Блич: Целитель - Xiaochun Bai

Из облака Респиры раздался низкий, одобрительный гул, похожий на отдалённый раскат грома.

— Лучше, — произнёс голос Баррагана. — Гораздо лучше. Ты начинаешь понимать. Это не изящное исцеление шинигами. Это выживание твари, которая отказывается стать пищей для энтропии. Смешивай. Вплетай своего внутреннего зверя в пламя птицы. Пусть одно пожирает смерть, а другое — даёт новую форму жизни. Гибридное исцеление… Да, так и назовём это.

Масато стоял, тяжело дыша, глядя на свою руку. Он чувствовал странную, неприятную тяжесть в душе — осадок от той хищной вспышки. Но он также чувствовал невиданную прежде скорость восстановления.

— Теперь, — прогремел Барраган, и багровые огоньки в его глазницах вспыхнули ярче, — попробуй не убрать руку. Дай дыханию окутать её полностью. И удержи. Хотя бы на три секунды. Покажи мне, что твоё новое «исцеление» может противостоять моему закону не на краю, а в самом его сердце.

И снова облако Респиры, будто живое, медленно, неотвратимо поползло к ногам Масато. На этот раз отступать было некуда. Сзади — холодная, зеркальная стена. Впереди — конец всего.

Масато сжал кулаки, чувствуя, как внутри него борются два начала: упорядоченный, сострадающий свет феникса и хаотичный, жадный мрак зверя. Он сделал шаг навстречу расползающейся тьме.

Глава 74. Тренировка эффективности

Зеркальная поверхность тайной арены ещё хранила память о вчерашнем кошмаре. На полированном полу лежали широкие, бесформенные пятна тускло-серого пепла — следы Респиры, которая так и не была до конца убрана системами Гранца. Они напоминали тени гигантских, раздавленных насекомых. Воздух, обычно стерильный и пахнущий озоном, теперь отдавал слабым, едва уловимым запахом горелой пыли и чего-то древнего, тленного. Свет от голубых полос на стенах падал на эти пятна, не освещая, а лишь подчёркивая их чужеродную, мёртвую фактуру.

Масато стоял посреди одного из таких пятен, босыми ногами на холодном, не тронутом распадом краю. Его тело ныло глубокой, костной усталостью после вчерашних пыток у Баррагана. Мышцы дрожали мелкой дрожью, не от напряжения, а от истощения. Но в то же время, где-то в глубине души, тлел новый, непривычный уголёк — осознание, что он выжил. Что его пламя, смешанное с чем-то тёмным и жадным, смогло хоть на мгновение противостоять самому Времени. Эта мысль была и пугающей, и пьянящей.

Дверь в дальнем конце арены открылась беззвучно. Не было скрипа, не было гула механизмов — просто прямоугольник света, который впустил внутрь белую фигуру. Улькиорра Шиффер вошёл, и дверь так же бесшумно закрылась за ним. Его шаги по полированному полу не издавали ни единого звука. Он двигался с той же плавной, почти сонной неспешностью, но сегодня в его движениях не было и намёка на рассеянность. Каждый мускул, каждый поворот головы был выверен и осознан. Он был в своей обычной белой форме, одна рука, как всегда, лежала в кармане брюк. Его зелёные, бездонные глаза обвели арену, скользнули по пепельным пятнам и остановились на Масато.

— Ты выжил, — произнёс Улькиорра. Его голос был ровным, лишённым каких-либо интонаций — ни одобрения, ни разочарования. Констатация факта, как вывод системы мониторинга. — Это ожидаемо. Данные Гранца показывают ускорение клеточного метаболизма на 47 % и нестабильное, но заметное усиление фоновой регенерации в состоянии покоя. Биологический образец адаптируется.

Масато молча кивнул. Разговаривать с Улькиоррой было всё равно что разговаривать со стерильной стеной — ответа, кроме сухих данных, он не ожидал.

— Сегодняшний модуль — оптимизация, — продолжил Улькиорра, медленно приближаясь. Он остановился в трёх метрах от Масато. — Барраган-сан воздействовал на твою выносливость и способность к восстановлению на макроуровне. Моя задача — воздействовать на микроуровень. На эффективность.

Он медленно вынул руку из кармана. Длинные, тонкие пальцы были расслаблены.

— Ты полагаешься на свои странные глаза, — сказал он. — Это логично. Они дают тактическое преимущество, предвидение множества вариантов. Но против определённого класса противников это становится уязвимостью.

— Против Айзена? — тихо спросил Масато.

— В частности, — подтвердил Улькиорра. — Его способности искажают восприятие реальности на фундаментальном уровне. Ты можешь увидеть тысячу траекторий его атаки, и все они будут ложными. Или, что хуже, настоящими на одно мгновение, которое он тут же изменит. Опора на зрительный анализ в такой ситуации — гарантия смерти. Тебе необходимо развить иной навык. Чистый инстинкт. Ощущение потоков рэяцу в их первозданном, не интерпретированном виде. Умение читать намерение в микроколебаниях духовного давления, в едва уловимом сдвиге энергии в пространстве ещё до того, как движение началось.

Он сделал паузу, давая словам усвоиться.

— Мы начнём с медитативного боя. Я не буду пытаться победить тебя. Я буду создавать ситуации. Твоя задача — не контратаковать. Твоя задача — не быть застигнутым врасплох. Предвидеть. Уклоняться. Минимизировать контакт. Мы будем двигаться медленно. Очень медленно. Как в воде. Каждое твоё движение будет анализироваться. Цель — снизить энергозатраты на уклонение и оценку угрозы на минимум.

«Медитативный бой? Медленно? Звучит… спокойно. После Баррагана — просто подарок».

— Прими стойку, — скомандовал Улькиорра.

Масато встал в базовую стойку шинигами, слегка согнув колени, центр тяжести сместив вперёд.

— Неправильно, — тут же последовал холодный вердикт. — Ты готовишься к бою. К столкновению. Ты напрягаешь мускулы, готовишь рэяцу к выбросу. Это трата сил. Расслабься. Встань, как стоишь обычно. Дыши. Чувствуй пол под ногами, воздух на коже. Игнорируй меня как угрозу. Воспринимай как… часть окружающей среды, которая может внезапно прийти в движение.

Это было невероятно сложно. Расслабиться перед одним из самых опасных Эспад? Но Масато попытался. Он выпрямился, опустил плечи, сделал медленный, глубокий вдох. Закрыл глаза на секунду, отсекая визуальный образ Улькиорры. Попытался почувствовать его рэяцу. Оно было… холодным. Гладким. Совершенно непроницаемым, как поверхность озера в безветренный день. Ни всплесков, ни колебаний.

— Лучше, — произнёс голос Улькиорры. Он звучал так же близко. — Теперь открой глаза. Но не смотри на меня. Смотри сквозь меня. Расфокусируй зрение. Позволь периферийному зрению и другим чувствам работать.

Масато попытался. Это вызывало лёгкое головокружение.

— Я начну движение, — предупредил Улькиорра. — Очень медленно. Я подниму правую руку и сделаю тычковое движение в направлении твоего левого плеча. Скорость — как если бы я передавал тебе чашку чая. Твоя задача — сдвинуться ровно настолько, чтобы избежать контакта. Ни сантиметром больше. Используй минимально необходимое усилие.

И он начал двигаться. Действительно, с черепашьей скоростью. Его рука оторвалась от бедра и поплыла