Контракт с грядущим 2 - Михаил Никитич Ишков

– Он запрограммирован на уничтожение?

– Да, – подтвердил я, – это самый надежный способ сохранить тайну. Бац-бац – и в дамки. Я слыхал, у вас сохранился прекрасный звездный прыгун. Это кстати. Это просто хорошо. Без него даже пытаться не стоит. А с кораблем, способным преодолевать звездные просторы, да еще в специальной оболочке, появляется шанс на успех.

– Какой оболочке? – поинтересовался главный арзонт.

– Ага, все-то вам расскажи. Cначала дайте мне добраться до Дружка.

– Какого Дружка?

– Моего звездного шаттла.

Староста нажал еще какую-то кнопку под столом.

В зал вошли два «черных плаща».

– Отведите этого в камеру. Пусть, пока время есть, поразмышляет, чем грозит ему судьба.

Глава 3

Я оценил торопливость, с какой старики не стали заниматься словоблудством и тянуть время, а сразу приказали провести меня по вырубленному в каменной толще коридору до едва различимой на выровненной стене двери. Меня, ни слова не говоря, втолкнули внутрь, в гравитационную темницу, в которой был заключен мой друг.

Выглядел он сносно – только краска кое-где облупилась, да пыль покрыла небольшие узкие крылья.

Первым делом я приветствовал Сивку-Бурку условным свистом, потом обошел кругом, проверил, насколько хорошо были заделаны все возможные отверстия, и, облокотившись, постоял у переднего фонаря.

В ответ на мой осмотр в мгновенно ставшей прозрачной кабине, неожиданно засветились светляки. Следом замигали сигнальные огни на крыльях и хвостовом оперении. Потом в утробе шаттла что-то заурчало. Это я дал знак, что у меня не было намерения проникнуть в корпус.

Я помалкивал, пароль не выдал. Это можно будет сделать и в кабине.

…небрежно, как бы по случайному месту, я провел ладонью по корпусу корабля, и в следующий миг бесшумно открылся входной люк. Я осторожно – сколько раз я им пользовался! – проник в недра межзвездника. Дождался, когда плита задвинется и только тогда поздоровался.

– Привет! Удачи тебе.

Дружок отмолчался, только отодвинулась створка, открывавшая вход в рубку. Молча я зашел туда, где провел самые лихие годы моей жизни.

Уселся в рабочее кресло – подлокотники мягко выдвинулись и обхватили меня за корпус.

– Как насчет аварии? – поинтересовался я.

– Кое-что починили.

Правда, ответил мне другой голос, напомнивший о спрятанных в недрах шаттла искусственных мозгах.

В следующий момент до меня донесся резкий скребущий скрежет, потом еще один, и еще…

На вспыхнувшем экране высветилось:

«…арзонты. Пытаются засечь нашу беседу».

Я подсоединил миниатюрный разъем к укромному месту.

В голове зазвучал голос ИИ.

«Так безопасней. Теперь можно общаться».

Вздохнув, я мысленно возразил.

«Так, старина, не пойдет. Они должны въявь, без всякого намека на обман, слышать наши голоса, иначе все насмарку. Ты пока спрячь аудиоустройство, а я пойду поскандалю».

Выбравшись из межзвездника, я обнаружил возле корпуса Дружка несколько низкорослых «черных плащей», которые под надзором старшего пытались просверлить отверстие в моем вновь обретенном друге.

– Что вы делаете?! – громогласно возмутился я. – Это называется общение на доверии?

«Черные плащи» тут же свернули инструменты и бегом, обгоняя друг друга, бросились к выходу.

Не поворачивая головы, я засек, где находится выход. Устроен он так, что, не зная о его наличии, сразу не выберешься. Следом в отсеке раздался гнусавый, с вибрациями, замедленный голос. Звучал он с нескрываемым раздражением.

– Мы должны слышать все ваши разговоры, иначе ничего путного не будет.

– Так слушайте. Подведите кабельную линию к корпусу корабля – я покажу, где можно подключиться – и подключайтесь! Только это очень медленная связь, и голоса будут звучать растянуто, с искривлениями.

– Нам и так сойдет, – в том же замедленном темпе проскрипел голос.

Я не удержался и передразнил.

– Сой-дет, т-а-к сой-дет, – и снова влез в корабль.

Вернувшись на борт межзвездного челнока и проверив механизм запора входной плиты, я мысленно обратился к ИИ.

– Нельзя ли сделать так, чтобы мы говорили обо одном, а старики-арзонты слышали другое.

– Можно, если они разблокируют камеру и снимут гравитационные держатели.

Я вновь выбрался из корабля и упрекнул невидимого скрипуна.

– Так не годится. Почему вы не сняли гравитационные захваты и не отключили системы наблюдения? Либо мы играем в одну игру, либо я действую по своему плану.

– Ишь чего захотел! – гнусаво ответил скрипучий голос. – Все ваши переговоры должны быть записаны, чтобы мы могли без спешки ознакомиться ними.

– Правда? – не без детской наивности поинтересовался я. – А если мы будем разговаривать на пальцах?

– Как это? – удивился скрипун.

Я продемонстрировал жесты, похожие на язык глухонемых, чем мы увлекались в школе. Затем заговорил на шифрованном языке, в котором к каждому слогу прибавляется суффикс в соответствующем склонении. Например, «ноша» зазвучала так: «норохо шараха».

– Но-но! – возмутился скрипун и, добавив строгости, объявил. – Никакого вольнодумства.

Я развел руками.

– Вы совсем как мои наставники на Марсе. Слова в простоте сказать нельзя.

– А что у вас на Марсе?

– Академия космонавтики, овладения цифровыми системами, обучения полетам и выживанию в космосе. Много чего еще…

Наступила тишина.

Я подождал несколько минут и, не дождавшись ответа, снова вернулся в шаттл.

В этот момент раздался уже другой, без всякого скрипа, но все так же тягучий голос.

– Можете пользоваться обычной речью.

* * *

С той минуты я практически не спал – совещался с ИИ.

Каюта, куда я заходил отдыхать, была напрочь перекрыта от любого подслушивания – искусственный «разум» постарался. Здесь мы, не торопясь, до тонкостей разобрали сценарий «бегства в соседнюю вселенную».

Мне даже позволяли выходить из отсека, где томился Дружок и куда по моей настойчивой просьбе перевели Ходжу Насреддина (видно, с надеждой, что лишнее ухо еще никому не помешало).

С местным култухом я тоже вскоре нашел общий язык.

Однако ненадолго…

Спустя неделю арзонты решили забрать Ходжу. Я попытался выяснить, с какой целью нас пытаются разлучить?

Ответ был до наивности бесхитростен.

– У нас существует правило – местных култухов на борту не держать. Тем более, от этого мало толку. Неужели вы не слыхали, что этот нижняк вообще является проходимцем из проходимцев. В крайнем случае, его можно будет перевести в разряд «черных плащей».

– Куда перевести? – изумился я.

– В службу охраны. В «черные плащи». Это проще простого, никакой боли. Ему сделают простенькую операцию – вырежут память и еще несколько отделов мозга – и будет он служить как миленький.

Я испугался.

– С чего вы решили, что имеете право распоряжаться моим подручным, с которым мы перед походом заключили соглашение. На каком основании вы пытаетесь без моего согласия перевести его в разряд местной службы безопасности, к тому же с помощью