития.

После знакомства они сидели в столовой и пили чай с пирогами и душистым мёдом. Девочка рассказывала о своей жизни, о друзьях и любимом друге орке. Для стариков всё было интересно, они только сейчас в полной мере осознавали, как им всего этого не хватало.

— Может, оставишь дочь с нами? Под старость лет будет утешение, — попросил господин Сварос.

Услышав это, Марьяна подскочила к Любаве и обняла её.

— Нет, я только с мамой, — ответила она и прижалась щекой к её груди.

От этих слов старики вздрогнули. Они прекрасно понимали, что сидящая напротив девушка спасла их малышку и заменила ей мать, а двое пожилых были для неё совершенно посторонними людьми. Хотя Марьяна и признала в них родные души.

— Извините, но это моя дочь, и я никому её не отдам. — Она обняла Марьяну. — Мы зашли ради того, чтобы вы смогли попрощаться с ней. В полночь мы отплываем на дипломатическом корабле в государство Калиэн в столицу Лисаниэль.

Старики только кивнули: они всё понимали, но как всё-таки болела душа за безвременно погибшую дочь, за будущую жизнь внучки, за одиночество в старости.

Марьяна подошла сначала к деду, потом к бабушке и на прощание крепко обняла обоих.

— Я буду приезжать в гости, — сообщила она и улыбнулась широкой