Старый, но крепкий 10 - Макс Крынов

и уйти прежде, чем вас догонят. Как минимум два человека из вас останутся сегодня здесь. И это как минимум! Готовы ли вы отдать свои жизни, чтобы те, кому повезло больше, унесли ваше золото и выпили в грязной таверне за упокой?

Я видел, как мои слова бьют по их самоуверенности. В глазах лучника засел страх. Секироносца и мечников речь не убедила. Бородач, их неформальный лидер, тоже ничуть не впечатлился.

— Болтовня, — буркнул он. — Практик четвертого ранга и четыре — третьего. Более чем достаточно, чтобы разобраться с тварью. Посуди сам. На одной чаше весов — гора золота, татуировка дракона и слава людей, прикончивших обезумевшего хищника, который вдруг бросился на них из засады и… ну, убился о мечи. А на другой чаше — всего лишь твои слова про возможную гибель. Ну-ка, ребята…

Переговоры закончились с кивком бородача, после которого он зашагал ко мне, держа наизготовку меч и щит. Коренастый мужик с секирой двинулся по поляне, обходя меня справа, двое с короткими клинками рванули с флангов, почти размывшись в воздухе от скорости. Лучник уже держал стрелу на тетиве. Двигались ребята слаженно, лишних команд не говорили — видно, что давно ходят в одном отряде.

Я раздраженно вздохнул. Фыркнул Раккар.

Бородач грохнул мечом о щит, привлекая внимание, и в тот же миг лучник выпустил стрелу — но не в меня, а в Раккара, прямо в глаз дракона.

Умный ход. Если вы бьетесь с сильным зверем, ослепите его в самом начале боя, и он не сможет ни дать вам отпора, ни сбежать.

Выстрел был безумно быстрым, вдобавок усилен какой-то техникой. Раккар не успел уклониться, даже моргнуть не успел. Но стрела скользнула по пленке, защищающей глаза, и ушла в сторону.

Они явно недооценили дракона.

А еще они недооценили меня. Пространство внутри моей сферы внимания стало для меня предсказуемым и полностью подконтрольным. Я шагнул влево, и вторая стрела пролетела в сантиметре от плеча. Одновременно вскинул руку, и между мной и бородачом выросла полупрозрачная, искрящаяся ледяная стена толщиной в ладонь. Мужчина врезался в нее на полном ходу, и отшатнулся, ошеломленный.

А потом Раккар понял, что на него напали. Дракон втянул в себя воздух, и взревел.

Аура разошлась по поляне, сковывая практиков. Секироносец потерял равновесие — качнулся вперед, едва не упав на собственное оружие, и рухнул на колени, не в силах подняться. Я пошатнулся, но пришел в себя — Раккар был зол не на меня, и меня почти не задело. Но вся Ци на поляне теперь принадлежала дракону. Никто из людей сейчас не сможет использовать ни одну технику.

Рухнули мечники, кувыркаясь по земле. Как подрубленный, сложился лучник. Разве что бородач не только не упал, но и разнес наконец мою ледяную стену ударом щита. Осколки льда полетели во все стороны.

Я встретил его рывок, не отступая. Древко отвело меч легким движением, и я тут же нанес пяткой копья короткий, хлесткий удар в солнечное сплетение, за миг до того, как мужчина успел прикрыться щитом. Воздух с хрипом вырвался из его легких. Следующий удар пришелся в ногу — усиленным Ци оружием, сильный настолько, что мышцу наверняка отсушило даже через кожу доспеха. Вот тебе и практик четвертого ранга.

Всё. Мы вдвоем положили пятерых человек.

Менее чем за двадцать секунд.

Тишина, нарушаемая только стонами практиков и тихим рычанием Раккара. Дракон поднялся и прошелся по поляне, обходя лежащих. Его массивные лапы с когтями, способными распороть быка, аккуратно наступали в сантиметрах от голов членов отряда.

Бородач стонал, скрючившись. Молодой лучник отползал назад. Глаза полны животного ужаса, голос сбивчивый:

— Не убивай! Не убивай, прошу! — захлебывался он словами, пока я спокойно шагал в его сторону. — Мы… мы просто…

— Дураки, — закончил я, остановившись перед ним. — Успокойся, я никого не убью. Но сегодня я каждому из вас сломаю ногу. Руки вам пригодятся — хотя бы на стенах с луком стоять. Точнее, сидеть.

— Н-нет, пожалуйста, не надо, нет…

Я чуть наклонился.

— Благодарите Ками, что Заставному нужны бойцы против орды, иначе я бы вас прямо тут и убил. А пока ограничимся ногами.

Если я просто отпущу их, по городу разойдутся слухи, что Китт Крайслер — безвольный слюнтяй, которого можно хоть ногами бить, хоть дракона пытаться забрать, хоть в спину плевать в толпе, и завтра этот отряд вернется с двумя другими, да еще и артефактами закупятся. Поэтому я делал это неприятное, но нужное дело: методично, без жестокости, но и без жалости ломал им ноги. Без лишней боли, используя точные, резкие движения и учитывая знания анатомии.

Тихий, влажный хруст, похожий на треск сухой ветки, крик, переходящий в стон и плач. Человек бьется в истерике, захлебываясь слезами, но после хорошего целительского эликсира и пары дней покоя сможет и в строю драться, и бегать.

Я переходил от одного к другому. Попытался было дать отпор лишь бородач — схватился за нож, лежавший в шаге от него. Я пинком выбил оружие, а уже потом взялся за ногу. Этот не кричал, лишь выл, закусив губу до крови, и его глаза, полные ненависти и боли, следили за каждым моим движением.

Закончив, хлопнул по чешуйчатой шее Раккара.

— А теперь, как и планировали, полетели охотиться.

Дракон посмотрел на меня, фыркнул и расправил крылья. Синие прожилки на перепонках вспыхнули холодным светом. Раккар оттолкнулся от земли с такой силой, что из-под лап взметнулись комья почвы и ворох хвои. Через мгновение он взмахнул крыльями и начал набирать высоту. Темный силуэт постепенно уменьшался на фоне свинцового неба.

Я тоже не стал ждать и слушать стоны практиков — ступил на Теневую тропу.

Мы направились в обход Заставного (я не хотел нервировать и без того взвинченный народ) — правее, через скалы и ущелья, напрямик к Диким землям. Я телепортировался через особо сложные участки: узкие расщелины, нависающие скальные карнизы, и через двадцать минут оказался на вершине высокого голого холма, откуда открывался вид на север.

Пейзаж был мрачным и безрадостным. Бескрайние просторы голой почвы, перемежающиеся полосами серого камня. Изредка попадались клочья бурой травы с острыми жесткими стеблями, или низкие, колючие кусты. Воздух был сухим и тяжелым — не от влаги, а от сгустившейся духовной энергии.

Кстати, ее стало заметно больше, чем сутки назад.

На охоту ушло три часа. Раккар парил в небе надо мной, высматривая добычу, а когда находил — пикировал и жрал. В основном охотился на панцирников — крупных, размером с телят, существ,