Дело о разбитом сердце - Наталия Журавликова

У меня появилась возможность оценить его мужественный парфюм и крепость рук. А в один момент, когда Лиза слишком интенсивно меня буксировала, я подпрыгнула и коснулась краем лба его подбородка. Слегка колючего и теплого. Было в этом нечто непередаваемо-интимное.

Дангутан семенил между нашими ногами, отчего мы по очереди, а то и все сразу, спотыкались.

— Шипси, ты не помогаешь! — делала питомцу внушение Елизавета неожиданно строгим тоном.

Я прикинула, что пугающая донна Роза Рихтер должна быть ее свекровью. Не позавидуешь девочке в розовом. Интересно, муж у нее на мамочку похож или подавлен ее грозной личностью еще в детстве, как обычно бывает?

Путаясь в ногах, мыслях и ощущениях, я, наконец, добралась до лазарета, с помощью сопровождающих, или вопреки ей.

Я ожидала увидеть целителя, похожего на доктора Айболита. Но попала в декорации «Скорой помощи» времен Джоржа Клуни.

Очаровательный лекарь с улыбкой сердцееда уложил меня с порога. Буквально. На кушеточку. Правда, сначала он хотел это провернуть с Елизаветой, но она испуганно отказалась. Сообщила, что пациентка — я.

Клуни едва слышно вздохнул и попросил родственников подождать больную за дверью.

— Нельзя за дверью, — возразила я уже с кушетки, — он от меня может сбежать. Я его охраняю.

Лиза упорхнула, а Матиас остался, чтоб я могла дальше за ним присматривать. Он скромненько присел на стул посетителя. Будто моя мама у врача.

— Как давно вы имели контакт? — деловито спросил лекарь.

— У нас нет контактов! — возмутилась я. — Он мой подозреваемый, а я детектив.

— Ваши ролевые игры весьма интересны, но сейчас я имел в виду квалинха, — тепло улыбнулся «доктор Клуни», — госпожа Рихтер-младшая сказала, что проблема в этом.

Точно. Лиза успела сообщить анамнез.

— Вечером в субботу, — подсказал Матиас.

— Больше трех суток назад! — восхитился лекарь, и я подумала, что он мне еще напоминает и доктора Ливси из советского мультфильма «Остров сокровищ».

— Какие симптомы есть? Тошнота, онемение? Неконтролируемые желания похотливого характера? — осведомился целитель.

— А знаете, я, кажется, вполне доверяю господину Колеру, — решила я, — он может подождать за дверью вместе со своей родственницей.

— Пожалуй, мне лучше остаться, чтобы помочь восстановить картину заболевания, — возразил Колер, — ведь я был свидетелем отравления. И к тому же, лучше чтобы мисс Холмс меня могла зрительно контролировать. Мало ли что случится, и как мне подтвердить, что я стоял снаружи, а не бегал расправляться с новой жертвой?

— А вас квалинх не кусал? — оживился целитель. — А то у вас тоже вид немного возбужденный.

— Никого он не кусал, — рассердился Матиас, — мисс Холмс его схватила и пожамкала.

— А зачем? — не понял доктор. — Это тоже часть вашей игры в детектива и подозреваемого?

— Нет у нас никаких игр! — я уже теряла терпение, хоть он и миленький такой, и улыбка хорошая. — Я переработала. И во время прогулки с собакой вырвала у нее изо рта эту гадость. А господин Колер оказался рядом и сообщил, что тушка представляет опасность.

— Я немного иначе представлял себе полицейские расследования, — признался обаяшка-доктор, — но да, если вы контактировали с разлагающимся материалом, то часть отравы могла попасть в ваши дыхательные пути или впитаться через кожу. Есть большое количество ядов, которые действуют таким образом.

— Но прошло столько времени, а со мной ничего особенного не происходит.

— Вы стонали во сне, — напомнил Матиас, — сначала я решил, что вам больно, а теперь понимаю, что, наверное, это другое.

— Конечно! — лучезарно улыбнулся врач. — Яд действует, подает сигнал в мозг, и тот начинает толкать своего обладателя на мысли о продолжении рода. А то умрете, не оставив потомства. Хотя, вы, наверное, все равно бы не успели…

— Хватит меня пугать! — рявкнула я. — Если мне осталось жить недолго, сразу скажите!

— Да все с вами будет хорошо, — замахал доктор, — это же инстинкты. Они не всегда адекватно оценивают опасность. У вас легкая степень отравления. Видите, на безымянном пальце правой руки небольшое черное пятнышко под ногтем?

Я в испуге сунула руку под нос. И точно. Как я не заметила этого? Пятнышко хоть и мелкое, но вполне различимое, будто чернила брызнули.

— Симптомы в вашем случае могут развиваться две недели, а затем вылиться в лихорадку. Несколько дней в кровати с высокой температурой, курс лечения — и вы в норме. А вот если бы яд попал в кровь, или вы бы решили съесть квалинха…

— Фу, перестаньте! — велела я целителю.

— Действительно, такого зрелища я бы не выдержал, — выразил солидарность Матиас.

— Я дам вам микстуру, которую нужно принимать в течение недели трижды в день, — спохватился врач, — а сейчас потребуется укол в плечо. Будет больно, но вам полегчает и распространение яда прекратится.

Инъекция и правда оказалась болючей. Ойкая, я взяла увесистый флакон с противоядием, поблагодарила целителя, и мы с Матиасом вышли.

Лиз нас ждать не стала, да и вообще, кажется, конференция уже началась. Колер потащил меня в зал. Хорошо, что он знал, где проходит мероприятие.

Я спешила за ним, поглаживая уколотое плечо и морщась. А по дороге меня посетила мысль.

В материалах дела рассматривается только яд моментального действия. А это очень ограниченная группа. Особенно та, что работает без магии, а естественным путем. Бренда Холмс исходила из того, что Григора Хомера отравили непосредственно на обеде в парке.

А что, если яд был таким же долгоиграющим, как у квалинха? И значит, отравили начальника отдела артефакторики гораздо раньше.

Глава 10

Конференция проходила в большом зале, в котором нам с Матиасом не нашлось бы мест, не будь они заранее зарезервированы. Такой вот аншлаг.

Я рассеянно слушала выступавшего, лопоухого рыжего дяденьку в очках с толстенными линзами, но не могла бы даже близко сказать, о чем он там толкует, хоть за ним и был развернут плакат с надписью: «Яд трубозуба и его применение в кулинарии».

Эта странная лекция началась сразу после открытия, на которое мы немного опоздали. Кулинария отравлений меня сейчас не интересовала совершенно, я размышляла над своим инсайтом.

Все факты дела рассматривались с той позиции, что яд Хомер получил непосредственно перед отравлением, когда сидел на лавочке. И дальше все было зрелищно, как в кино. Захрипел и отправился в мир иной.

Но если я права и Григору подсыпали что-то долгоиграющее, это могло случиться и за завтраком. Да хоть когда, собственно! Может, он дома что-то сжевал, а потом откинулся.

Нет, я понимаю, что яд долгого действия должен оставить следы