Аспид на крыльях ночи - Павел Николаевич Корнев

покрывался чешуйчатым оперением, а вот когда из набухшего за спиной горба рывком выпростались крылья, упустил изменения, и голову стиснуло и оплело, вроде как даже — изменило. Что-то стало не так, но всё это — внешне. Внутри я остался самим собой. Не утратил контроля над телом и разумом, не переродился, не обратился.

— Ух… — выдохнул низким, глубоким и самую малость скрипучим голосом, подвигал из стороны в сторону нижней челюстью и ощутил непонятное сопротивление.

Тогда осторожно ощупал когтистыми лапами голову и обнаружил, что та тоже обросла магической плотью и покрылась чешуйчатым оперением, а рот заполнили бессчётные иглы клыков, но это всё — не моё. И настоящие зубы — глубже, вторым рядом.

Всё кругом виделось мутным, расплывчатым и нечётким, а моргнул, и ещё даже раньше моих настоящих век сомкнулись внешние — те облепили прикрывавшие глаза прозрачные пузыри, очистили их и самую малость смочили, вновь вернув былую остроту зрения, а в полумраке я так и вовсе стал видеть несказанно лучше прежнего.

Взглянул на Ночемира, и тот поцокал языком.

— Ну и урод же ты, братец Лысый! — с ехидной ухмылочкой выдал аспирант. — Одно слово: аспид!

— Сам ты аспид! — обиделся я и раздражённо распахнул крылья. — Я…

— Аспид на крыльях ночи! — заржал ассистент профессора Чернояра.

— Тьфу на тебя! — сплюнул я под ноги, и слюна зашипела на пыльном полу. — Скажи лучше: сильно я на демоническое отродье похож?

— Понимающий человек не спутает, но могут и вдарить случайно.

Я выругался и осторожно-осторожно прикоснулся к прозрачному внешнему веку, но пузырь оказался чрезвычайно прочен, и чёрный коготь с него соскользнул.

Ха! Теперь бы тот драный огневик так легко поджарить меня не смог!

Или всё же смог бы?

Сомнения ворохнулись в душе неуютным холодком, да ещё Ночемир выставил перед собой раскрытые ладони и потребовал:

— Ставь завесу мрака!

Возможности отказаться он мне попросту не оставил, а только я прикрылся чернильной кляксой барьера, как в него ударил огненный луч. Щит разлетелся клочьями черноты, дальше боевой аркан угодил в меня и сбил с ног, чешуя на груди испарилась, а магическая плоть вспыхнула, начала пузыриться и прогорать в прах, но я отбросил себя в сторону крыльями ночи, а подловивший меня неожиданной атакой аспирант не довернул рук и не продолжил поливать огнём, дал возможность встать.

— И это всё, на что ты способен? Смешно!

Если Ночемир хотел раззадорить, ему это не удалось. Я даже неприличным жестом отвечать не стал, молча поднялся и приготовился отбивать атакующие чары, ясно отдавая себе отчёт в том, что пока что ничего мне объяснять не собираются.

И — вспыхнуло!

На сей раз я не стал принимать огненный луч на барьер, я его этим барьером отбил. Отмахнулся щитом, заставив огненный луч на краткий миг вильнуть, и ушёл из-под удара, вот только поправить прицел — пара пустяков, что давеча мне на Пристани и продемонстрировали.

— Ну, брат Серый, ну ты чего? — даже руками развёл Ночемир. — Это же чары постоянного действия, а не копьё! Ставь барьер под углом и отклоняй! Давай!

Я попробовал, и — получилось! Вроде как — да.

Искажённый луч побежал по стене, начисто спалив всю покрывавшую её паутину, но почти сразу защитное заклинание, несмотря на все мои потуги укрепить его, прогорело и порвалось. Атакующий аркан стеганул по плечу и крутанул, но на сей раз я к подобному исходу оказался готов и отбросил себя в сторону.

— Ещё! — азартно крикнул Ночемир, и мы повторили раз, другой и третий, но ровно с тем же результатом: тьма не выдерживала напора огня, а защитное заклинание, в основу которого я положил кровавую руку, хоть и продержалось чуть дольше, но едва ли за это время мне удалось бы сократить дистанцию и навязать противнику ближний бой.

— Досадно! — признал Ночемир. — Будь у тебя хоть какая-то склонность к оранжу, можно было бы использовать сродство стихий, а так недостаёт ёмкости щита.

— Сделать его толще? — спросил я.

Аспирант покачал головой.

— Не поможет. — После уточнил: — Знаешь, что такое бур?

— Имею представление, — кивнул я. — А что?

— Сделай бур с четырьмя гранями зеркальной черноты, запитывай каждую через отдельный излив и раскручивай, чтобы рабочие стороны постоянно менялись и успевали восстанавливаться. И самое главное: они должны не гасить удар, а лишь отражать его.

Я озадаченно хмыкнул, но сразу решил, что аркан отчасти схож с кровавым гарпуном, разве что придавать вращение ему придётся не за счёт движения по оправе, а через смещение силового потока по обручам.

В итоге заклинание получилось создать с первой же попытки, но Ночемир поглядел на него и велел переделывать.

— Нужен упор на стабилизацию! — потребовал он. — Иначе разлетится!

В комбинировании приказов я разбирался далеко не лучшим образом, но в итоге всё же составил работоспособную схему. Правда, пришлось внести с десяток правок, прежде чем Ночемир решил проверить полученный результат на огненном луче.

И — засверкал оранж, начал расплёскиваться во все стороны!

— Быстрее! — азартно крикнул ассистент профессора Чернояра. — Укрепляй!

Собственно, на этом всё и закончилось, поскольку заклинание я под контролем не удержал — ещё и сам едва успел выйти из-под удара. Но принцип понял, и пусть в следующие два раза продержался лишь немногим дольше, но и этого с лихвой хватило бы, чтобы сблизиться с противником и задействовать один из своих козырей.

— Ладно! — заявил в итоге Ночемир. — С этим дальше сам. А теперь оценим твою огнестойкость!

— На кой чёрт? — удивился я.

— Рот закрой — это теперь у тебя самое уязвимое место! — шикнул на меня аспирант. — Как худо станет, мыслеречью знак дашь.

Больше он мне и слова вымолвить не позволил, отправив вперёд волну лютого жара. Я прикрылся защитным барьером, но его тотчас снесло. Шквал оранжа омыл и попытался спалить — да и спалил бы, не начни я спешно вливать в аркан доспеха небесную силу. Но и так оперение сожгло, а магическая плоть начала не прогорать даже, а закипать. Стало душно и жарко, я сообразил, что вот-вот и запекусь заживо, спешно надавил на бившую из Ночемира энергию своей волей, а затем присовокупил к ней ещё и обжигающую ауру. Заклубившееся вокруг проклятое пламя разом ослабило натиск оранжевого огня, и тогда Ночемир швырнул