Пепельная Пустошь: Новая земля - Токацин

Кажется, «живой сканер» реагировал только на биообъекты, а непроницаемую «глыбу» ипрона игнорировал. Гедимин задумался было о различных формах жизни, о размерах определяемых объектов и о дальности сканирования, но Мэцью уже тронул его ладонь.

- Давайте, - хрипло сказал он. – Закончим уже с этим. Нам идти внутрь?

Он кивнул на стену. Гедимин качнул головой.

- Вы можете подниматься. Монитор всё равно сейчас погаснет. Я могу даже подождать, пока вы уйдёте.

- Побудем тут, - отозвался оператор, заняв привычное место. Второй сел рядом. Скайотка-«сканер» надела шлем и проверила, плотно ли прикрыта шея.

- Если помощь будет нужна – мы тут.

…Гедимин отключил оба ЛИЭГа. Под плотным куполом защитного поля теперь светился только его фонарь – а снаружи разряжались штатные аккумуляторы. Сармат проверил их, - полный заряд они уже не держали, но и половинного хватило бы на нужды древесного посёлка. Если бы нашёлся способ этот заряд набрать – и применить…

Сармат ждал, что придётся раздирать скипевшиеся детали когтями, но ЛИЭГи разбирались неожиданно легко, хотя вращающие механизмы последнее время смазывали кукурузным маслом. «А они ещё столько же протянули бы,» - думал он, заворачивая всё, что не «фонило», в ветошь. «Столько же, а то и дольше. Всё-таки мы тогда постарались. Да и сама конструкция проста, но надёжна. Досадно…»

Он вскрыл корпус. Руки обдало фантомным теплом – перед работой Гедимин всё-таки сдвинул ипроновые пластины и «открылся» для излучения. Ирренций «светил» ровно, так же, как в день первого запуска.

- А что там, полураспад – двести тысяч лет… - Гедимин сам не заметил, как сказал это вслух. Металл ничего не ответил, да и вряд ли мог – на ЛИЭГах квантовые «зверьки» обычно не заводились.

Сармат рассовал ирренций по «карманам» брони, «фонящие» от наведённой радиации и микропыли части ЛИЭГов залил меей и вместе с ней убрал туда же. Разобранные генераторы заняли немного места. «Пригодится. Скафандр починить, стержни миниреактора поменять… На станцию сдавать не буду. Обойдутся,» - он подумал о сарматах с «Синки», не приславших ликвидатора в «Скай» - хотя вызов был определённо ликвидаторский и почти что срочный – и криво ухмыльнулся. «Пожалуй… Не буду я никому ничего говорить. Не было тут никаких ЛИЭГов. Беспокоились бы об ирренции – сами бы сюда пришли и всё вывезли. Значит, им неинтересно. И другим сарматам тоже.»

Гедимин замерил фон там, где стояли генераторы, потянулся за контейнером с меей, но опомнился и выпрямился. Защитное поле пропустило его и уплотнилось над опасным участком – пока отсюда не ушли последние, для кого излучение может быть вредным, лучше было не убирать экран. Наконец погасли светодиоды, ослабли запирающие устройства, и снаружи донеслось тихие голоса. Фонарь пока не жужжал – батарейки щита управления ещё не исчерпали заряд, и мониторы и индикаторы продолжали светиться. Гедимин постоял в нерешительности над штатными аккумуляторами убежища, потом махнул рукой и вскрыл первый корпус. «По частям они будут полезнее. А снова понадобятся – кусок фрила для коробки всегда найдётся.»

Когда он вышел из генераторной и заварил двери намертво, отсек управления уже погас и закрылся, а за поворотом горел прерывистый жёлтый свет, и слышались голоса.

- Поднимайтесь! – Гедимин заглянул за угол и увидел там всех шестерых скайотов. – Пока ваш агрегат не сдох. Мне тут надо с дверьми закончить.

Скайоты переглянулись.

- Да, конечно, - со вздохом сказал Шеймас. – Не будем мешать вам. Вы помните дорогу?

…Теперь, когда все механизмы убежища отключились, и их звуки стихли, Гедимин слышал редкий стук капель конденсата. «Скай» давно не был герметичным – где-то просачивался сырой воздух с поверхности, где-то протекала дождевая вода. Сармат вспомнил об озере по соседству, - рано или поздно оно должно было проложить путь в «пещеру». «Сперва это всё затопит, потом подмоет опоры, и всё просядет,» - думал он, отгоняя воспоминания о строительстве убежища и давно исчезнувшем университете. «Потом будет «карстовый провал». И какая-нибудь живность заведётся.»

Снизу, от водохранилища, донёсся тихий плеск. Гедимин вздрогнул, вспомнил, что так и не проверил, все ли вышли на поверхность, и схватился за сканер. Широкий пучок ЭСТ-излучения накрыл нижние отсеки. Ничего не шевелилось, кроме стекающего конденсата… но на краю поля сканирования на мгновение мелькнула полоса белой ряби. Сармат качнул лучом вслед за ней, успел ещё раз накрыть её и упёрся в стену – существо ушло сквозь трещину в ипроновом слое, «утекло» в скалу.

«Квантовые, мать моя колба,» - Гедимин криво ухмыльнулся. «Ну, эти по-любому выживут. Поищу тех, кто из мяса и костей…»

Скайоты не подвели – убежище было пусто… не считая некрупных «квантовых» в водохранилище. Гедимин слышал плеск, пока все звуки из «пещеры» не остались за крепко заваренным люком. Снаружи в шлюз бил солнечный свет – скайоты успели разобрать сарай над входом.

- Перебор… - слышал Гедимин за спиной сквозь шипение расплавленного рилкара. Внешние шлюзы он запечатывал так, чтобы их и сармату было не выломать, - даже залил расплавом все стыки. Чуть в стороне ждали двое земляных сиригнов – у них была наготове груда камней, коры и скатанных дерновин. Замурованный вход собирались ещё и замаскировать.

- Закапывать-то зачем?! – был недоволен механик Мэцью. Он уже снял шлем, и голос без респиратора звучал отчётливее.

- Оно и так скоро закопается. Успели бы наломать всякого полезного.

- Для того и закапываем, чтобы не ломали, - отозвался Шеймас. – И не свернули себе шеи.

Кто-то из скайотов сдержанно усмехнулся.

- Лет через сто, когда мы сменим ещё три дерева, кто-то это раскопает. Но уже ничего не вспомнит. Будет изучать пещеру с сокровищами.

Шеймас тяжело вздохнул.

- Надеюсь, всё же не через сто. А хотя бы через пятьсот. И деревья тоже поживут подольше. Гедимин… М-да, теперь мы не можем пригласить вас переночевать в убежище.

04.07.280 от Применения. Западная пустошь, Высокий Лес, озеро Хэт

Кронион очень старался не хихикать в передатчик. Гедимин слышал в наушниках его сдавленное хрюканье и угрюмо щурился. Впрочем, винить сармату было некого – сам издалека услышал вопли в небе и увидел чёрный вихрь над самой высокой сосной, сам сунулся к её корням, белым от слоёв помёта, видел клочья меха и кости растёрзанной куницы и пары зайцев, но всё-таки к дереву полез. Вот теперь и отмывался, зайдя по грудь в холодную реку, от помёта, коры, лишайника и хвои. Весь