Дело о разбитом сердце - Наталия Журавликова

До обеда я так и не услышала ничего интересного для себя, хотя присутствующие активно что-то обсуждали. Нас распустили перекусить, а после перерыва всех ждали на увлекательных мастер-классах, их проводилось целых четыре параллельно в разных аудиториях, чтобы не было толкучки. Ни в одном из них не участвовали Рихтеры, поэтому можно выбирать по интересам.

Вот об этих интересах мы неожиданно поспорили за чечевичным супом.

— Я иду на «Воздействие ядов на неживые объекты», — заявил Матиас.

— Неживые? Какой смысл? — ощетинилась я, понимая, что мне тоже придется тащиться с подозреваемым. — Отрава никак не действует на камни!

— Отчего же? Меняется цвет, а иногда даже структура и свойства предметов! — кинулся отстаивать свою позицию Колер. — Это используется в промышленности, для обработки кожи, например.

— Но это же скучно! — возмутилась я. — Чем вас не устраивает, например, «Определение ядов»? Куда как веселее! Будем проводить опыты, чтобы установить вещество. Как на уроках химии.

— На уроках чего? — удивился Матиас.

Понятно, химии тут тоже нет. Или она называется как-то по-другому.

— Знаете, иногда мне хочется, чтобы вы не излечивались до конца от воздействия квалинха, — вдруг заявил мой подозреваемый, — эта отрава сделала ваш характер несколько человечнее.

Эти слова меня смутили, я поспешила спрятаться в своем супе, чуть не нырнув носом за ложкой.

— Вы готовы вернуть мне мою программку? — над нашим столиком выросла донна Роза.

— Да, пожалуйста, — кивнула я, протягивая ей секретное послание.

— И чего вы за одну бумажку ухватились? — удивился Матиас, — тетушка, я вам достану еще пять таких программок, оставьте Бренде ее экземпляр. Она его весь исчеркала.

— Мне нужно срочно! — заявила донна Роза. — А ты можешь раздобыть новую для своей спутницы.

Выхватив компромат, находчивая родственница Матиаса гордо удалилась. Итак, мои вопросы переданы в нужные руки. Теперь нужно не зевать, чтобы услышать на них ответы.

— Знаете, пожалуй, соглашусь с вами, — поразмыслив, сообщил подозреваемый, переходя к стейку, — ваш мастер-класс увлекательнее. Пойдем на опыты.

Мастер-класс «Определение ядов» вела милая женщина, очень похожая на бабулю из рекламной кампании одного крупного бренда, который производит молочную продукцию.

Пучок седых волос, круглые очки и такой же формы добродушное лицо. Мне на секунду показалось, что мы будем яды искать в сметане или кефире.

— Меня зовут Вероника Арчибоновна, — представилась «бабуля». Наличие в некоторых именах отчества стало для меня в этом мире откровением.

— Я — магистр кафедры магических ядов университета исследования природных веществ.

Звучало солидно, я прониклась.

— Вставайте за стол, — Вероника Арчибоновна сделала приглашающий жест.

Мастер-класс проходил в небольшой аудитории, посреди которой располагался длинный стол с кучей емкостей. Тарелочки, весы, что-то похожее на чашки Петри, миски с какими-то камнями. А еще — графины с напитками и блюда с печеньем, мармеладом и бутербродами.

— У нас тут пять видов отравы, — приветливо объясняла магистр, — я подмешала ее во все эти продукты. Так что, угощаться не советую. Разве что мы успеем добежать в пятнадцатую аудиторию, где рассказывают об антидотах. Им практика не повредит.

Наши коллеги по мастер-классу неуверенно засмеялись. А один мужчина, который неприметно тянул руку к вазочке с безешками, поспешно отошел от стола.

Всего нас тут собралось около двадцати человек. Вероника Арчибоновна разместила всех по обеим сторонам стола, мы растянулись довольно комфортно.

Нам выдали перчатки, огромные лупы с толстыми стеклами, предметные стекла и кучу реактивов.

Магистр объяснила, что от каждого продукта или напитка нужно брать небольшой фрагмент или несколько капель и погружать в разные определители ядов. А потом смотреть, какой цвет получится. Так и будет понятно, что за отрава подмешана в ту или иную вкусняшку.

Увлекательное занятие, на самом деле. Я втянулась быстро. Главная задача — найти все пять присутствующих на столе ядов.

Три я нашла довольно-таки оперативно. А потом они начали повторяться. Украдкой я поглядывала на Матиаса, и когда увидела, что у него появился новый цвет, жадно повела носом, надеясь унюхать продукт, из которого он получил неизвестный мне пока яд.

А этот стервец, заметив, что я пытаюсь подсмотреть, еще и принялся прикрывать результат своих исследований!

— Милочка, не нужно нервничать, — подбодрила меня Вероника Арчибоновна, — позвольте, сделаю вам небольшую подсказку, а то вы аж взопрели.

Стыд какой! Где хваленая выдержка Бренды? Я тут заморозить всех должна, а не полыхать, покрываясь потом.

Я молча кивнула.

— Как мне удалось понять, вы пробуете по разу из одной группы продуктов. То есть, если уже проверили овсяное печенье, во второй раз его не возьмете. А вдруг там больше одной улики?

И веселая старушка озорно мне подмигнула.

Так вот, в чем секрет!

Используя эту подсказку, я успела найти остальные яды до окончания мастер-класса. И увидела с некоторым разочарованием, что Матиас тоже справился.

Я хотела его поразить? Похоже на то.

Когда мы пошли обратно в лекционный зал, я размышляла о словах, сказанных магистром. А вдруг там больше одной улики?

Что, если это можно применить и к материалам дела, которые я уже просмотрела? После следующей лекции у нас был большой перерыв на два с половиной часа, и мы разбрелись по своим комнатам. Хотелось сесть, вытянув ноги, и ни о чем не думать.

Но я, вдохновленная Вероникой Арчибоновной, решила пробежаться повторно по уликам, которые прихватила с собой. Мне удалось утащить, в том числе, самопрезентации Новес, Колера и Хомера. Да, я их уже подготовила было для Лафера, чтобы он вернул документы обратно в департамент, но в последний момент забрала себе обратно. Хоть и не видела в этом особого смысла. Я уже знала, что Жерардина свою работу написала под давлением жертвы. И что бред Матиаса Колера не мог быть ответом на шантаж, так как потом наш красавчик вел себя слишком уж вызывающе. Так что, можно забыть об этих недоуликах. Но я решила вдруг попробовать взять еще одну печеньку из той же тарелочки.

— Что вы такое смотрите? — полюбопытствовал Матиас, который валялся на соседней кровати.

— Материалы дела, — сурово отбрила я его, — совершенно секретно!

— И почему у этих материалов печати нашего ведомства?

Пришлось пояснить, что я взяла с собой их планы развития отдела. А заодно уточнила:

— Вы уверены, что свою работу писали по своей воле?

— Конечно, — удивился Матиас, — я готовил ее за полгода до того, как она могла потребоваться. Предвидел, что место освободится и у меня есть шансы его занять. Изучал полезные статьи по управлению небольшими коллективами, книги по развитию отделов и предприятий. Так что писать мне ее было нетрудно. До сих пор слабо верю,