Князь Медведев. Дело рода - Вячеслав Николаевич Уточкин

Серафима среагировала мгновенно. Секунда — и она уже у выхода, пистолет наведён на оживший труп.

Мы с Плутархом заняли позиции у противоположных стен. Секира у него, у меня — Ухнеб и Вамп.

Тело рваным рывком село. Мутно-белые глаза бывшего бойца пробежались по комнате и остановились на мне. Синие потрескавшиеся губы раздвинулись в улыбке, обнажая потемневшие у корней зубы.

Дёргаясь, как марионетка в неумелых руках, мертвец поднял руку и указал на меня пальцем.

Глава 13

Прокол

Мертвец прохрипел:

— Ассоциация Миров Некрополиса уведомляет. Князь Медведев объявлен личным врагом Ассоциации. За его голову назначена награда. Сто золотых червонцев и зелье повышения ранга на пять ступеней.

— А чего так дёшево? — возмутился я.

Повисла пауза. Даже мертвец, кажется, не ожидал такой реакции.

— Передай своим хозяевам встречное предложение, — вспомнив про свою «безлимитную» карту с межмирового рынка, сказал я. — Тысяча золотых червонцев за голову следующего резидента Ассоциации, который сунется ко мне.

Мертвец захрипел что-то неразборчивое и обмяк. Окончательно на этот раз.

Серафима прострелила ему голову. Для гарантии. Потом устало опустила руку.

— Источника нет. Бойцы чуть живы. Купол, очевидно, не вечен, — её голос был мёртвым от усталости. — А тут ты устраиваешь торги с трупами. Бред! Бесит.

Я тяжело вздохнул:

— Есть идея.

— То есть ты считаешь, что не всё потеряно? — Плутарх уставился на меня неверящим взглядом.

— Вот не понимаю я вашего пессимизма, — произнёс я, выходя из арсенала и направляясь к зданию, так похожему изнутри на замки Стел.

По дороге к нему я невольно задрал голову. Купол Люция дрожал и переливался, как мыльный пузырь.

Тварей стало больше. Заметно больше.

Основную массу составляли существа, напоминающие лис. Как если бы какой-нибудь безумный химеролог скрестил лису с акулой и забыл выключить рост челюсти. Пасти у них раскрывались на сто восемьдесят градусов, обнажая три ряда треугольных зубов. Твари карабкались по куполу, срывались, снова лезли. Самые упёртые висели, вцепившись зубами в мерцающую поверхность, и мотали головами, пытаясь прогрызть дыру.

Одна из лис почувствовала мой взгляд и ударилась о купол всем телом. Волна прошла по поверхности. Зубастая пасть распахнулась так, что голова, казалось, вывернулась наизнанку.

Я помахал ей рукой и продолжил путь.

Сферическое здание встретило распахнутой дверью. Внутри ничего не изменилось. Каменные стены, земляной пол, куча серо-чёрного песка на постаменте. Серый шарик лежал там же на полу.

Но пришёл я не за ним.

Я вызвал из инвентаря первокамень.

Ещё при получении задания Стела упоминала пещеру. Но, стоя в здании, которое по планировке один в один повторяло замки Стел, я решил рискнуть, хоть это и не пещера. Не все предположения Стелы верны на сто процентов. На то они и предположения.

Тяжёлый угловатый предмет лёг в ладони. Я чуть ли не физически почувствовал, как облегчился инвентарь. Эта небольшая штука занимала столько места, что внутреннему хомяку приходилось спать, поджав лапы.

Положил первокамень на постамент. Туда, где раньше лежал серый шар.

Секунду ничего не происходило.

Потом первокамень дрогнул. Мелко, едва заметно, как переговорник на вибрации. Вибрация усилилась. Камень просел в постамент, будто его засасывало. Песок вокруг ожил, потёк к нему спиралью.

Постепенно начала расти Стела.

Стелы, с которыми я сталкивался ранее, — мощные, гладкие, излучающие спокойную силу. Эта была какая-то недоделанная и без острой верхушки.

Я ждал привычного контакта. Того ощущения, когда Стела касается сознания — тёплого, объёмного, с отголосками чужого разума. Как при встрече с ней в замке при Академии.

Вместо этого в голове загудел механический голос:

Идентификация: Михаил Медведев.

Статус: подтверждён.

Канал связи: ограничен.

Голос, если это можно назвать голосом, словно зачитывал вслух протокол. Никакого интеллекта и глубины. Такой базовый автоответчик.

Подключение к основной сети: невозможно.

Причина: конфликт зон влияния.

На территории данной точки обнаружен активный прокол.

Прокол блокирует синхронизацию.

Понятно. Конечно же, это не могло быть так просто!

— Можешь помочь нам выбраться из аномалии? — спросил я вслух.

Оказание помощи и выдача задания-вознаграждения

возможны после устранения прокола.

Требование: полная ликвидация прокола в зоне действия данной Стелы.

Понятно. Сначала поработай — потом поговорим. Стандартная схема. Даже сломанная Стела торгуется со мной так, словно её Люций покусал.

— Где прокол?

Локализация: область объекта «столовая».

Точные координаты отсутствуют.

Глубина и конфигурация неизвестны.

Рекомендация: провести разведку.

Столовая. Та самая, где покойный повар-каннибал кормил гостей гостями. Прокол прямо под ней. Может, он туда даже наведывался за коллекцией своих ингредиентов.

Повтор: устранение прокола — обязательное условие

для активации полного функционала.

До выполнения условия возможности данной точки

ограничены информационным минимумом.

Стела замолчала.

Информационный минимум. Даже калькулятор у меня на столе в прошлой жизни был разговорчивее.

Я постоял, глядя на Стелу. Потом перевёл взгляд на серый шарик, лежащий на полу.

Присел. Осторожно поднёс к нему руку. Теперь никакого ощущения опасности. На ощупь тёплый и гладкий. Будто морской камешек, нагретый солнцем. Точная копия камешка на крышке найденного поисковика. Связь между ними очевидна, а вот какая — большой вопрос.

Ладно, места в инвентаре теперь много. Убрал этот шарик. Внутренний хомяк довольно потёр лапки и свернулся калачиком на свободной полке.

Решено! Буду собирать всё, что кажется полезным. Порадую своего грызуна.

Я вышел из здания.

У входа стояли Плутарх и Серафима. Плутарх с секирой на плече. Серафима бледная, с прямой спиной, изображающая бодрость, в которую не верила сама. Оба смотрели на кишащий тварями купол.

Плутарх посмотрел на меня:

— Ну что?

— План А не сработал, — сообщил я. — Переходим к плану Б.

Плутарх застонал.

— Неужели ты придумал что-то более ужасное, чем гибель от аномальных тварей?

— Не бурчи, — одёрнула его Серафима. — Он просто делает вид, что у нас есть варианты.

Она с вопросом взглянула на меня.

— Пойдёмте поедим, — я кивнул в сторону столовой. — А потом поищем там прокол, закроем его — и будет нам счастье.

Открывшего было рот Плутарха осадила Серафима:

— Помолчи. Бесит.

Через пять минут, пробравшись между трупами аномальных тварей, которых егеря успели уничтожить до установки купола, мы вошли в столовую.

Учуяв запах еды, мой желудок издал боевой клич.

Тайво успел накрыть праздничный стол. Настораживало одно — все блюда были из финской национальной кухни.

Парила сливочная уха — густая, почти белая. Рядом лежали карельские пирожки с яичным маслом. На большом блюде чернела кровяная колбаса с брусникой, очень подозрительная на вид. Миска сельди в