Ло. Подарок для принцессы - Лолита Моро

Я задумчиво подошла к консоли между высоким окном и креслом. Там сразу обнаружились патроны для револьвера. Валялись россыпью и запросто в неплотно задвинутом ящике. Я зачерпнула полную пригоршню. Зарядила барабан, остальное ссыпала в карман на правой штанине. С правой руки я стреляю быстрее. Где Эспо взял окровавленный кинжал? Нашел? Тревожное ощущение недоделанности прочно застряло во мне. Я вернулась было к секретеру.

Но тут с улицы раздались свист и мяуканье клаксона. Я торопливо побежала на зов. Не хотелось бы, чтобы мои бородатые приятели разбудили господина советника. Почему он мне про кинжал не рассказал?

Глава 15

Есаул

— Дом, милый дом, — сказал Падди с ностальгической улыбкой. Я раскашлялась и открыла глаза и уши шире.

Над пустыней гремел рев моторов и колыхалась пыль столбами. Я выглянула из-за плеча ирландца. Бивень, Чудь, Злой и еще с десяток парней, которых я не знаю. Все на тяжелых любимых аппаратах и с барышнями в обозе. На заднем сиденье или в прицепной люльке. Дамы имели очумительные бюсты, юбки, шорты и майки под самый корень, а то и выше всех корней. Макияж их сугубо жёг в самое сердце. Про нательную роспись молчу. А уж про возраст…

Байкерши в ответном внимании не сводили с меня офигительных глаз. Пытались постигнуть: кто, зачем? Впрочем, через пару минут их внимание увлекли другие картинки шоу.

А шоу было. Впереди на подсвеченной синими фонарями сцене люди с гитарами вопили в микрофоны что-то как бы музыкальное. По бокам в серебристых сетчатых шарах крутились спецы по вертикальным гонкам. Скоро я поняла, что попробовать свои силы может любой. Но трескучая езда кругами по стенке меня не манила. В низком небе висели и небыстро передвигались раннеры и ховербайки. Плавали, зудя почти беззвучным турбоэфиром, по большому кругу над головами собратьев. Я испытала жгучий приступ зависти. Уж я бы полетала. Уж я бы показала, как надо.

Где-то в середине грохочущего скопления людей и машин что-то затевалось. Я определенно чуяла в остывающей пыли возбуждение, азарт и ожидание необыкновенного. Возможно, что даже чуда.

— Хочу туда! — крикнула я в ухо рыжему приятелю.

— Никогда! Нечего тебе там делать, Стручок, как пить дать затопчут маленького, и я не пойду, — тут же распорядился Падди.

Я легко снялась с его байка. У меня длинные ноги. Засунула руки по локоть в карманы. Ощупала наган. Пфф! Что он о себе возомнил? Обойдусь! Пешком прогуляюсь.

— Ладно, — вдруг открыл рот молчаливый Чудь. Слез со своего видавшего по жизни все виды ховера. На правой скуле заслуженного аппарата имелась ручка джойстика. Для полетов на короткие расстояния. Оч-чень неплохо! — езжай, Стручок! Но гляди! Если лошадку мою угробишь, назад лучше не возвращайся!

Я чмокнула его в небритую щеку. Не удержалась. Мужики загоготали. Чудь ухмылялся в прокуренные усы. Я дала звучно газку и встроилась в ревущий поток.

— Да неужели! — услышала за спиной знакомый голос.

Я обернулась. Перед моим взором открылась в свете прожекторов и пыльных столбов роскошнейшая пара. Человек и байк. Ромка Есаул собственной персоной. Неизменная норка на голое тело, лиловые атласные штаны, ботфорты. Золотые цацки везде. На шее, на пальцах, во рту. Глаз горит черный цыганский. А сидит он! Мать честная, как приговаривает побратим Ваня, на чудо-ховере самого Асланбека. На том самом, что сам угонщиков арестовывает.

— Привет, Ло! — Роман улыбался от уха до уха, — променяла преподобного Августа на аппарат? Продешевила ты, эх, продешевила! Где раздобыла такое додревнее чудовище, девочка?

— Привет, Есаул! — я была рада встрече не меньше, — я взяла ховер покататься у хорошего человека, а вот ты как свой байк раздобыл? Знаешь, какие он чудеса умеет вытворять?

— Больше не умеет, не переживай! — хохотал пират. Разглядывал блестящими глазами меня беззастенчиво. Нам приходилось здорово орать, чтобы услышать друг друга. — Ответь мне, дорогая, ты ходишь на балы?

Я чуяла подвох в неожиданном вопросе, но не могла сообразить какой.

— Нет. Стараюсь не ходить, — призналась неохотно, крикнула — а что? Хочешь пригласить?

— Ни боже мой! — красавчик флибустьер беззвучно оторвал мощный аппарат на полметра от песка и облетел меня по кругу, — я просто хотел увидеть тебя в платье, Ло. Значит, ты рассталась с его преосвященством?

— А тебе, что за дело

Я вертелась в седле. Есаул пошел на второй круг. Ухмылялся. На нас обращали внимание. Главным образом, на супер-агрегат Великого кади. Я помнила о камере на руле. Интересно, работает?

— Ты где такой неслабый аппарат раздобыл, Рома? — интересно!

— А, — есаул ожидаемо махнул небрежно ладошкой, — где он был, там его уже нет. Мне нравится, как ты меня называешь, девочка эйч-ви. Роооомааа.

Он смеялся и летал кругами.

— Эй ты! В лиловых штанах, — прогремел хриплый бас.

На наш пятачок вплыл громадный детина, заросший по самые глаза диким волосом, на расписной машине с жуткими пищалками в дюжине хромированных труб под днищем. Уши сразу заложило. Свист и рев перекрыли звуки шоу.

Его бригада немо открывала и закрывала рты. Судя по артикуляции, выражала простонародно свои чувства. Наконец бородатый шлепнулся наземь и заглушил движки. Гитарные оркестровые звуки, терзавшие раньше мой несчастный слух, сразу сделались райской музыкой.

Здоровяк без обиняков стал кидать пирату заводки-подначки местного розлива. Типа, давай, кто быстрее, выше, толще и ваще!

— Давай зацепимся задними мостами, кто кого пересилит! Или ты на задок проседаешь, Лиловый?

Команда поддержала немудрящую шутку предводителя счастливым гоготом.

Есаул цыкнул, обнажив золотую фиксу на клыке. Оперся локтем о рулевую дугу, голову на кулак опустил. Вроде как, задумался. Тряхнул черными кудрями и дредами.

И тут Неназываемый потянул меня за язык:

— Ты как насчет плоского штопора, Борода?

— Чево? — большой байкер заозирался, — кто пищит? Не вижу!

Я залезла с ногами на сиденье ховера и выпрямилась во весь рост. Улыбнулась во весь рот:

— Ну? Как тебе? Потянешь хоть один оборот? Или на передок просел, Борода?

— Это чо за предъява? Чья маруся? — мужчина продолжал вертеть головой. — кто ответ держать будет?

— Да какая тебе разница? — громко смеялась я. Всем слышно и обидно. — слабо тебе сделать два витка на плоском штопоре, мужик?

Его сотоварищи оглядывались по сторонам, честно пытались обнаружить моих людей. По одиночке тут ходить не принято. Сам за себя тут стоит только капер Романов, да и то не факт.

— Ни хрена у тебя не выйдет, девочка, — выступил Рома и добавил весомо, — у твоего драндулета мощи не хватит.

Он чуть подмигнул. Повел свою игру. И сразу