Псалом дробовика - Харитон Байконурович Мамбурин

— Ты скинул на меня всех. Юки, Норму, Эрику и альва. А сам играешься с развратной монашкой в… развратную монашку!

Это было почти правдой. Марий постоянно норовил улизнуть в неизвестном направлении, тратя там почти всё свое свободное время. Ну мы-то понимали, какое это направление, хотя задавались вопросами, каким медом там ему намазано. Частично это теперь было известно, но понять — это разве простить?

В итоге метателя медоедов и бывшего отличника удалось подписать на нормальную боевую подготовку для Широсаки, которая до сих пор была почти гражданской. Наработанных рефлексов у неё не было, а мой опыт не особо годился для подготовки этой девушки. Тут нужен был лидер — и я его получил. С потрохами и по дешевке. Всё-таки, ужас анимешника такой удобный…

Можно было ехать домой.

Следующие несколько дней оказались странными. На нас пытались выйти якудза с весьма сомнительными заказами, сразу два клана. Прикрывшись Кси Тинг и занятостью, Гритт отказал, подозревая, что японцам нужно совершенно другое, а именно — наша кицуне. Частично его мысли были оправданы ненавязчивым наблюдением со стороны, которые засекли камеры Алебастра, а затем хакер, решивший получше разобраться в деле, начал проверять, что там с семьей Аокидзи, сына которой увезли в Центральный офис.

И обнаружил сочный скандал.

Нечеловеческие жители островного государства возбухтели всем своим составом, упирая на неуважение к их укладам и традициям, а также посягательстве на священные права. В ответ Инквизиция крутила пальцем у виска, спрашивая «какие, в жопу, священные права, уклады и традиции?». Сообщество кицуне и тануки гордо отвечало «наши!», на что получало очень обидный с их точки зрения ответ «вот сами и соблюдайте, пока исполняете наши правила, одинаковые для всех. Но сначала — правила, а потом ваши погремушки». Откровенного пренебрежения никто себе не позволял, но японские нелюди, чувствующие, что лишь портят воздух, очень сильно страдали из-за внезапно и публично опущенной самооценки.

— Продолжающей опускаться, — уточнил наш чернокожий хакер, медленно вращаясь на стуле, — Как мы и предполагали — порку сделали публичной. Нелюди Японии чересчур пропитались духом старой аристократии этой страны и возомнили о себе чересчур многое, теперь их наказывают.

— Это может вызвать проблемы, — кивнул Марий, переглядываясь со мной, — Юки, больше одна из дома не выходишь. Хотя у тебя и не будет на это времени.

— Я хочу знать, зачем им нужна! — согласившись, заявила юная японка.

— Мы выясним, — погладила её по встопорщенным волосам Эрика, — Но пока нужно разобраться с текучкой.

«Текучка» из себя представляла застрявшее дело с проклятием, переданное целиком и полностью на людей Цурье. Нашей заботой они оставили лишь мониторинг Старого города, что уже было немало. Кроме этого, пришли новости из лабораторий Сингапура, где проверили, кажется, каждую молекулу в свинцовом саркофаге великого господаря, убедительно доказав корчащемуся от неудобства Ватикану, что если какой-то вампир и лежал в этом гробу, то весьма недолго, даже подушка не успела нагреться. Анализ останков и прочего содержимого свинцового гроба убедительно доказывал, что человек, помещенный в эту домовину, быстро и решительно задохнулся, оставшись, при этом, самым обычным человеком неясного происхождения.

Подобный выверт истории тут же резко понизил актуальность миссии католиков в Апсародае, что тут же сказалось на поведении кардинала Рома — тот принялся куда усерднее искать похитителей себя любимого, махнув рукой на собственную команду, но строжайшим образом запретив тем разглашать хоть какие-нибудь сведения не только насчет их текущей миссии, но даже подробности жизни в Апсародае. Те кое-как готовились к новому, куда более долгому заплыву к древнему затонувшему кораблю, справляясь только за счет гида, нанятого через Кси Тинг.

Гритту теперь было нужно отслеживать телодвижения нанятых кардиналом людей, чтобы те случайно не вышли…

— … на Агнешку, — удовлетворенно кивнул я, — Рад, что ваши с ней отношения достигли стадии, когда женщина начинает приносить в дом проблемы.

— Что за шовинизм? — недовольно поинтересовалась Эрика, тут же перебив сама себя, — Стоп! Так это монахини сперли кардинала?!!

— Ну а кто же еще? — удивился я, глядя на ошеломленную вампирессу, — Местным нужно было спрятать кучу концов в воду, Рома приперся чересчур внезапно, чтобы тут же напрячь местную общину наших совершенно невинных подруг во Христе. У них просто выхода другого не было, только похищение через подставных лиц. А теперь Марий следит, чтобы на этих лиц не вышли люди кардинала.

— Скорее я слежу, чем он, но, в принципе, всё верно, — кивнул Алебастр, — Не найдут. Монашки неплохо всё организовали, несмотря на дефицит времени. Видимо, есть богатый опыт.

Совещание прервал звонок мобильника у нашей не очень зубастой брюнетки, это была рыжая Момо. Коротышка хотела людей «подсобить» на деловой разговор между своим одноглазым возлюбленным и русскими попами. В качестве страховки. Видимо, была под впечатлением от их острой реакции на свой врыв в храм и предпочла иметь пару стволов в запасе. Вызвались мы с Эрикой, не ожидая каких-либо проблем… и их действительно не последовало. Православные вояки, будучи железно уверенными, что мы в них стрелять не будем, спокойно общались с одноглазым Ла Диспензой, торгуясь за цену каких-то довольно старых, но очень и очень неплохих приборов ночного видения, которые собирались впарить мексиканцу оптом. Мы же с Момо стояли, болтая, в основном, о новом члене их семьи, который, что удивительно, прижился, хоть и исправно кошмарил соседей.

— Я вас не для этого позвала, — когда русские с Сильвио пошли смотреть товар, призналась Момо, пристально глядя на меня, — Петр, тут чертовщина творится. Я помню, ты Мбанге чуть ли не в жопу заглядывал, вот и решила… ну, не знаю. Посоветоваться? Срочно.

— Подробнее, подруга, — хмыкнула Хатсбург, слегка пихая мелкую взрывницу бедром в плечо, — И бабки за вызов вы заплатите!

— Базара нет, — махнула та гривой, — А подробнее… чё подробнее. Дорогому уже две ночи снится какое-то говно… И не просто снится…

— Опа, — мы с вампирессой переглянулись, что никак не могло пройти мимо внимания пялящейся на нас девчонки.

— Можете… помочь? — она сжала кулачки.

Помочь мы могли. Та самая универсальная инквизиторская техника, которой я заблокировал выдохшегося, но очень и очень сильного духа в пещере, прекрасно подходила для «обнуления» любого сверхъестественного воздействия. Однако, она из себя представляла чертову кучу символов, нанесенных на разные поверхности, а эту мазню обычные люди видеть не